О быте крестьян до революции и до наших дней

«Мы в городе жили. Мама родилась в коммуналке на Красных воротах. Бабушке тяжко пришлось. Она мединститут бросила, пошла в садик. Мама работать рано пошла, училась и работала. Тут еще я родилась. С проблемами — вечно болела. Мама уборщицей пошла, ночами шила. Сутки-трое — еще пожарный, типа. До 90-го года неплохо так выживали… Однако мама уже в 30 вся была покрыта псориазом, и спина — сплошная грыжа. Я тоже с девяти лет таскала, готовила и убирала. Сейчас псориаз, весь позвоночник поврежден грыжами, опущение внутренних органов с выпадением. В 32 года дочь дотаскалась, ноги отказали. Оправилась. Теперь ничего толком поднять не могу».

«Я хорошо помню по детству (конец 80-х — начало 90-х), как выглядели те,кто был и считался «бабушками»: платочки, халаты, платья, фартуки и жилетки разной степени ветхости. Ничего модного или смелого, упаси боже. Часто сгорбленные от работы спины. Даже сейчас, смотря на фотографии тех лет, я вижу, что это именно бабушки, они выглядели старыми, хотя им было лет по 55, но они декларировали, что «жизнь-то уже прожита,теперь только внуки». Даже поколение моих родителей (тем, кому сейчас 60−65) уже отличается, там женщины не хоронят себя так рано».

«Если я вполне легко сама делала уроки, то младшее поколение в семье уже не обходится без помощи старших, потому что задания совершенно сумасшедшие,

не по возрасту ученикам. И вот мамы, приходя с работы и имея вторую смену в виде быта, в третью лепят эти поделки, решают примеры, пишут сочинения… Полный сюр».

«В моём детстве (я 73-го года) я оставалась дома одна лет с трёх точно. Если болела и в сад не ходила, то на целый день, пока родители на работе. Мама прибегала в обеденный перерыв, чтобы покормить и включить свет в комнате заранее, потому что зима и темнеет быстро, а я была очень мелкого роста и до выключателя не доставала даже со стула. Однажды забыла включить свет. Вечером, когда с работы родители вернулись, нашли меня под кроватью,я уже и рыдать не могла, и говорить не могла. Мама говорит, я снова начала разговаривать где-то через полгода».

«Таскала ребенка вместе с коляской, с полугода малой матка стала выпадать,хотела свернуть гуляние, родственники объяснили мне, что это нормально и есть у всех: у тёти той и сестры этой, есть пояс поддерживающий — и вперёд, ребёнку нужен кислород. Все женщины моей семьи таскали детей в колясках — такие советские танкообразные коляски. И выпадение матки практически у всех,я видела в деревне в бане у старух, как выпадает и как вправляют, думала, что это дикость, которая только в прошлом была, а оно вот как».

«Про стирку. Мама моя, беременная братом, ушла в декрет. Тут же перестирала все накопившееся белье, понимаем, да, колонка, вода, печка, кипячение. В тот же день родила. Семимесячного. Коляску завешивала занавесочкой, синий был, стыдно людям показать».

«У родителей все было не так плохо, но свекровь не сильно жаловала маму и при наличии какой-никакой стиралки и под девизом «Наши бабки справлялись» заставляла маму стирать «своё» (в смысле, молодой семьи) белье ручками. А мама достиралась до выкидыша».

«У мамы был лайфхак: если на какие-то праздники гости к нам приезжали,то их тут же радостно сажали вместе с хозяевами лепить пельмени, которые потом варили и ели как основное праздничное блюдо».

«Одну девочку в нашем дворе постоянно нагружали младшей сестрой, а сестра была ужасным ребенком — капризная, избалованная, постоянно недовольная. Вечером она жаловалась родителям буквально на все — а те ругали и даже били старшую. В итоге, когда младшая нашла где-то пачку брошенных таблеток, старшая вдохновила ее слопать всю пачку. Младшая лежала в больнице, старшая плакала — та не умерла, ее выпишут — и все начнется сначала».

«Требования к образованию детей просто несравнимые, причем спросят в первую очередь не со школы, а с родителей. Я шла в школу, с трудом читая,и за всю учебу ни разу не напрягла родителей, будучи хорошисткой. Сейчас читать, писать и считать до школы как само собой разумеющееся, а сама школьная программа такая, что осилить ее ребенку без родителей нереально. Вроде все знакомые мамы сидят со школьниками, вот вам и час в день дополнительной неоплачиваемой работы».

«В 70−80-е интересную нешаблонную одежду могли себе позволить только женщины (из тех, кто не ездил за границу), которые сами шили/вязали. Моя бабушка (20-го года рождения) шила себе, двум дочерям и двум внучкам. Ей,конечно, нравилось придумывать фасоны и шить, но ушилась она практически до слепоты».

«Машинка-полуавтомат включалась раз в месяц, потому что это была процедура не для слабонервных. Сначала стиралось белое и постельное, потом в той же воде цветное, потом в той же воде черное. Полоскалось в ванне,отжималось руками. В промежутках между включениями машинки стирали руками. Как только я стала стирать сама, у меня от трех-четырех пар носков растирались руки до язв, следующую стирку затевала, когда руки заживали».

«Моя мама официально после 45 лет уже не работала, просто ушла с работы,потому что надо было содержать свой дом: свиньи, корова, овцы, куры, огород в 12 соток и двое младших детей. Она, когда мою младшую сестру родила, почти не спала. Дойка коровы в 5 утра, а тут младенец по ночам орёт от колик и зубов. Стирка руками в «Малютке», вечный навоз, отходы баками из ближайшего детского садика для скотины, огород этот треклятый. Отец на севере на месторождении работал, домой на неделю приезжал, а всё остальное время она одна с детьми, домом и скотиной. Так выживали в 90-е. Она превратилась в старуху в 45, тяжелейшая депрессия. Сейчас ей 65, хроническая сердечная недостаточность, алкоголизм, больная спина и нежелание жить. Никогда женщиной и не была, ломовой лошадью была, а женщиной пожить не получилось».

Я включила только десятую часть историй, которую мне рассказали, но уже их хватает, чтобы понять: не было женщин, которые «справлялись». Были те,которые недосыпали, тяжело работали, рано старели. Были дети,предоставленные сами себе, — кто-то из них покалечился, кто-то погиб. Наши матери и бабушки жили так не потому, что были более правильными,настоящими женщинами, а потому, что у них не было другого выхода. Мы же имеем право хотеть другой жизни.

А если кому-то не по душе мультиварки — что ж, пусть сдают свои.

 

Источник new.neveroyatno.website