В прошлом месяце на кухне начал протекать старый смеситель. Чинить его уже не было смысла: внутри окончательно сорвалась резьба. Я собрался съездить в строительный магазин за новым краном, а Марина решила отправиться вместе со мной. Сантехнику я всегда менял самостоятельно. Для меня заменить смеситель — работа максимум на пятнадцать минут.
Мы подошли к отделу с кранами. Я взял с витрины тяжёлый латунный смеситель, несколько раз повернул вентили и проверил, насколько плавно они двигаются. Рядом остановился консультант в фирменной футболке.
– Неплохая модель, – сказал он. – Будете покупать? Отнести вам на кассу?
Я уже собирался ответить утвердительно, но Марина тут же вмешалась.
– Здесь женщина лучше разбирается! – громко объявила она так, что услышал едва ли не весь отдел. – Молодой человек, не обращайте внимания на его выбор, он совершенно ничего не понимает в сантехнике. Серёжа, немедленно поставь эту дешёвку обратно! Через месяц она начнёт течь. Нам нужен вот тот смеситель, с керамическим картриджем. Без меня ты сейчас купил бы какую-нибудь ерунду, а потом залил соседей снизу!
Продавец посмотрел на меня с плохо скрываемым сочувствием. Несколько покупателей из соседнего ряда повернули головы в нашу сторону. А я продолжал стоять с краном в руках и чувствовал себя полным идиотом.
Мой опыт, достоинство и уверенность просто втоптали в грязь перед незнакомыми людьми из-за обычного куска металла.
Я молча вернул смеситель на место, развернулся и пошёл на парковку. Марина выбрала и оплатила кран самостоятельно. Всю дорогу домой она объясняла, что я устраиваю истерику из-за пустяка и совершенно не умею ценить её полезные советы.
После того унижения в магазине я неожиданно поймал себя на пугающей мысли. В среду после работы я зашёл в супермаркет, чтобы купить хлеб и молоко. Перед холодильником с молочной продукцией я простоял почти десять минут. И никак не мог решиться взять пакет.
В голове крутилась нелепая мысль: «А если Марина скажет, что молоко плохое? Вдруг я снова выберу неправильный процент жирности или не замечу срок годности? Может, лучше позвонить ей и уточнить, какое можно покупать?»
Я достал из кармана телефон, посмотрел на погасший экран и словно впервые за долгое время пришёл в себя.
Что со мной случилось? Я своими руками перебирал подвеску автомобиля в холодном и сыром гараже. Вместе с братом построил на даче баню — от заливки фундамента до последнего листа кровли. А теперь стою в магазине и боюсь самостоятельно выбрать молоко, потому что одна женщина убедила меня, будто я беспомощный и не способный к нормальной жизни человек.
В тот момент я ясно понял, что не хочу возвращаться в собственный дом. Не хочу снова выслушивать длинную лекцию о том, что я неправильно дышу, не так двигаюсь и даже по полу хожу каким-то неподходящим образом.
Последняя капля
В тот день у меня был выходной, а Марина находилась на работе. Я решил приготовить хороший ужин и немного разрядить напряжённую атмосферу, которая в последнее время поселилась в квартире. Купил свиную шею, картофель и свежие шампиньоны. Всё почистил, крупно нарезал и приготовил на сковороде ароматное жаркое.
Запах разнёсся, наверное, по всему подъезду. После готовки я перемыл всю посуду, тщательно вытер раковину и красиво накрыл стол.
Вечером вернулась Марина. Она сняла плащ и сразу прошла на кухню. На сервированный стол и горячую еду даже не взглянула. Её глаза словно превратились в сканер, который искал в помещении очередное доказательство моей несостоятельности.
Она приблизилась к плите, провела пальцем по кафелю возле дальней конфорки и недовольно поморщилась. На поверхности действительно осталась одна почти незаметная капелька жира после жарки мяса.
– Серёжа, это ещё что? – спросила она, показывая мне испачканный кончик пальца. – Разве так готовят? У тебя масло, наверное, до самого потолка разлеталось. Я только вчера здесь всё отмывала. Ты словно маленький неряшливый ребёнок. После тебя кухню придётся полдня оттирать хлоркой. Что бы ты вообще делал без меня? Жил бы в сарае и питался холодными сосисками. Ты ведь ничего не способен сделать нормально!
Я посмотрел на неё и неожиданно понял, что больше ничего не чувствую, кроме тяжёлой, бесконечной усталости.
– Знаешь, Марина, а ведь ты действительно права. До нашей встречи моя жизнь была настоящим кошмаром.
– Вот именно! – победно произнесла она и высоко подняла подбородок.
– Конечно, – медленно продолжил я. – Я спал на грязном матрасе прямо на полу, без простыней и подушек. Питался засохшими хлебными корками. На работу ходил в старых мешках из-под муки. А воду пил прямо из лужи возле подъезда. Но потом появилась ты, озарила мой мрачный мир и спасла несчастного меня.
Марина резко замолчала. Наконец она поняла, что я откровенно над ней издеваюсь.
– Что за глупости ты говоришь? – нахмурилась она.
– Это я говорю глупости? Я прожил в этой квартире десять лет. Совершенно один. И всё это время здесь было чисто, спокойно и всегда была нормальная еда. Мне не нужна круглосуточная воспитательница. А ты методично пытаешься превратить меня в беспомощного идиота!
– Я просто забочусь о тебе! – её голос мгновенно перешёл на визг. – Я вкладываю в этот дом всю душу, а ты ведёшь себя как неблагодарный чурбан! Без меня ты пропадёшь уже на следующий день!
– А без тебя я наконец-то смогу нормально дышать! Собирай вещи, Марина. Моя бытовая беспомощность неизлечима. Найди другого человека, которого захочешь спасать.
Она кричала, рыдала и обвиняла меня в бессердечии. Повторяла, что такой хозяйственной, заботливой и хорошей женщины мне больше никогда не встретить. Примерно через час к подъезду приехало такси, и Марина уехала.
Я положил горячее жаркое в глубокую тарелку, сел за стол и стал ужинать в полной тишине. Никто не стоял рядом, не заглядывал мне через плечо и не объяснял, под каким углом следует держать вилку.
А вам когда-нибудь приходилось сталкиваться с подобной удушающей заботой в отношениях? Как вы думаете, такое поведение можно считать нормальным?