Рога?.. Татьяне стало почти физически плохо. Она никогда даже не смотрела в сторону других мужчин. Как только начала встречаться с Борисом, так и решила, что он для неё единственный. Да и зачем ей кто-то ещё? У неё и на мужа времени едва хватало, о каких посторонних мужчинах вообще могла идти речь? От обиды глаза защипало. Больше всего не хотелось, чтобы Валентина Николаевна поняла, что невестка случайно услышала этот разговор. Таня решила тихо уйти из квартиры, сделать вид, что ничего не знает, а потом уже решить, как поступить. Если мужу и правда настолько тяжело жить рядом с ней, лучше развестись сейчас, пока всё не стало ещё больнее.
— Я уже даже думала предложить ей денег, лишь бы она оставила его в покое и исчезла из жизни моего сына. Хватит уже мучить его и не давать спокойно шагу ступить. Он ведь тоже человек, у него нервы не железные. Если однажды сорвётся, я даже боюсь представить, чем всё закончится. Наверное, так и сделаю: поеду к ней и предложу деньги. Посмотрим, что она скажет.
Они с Борисом почти не ссорились. Татьяна никогда не навязывалась, не пилила мужа, не устраивала сцен. Чем же она так не угодила, что свекровь теперь жаловалась на неё подруге, Таня не понимала. Нужно было честно поговорить с Борисом и прямо спросить, что именно его не устраивает. Если он действительно хочет развода — пусть так и будет. Ипотеку они выплатили только частично, детей у них не было, значит, всё ещё можно было решить спокойно. Хотя как тут спокойно, если сердце словно разрывали изнутри, а от обиды хотелось плакать вслух? Татьяна любила мужа. И ей было невыносимо больно думать, что это чувство оказалось невзаимным. А свекровь…
…Таня ведь почти считала Валентину Николаевну матерью. Она доверяла ей, радовалась, что та приняла её в семью, поддерживала, относилась тепло. Татьяна и представить не могла, что за её спиной свекровь способна говорить такие страшные вещи. В глубине души она надеялась, что наконец нашла настоящую семью, где её любят и принимают. Но теперь эти надежды рассыпались. Разве можно говорить о семье, если всё обстоит именно так?
Тихо выйдя из квартиры свекрови и совсем забыв о вещах, за которыми пришла, Татьяна отправилась домой. Только теперь она уже сомневалась, можно ли вообще называть эту квартиру домом. Если муж жаловался матери на неё, значит, он давно думал, как избавиться от жены. Тане оставалось лишь подготовиться к неизбежному.
Когда Борис вечером вернулся с работы, женщина поспешила спросить, как прошёл его день и всё ли у него в порядке. Но мужчина только устало махнул рукой, сказал, что очень вымотался, и добавил, что хочет спать.
— Значит, вот как? Уже решил от меня отгородиться? — едва слышно прошептала Татьяна.
Лучше бы он сказал всё прямо, чем продолжал играть в молчание. На следующее утро Татьяна приготовила завтрак и решила поговорить с мужем откровенно. Она хотела прямо спросить, что именно его не устраивает в их браке.
— Ты вообще о чём? Когда я говорил, что меня что-то не устраивает? Всё нормально. Меня всё устраивает. Перестань выдумывать глупости и перекладывать с больной головы на здоровую. Раньше я за тобой такого не замечал. Ты меня сейчас, честно говоря, неприятно удивила, — резко сказал Борис и поднялся из-за стола.
Вечером он вернулся домой с цветами и попросил у жены прощения. Борис сказал, что если своим поведением заставил её подумать, будто его что-то не устраивает, то он очень хочет загладить вину. Татьяна попросила мужа быть с ней честным и решать все проблемы, которые возникают между ними, внутри семьи, не втягивая в это Валентину Николаевну.
— Подожди, мама тебе что-то наговорила? Я вроде бы на тебя ей не жаловался. Странно. Я спрошу у неё, что она там себе придумала.
— Не нужно, — остановила его Татьяна. — Просто будь со мной откровенен. Если когда-нибудь устанешь от наших отношений, скажи прямо. Не надо держать всё в себе и копить недовольство. О таких вещах нужно говорить сразу, иначе брак превращается в мучение.
Борис пообещал, что будет честен с женой. Но Татьяне всё равно было неспокойно. Муж продолжал вести себя странно: иногда разговаривал с кем-то по телефону, а после выглядел расстроенным и напряжённым. Разговор Валентины Николаевны с подругой тоже никак не выходил у неё из головы. Свекровь точно жаловалась на свою невестку — Таня была в этом уверена. Слова ведь не вырвешь из контекста полностью. И не на пустом же месте всё это говорилось. Татьяна не находила себе места, потому что больше всего на свете не выносила неопределённости. Когда не знаешь, чего ждать завтра, становится тяжело даже дышать. Борис продолжал уверять, что любит жену и что его всё устраивает, но его нервозность никуда не исчезала. Татьяна всё пыталась понять, с чем это связано. Если муж действительно доволен их браком, могла ли свекровь давить на него и настраивать против жены?
Когда Валентина Николаевна приехала к ним в гости, Татьяна больше не смогла молчать. Она посмотрела свекрови прямо в глаза и задала вопрос, который мучил её последние несколько дней: