Муж потребовал немедленно удалить публикацию. Виктор напомнил, что покупатель уже собрался приезжать из соседнего города и даже приобрёл билет на дорогу. Отменять поездку человеку наверняка будет неудобно.
Павел вежливо пожелал нам благополучно разобраться с семейными делами и покинул квартиру. Сергей сразу же набрал номер покупателя усилителя. Он объяснил ситуацию и заверил, что без промедления возвратит пять тысяч рублей. Мужчина на другом конце провода дополнительно попросил компенсировать финансовые потери, которые возникнут из-за сдачи билета.
Сергей согласился практически сразу. Удивительно, ведь ещё совсем недавно моё нежелание продавать любимое кресло казалось ему бессмысленной прихотью. Зато ценность собственной аппаратуры он определил мгновенно, совершенно не нуждаясь в семейных советах. Колонки с усилителем он выбирал почти три месяца, а выставленную Галиной цену в пятнадцать тысяч теперь возмущённо называл настоящим издевательством. При этом мой дубовый стол, на восстановление которого ушло немало времени и средств, совсем недавно представлялся ему никому не нужной рухлядью.
Я попросила Галину окончательно убрать газеты и впредь ничего в нашей квартире не фотографировать для продажи. Виктор принялся устанавливать ящики обратно в стол. Один из них вошёл неровно, поэтому мне пришлось самостоятельно его поправлять. Сергей предложил свою помощь, но я ответила, что на сегодня чужой инициативы мне хватило с избытком. Пусть лучше завершит все денежные возвраты и обязательно заберёт у тёти запасной комплект ключей от нашей квартиры.
Когда родственники наконец ушли, супруг ещё долго сидел рядом со мной молча. Затем признался, что даже не представлял, насколько неприятной окажется подобная ситуация. В его воображении всё выглядело намного проще: исчезает громоздкая мебель, освобождается пространство, появляются дополнительные деньги на покупку нового дивана.
Я объяснила, что совершенно не против обсуждать новый диван или другие изменения в интерьере. Но такие разговоры должны начинаться с моего участия, а вовсе не с опубликованного объявления, в котором какие-то выдуманные хозяева уже якобы собираются переезжать.
Галина впоследствии возвращала Сергею потраченные деньги небольшими суммами. Ни обещанного посреднического вознаграждения, ни оплаты перевозки она с Виктором так и не получила. Компенсацию за билет мы больше не обсуждали: муж самостоятельно подсчитывал расходы, созванивался с тётей и контролировал возвраты. Мои личные средства во всех этих расчётах больше не фигурировали.
На следующей неделе, в субботу, я наконец занялась книгами, ради которых первоначально и собиралась наводить порядок в гостиной. Сергей теперь спрашивал разрешения даже перед тем, как передвинуть пустую корзинку возле письменного стола. Конечно, он немного перестраховывался, зато такая осторожность нравилась мне гораздо сильнее его прежней самостоятельности.
Любимое кресло по-прежнему стояло возле окна. А усилитель Сергей в тот вечер включил на удивление тихо. Наверное, опасался, что кто-нибудь снова обратит внимание на то, сколько свободного места занимает его драгоценная техника.