Столовые приборы почти одновременно замерли в руках гостей, когда Сиенна посмотрела через весь семейный стол на меня и рассмеялась, увидев мою одежду.
— Честно говоря, Элла, я вообще не понимаю, зачем ты продолжаешь приходить на эти ужины, — сказала она. — Ты выглядишь как измученная секретарша среднего звена, которая случайно забрела не в тот особняк.
Никто не засмеялся.
Ни один человек.
А ведь осенний семейный ужин начинался вполне спокойно и вежливо.
Наш загородный дом был полон дальних родственников, деловых партнёров и старых друзей семьи. Тёплый свет роскошных люстр мягко падал на длинный обеденный стол, а возле каждой тарелки лежали старинные серебряные приборы из коллекции моей покойной матери.
Обслуживающий персонал почти бесшумно перемещался между гостями, подавая блюда и наполняя бокалы.
А потом появилась Сиенна.
Она опоздала почти на полчаса.
В столовую она вошла в дорогом дизайнерском пальто, громко пожаловалась на ужасные пробки, а затем небрежно бросила верхнюю одежду на старинный стул, словно вся мебель в доме принадлежала лично ей.
Уже во время первой подачи она несколько раз высокомерно разговаривала с персоналом.
К моменту, когда принесли основное блюдо, Сиенна, похоже, решила, что теперь настала моя очередь стать объектом её насмешек.
— Наверное, тебе ужасно неловко, — продолжила она, улыбаясь мне через стол, — жить здесь практически как бедной родственнице, пока моя мама управляет всем домом.
Атмосфера в комнате изменилась мгновенно.
Я буквально почувствовала, как напряжение распространилось между сидящими за столом людьми.
Мой отец, Чарльз, неловко прочистил горло.
А потом просто опустил взгляд в свою тарелку.
Я медленно положила вилку рядом с серебряной тарелкой и аккуратно сложила льняную салфетку.
— Сиенна, — спокойно произнесла я, — ты находишься в этом доме в качестве гостьи. Поэтому будь добра уважительно относиться к персоналу и следить за тем, как ведёшь себя за этим столом.
Её улыбка исчезла.
Она уже открыла рот, собираясь что-то ответить.
Но сказать ничего не успела.
Бренда резко поднялась со своего места.
Моя мачеха упёрлась обеими ладонями в отполированную поверхность стола. Её лицо покраснело от злости, когда она наклонилась в мою сторону.
— Как ты смеешь так разговаривать с моей дочерью?
Несколько родственников буквально застыли, не успев поднести бокалы ко рту.
Бренда указала на меня пальцем.
— Сиенна — молодая женщина определённого положения. Ты не будешь унижать её перед всей семьёй.
Я спокойно выдержала её взгляд.
А потом она произнесла слова, которые изменили абсолютно всё.
— Она тебе не сестра. Не указывай ей, что делать.
Несколько секунд никто не двигался.
Единственным звуком, который я слышала, был тихий гул большой люстры над нашими головами.
Сиенна откинулась на спинку стула и довольно улыбнулась.
Бренда, похоже, была уверена, что наконец-то поставила меня на место.
Только она не понимала одного.
Своими словами она только что сделала для меня одну вещь предельно очевидной.
И после того как я это осознала, вернуться к прежнему уже было невозможно.
Последние восемнадцать месяцев Бренда и Сиенна наслаждались жизнью, происхождение которой они совершенно не понимали.
Мой отец познакомился с Брендой через круг общения загородного клуба.
После свадьбы она переехала в наше поместье вместе со своей девятнадцатилетней дочерью Сиенной.
Я приняла их.
Не потому, что мне отчаянно хотелось новых родственников.
Я сделала это ради отца.
После смерти моей матери, Клэр, мне хотелось, чтобы Чарльз снова обрёл близкого человека и получил шанс на спокойную жизнь.
Поэтому я освободила для них место в нашем доме и в нашей семье.
Свою собственную жизнь я намеренно старалась не выставлять напоказ.
Я много работала на должности управляющего директора.
Носила простую деловую одежду.
Ездила на вполне обычном седане.
И почти никогда не говорила о деньгах.
Бренда видела всё это и делала собственные выводы.
Она видела особняк.
Видела обслуживающий персонал.
Видела обеспеченную жизнь моего отца.
А поскольку внешне Чарльз выглядел как типичный глава состоятельной семьи, Бренда автоматически решила, что именно он оплачивает всё вокруг.
Она никогда не спрашивала.
Сиенна тоже ни разу не поинтересовалась.
Они просто самостоятельно заполнили недостающие детали удобными для себя догадками.
Но ни одна из них не понимала, насколько сильно моя взрослая жизнь была связана с моей покойной матерью.
Клэр десятилетиями строила компанию Sterling Heights Holdings, превратив её в крупную структуру, занимавшуюся коммерческой недвижимостью и управлением активами сразу в трёх штатах.
Я работала рядом с ней.
Именно она научила меня бизнесу.
Я разбиралась в контрактах.
Понимала структуру собственности.
Знала, как деньги перемещаются между компаниями, трастами, инвестиционными фондами и операционными счетами.