В тот день во время обеда Елена словно между прочим заметила:
— Дети всё спрашивают, почему ты больше ничего им не покупаешь. Ведь раньше всегда приходила с гостинцами.
— Да, раньше я часто что-нибудь приносила, — согласилась Леся. — Но ведь мы можем встречаться просто так, разве нет?
— Разумеется, — ответила Елена, хотя в её голосе совсем не чувствовалось дружелюбия.
Андрей до этого молча ел. Затем неожиданно вспомнил:
— Кстати, Леся, мне тут нужно кое-что в машине отремонтировать. Может, немного поможешь деньгами?
— Андрей, сейчас я коплю на собственные нужды. Поэтому на этот раз тебе придётся рассчитывать на свои средства.
Брат положил вилку на тарелку.
— Ну, теперь всё ясно. Значит, отныне деньги только на себя любимую.
Леся внимательно посмотрела на него. Ей очень хотелось напомнить о крупной сумме, которую когда-то отдала на покупку его автомобиля. Обо всех подарках и покупках, о бесчисленных часах, проведённых с его детьми. И о своём последнем дне рождения, когда никто из семьи брата, кроме него самого, даже не потрудился её поздравить.
Но вместо этого она произнесла лишь:
— Андрей, я много лет помогала вашей семье, потому что сама этого хотела. И я действительно рада, что у меня была такая возможность. Только это вовсе не означает, что я обязана всегда и на всё соглашаться.
— Да никто тебя и не заставляет, — буркнул брат.
— Вот и замечательно. Тогда не нужно обижаться, если иногда я отвечаю отказом.
На этом разговор закончился.
Возвращаясь домой, Леся неожиданно вспомнила, как маленький Максим мчался к входной двери, едва услышав её голос. Как Софийка уговаривала прочитать любимую сказку ещё один раз. Как они все вместе лепили вареники, а потом дружно хохотали, потому что добрая половина получилась совершенно невероятной формы.
Тогда племянники радовались уже одному тому, что любимая тётя пришла в гости.
И Лесе отчаянно хотелось вернуть именно такую близость.
Следующие несколько месяцев оказались непростыми и непривычными.
Андрей стал звонить гораздо реже. Елена практически перестала обращаться к золовке. А когда родственники всё-таки встречались, в беседах постоянно проскальзывали намёки на то, какой замечательной и отзывчивой Леся была прежде.
Максим, которому теперь гораздо интереснее было проводить свободное время с приятелями, особого желания встречаться с тётей не проявлял. Когда она предложила вместе сходить в кино, мальчик сразу поинтересовался, смогут ли они после фильма заглянуть в магазин электроники.
Услышав, что они просто посмотрят фильм, а затем немного погуляют, Максим сообщил, что уже договорился встретиться с другом.
Леся не стала его уговаривать.
А однажды Софийка и вовсе назвала её плохой тётей.
Произошло это в субботу, когда Леся случайно столкнулась с семьёй брата возле торгового центра.
Софийка как раз остановилась у витрины и с восхищением рассматривала большой набор для творчества.
— Тётя Леся, купишь мне его? — немедленно попросила девочка.
— Сегодня нет, солнышко.
— Ну пожалуйста! Ты же можешь его купить!
— Софийка, я уже сказала, что сегодня ничего покупать не собираюсь.
Девочка обиженно нахмурилась.
— Раньше ты была хорошей тётей. А теперь стала плохой.
Лесе стало невероятно больно это слышать. И дело было вовсе не в том, что племянница расстроилась из-за отказа. Даже не в самих детских словах, произнесённых сгоряча.
Она перевела взгляд на Андрея и Елену. Ей хотелось, чтобы хотя бы один из родителей объяснил дочери, почему нельзя так разговаривать с близкими.
Но Елена лишь устало вздохнула:
— Софийка, пойдём уже.
Андрей сделал вид, будто полностью поглощён чем-то на экране телефона.
Леся попрощалась с родственниками и направилась к своей машине.
Устроившись за рулём, она несколько минут неподвижно смотрела перед собой. В памяти всплывали годы, когда она с нетерпением ждала выходных, чтобы снова увидеть любимых племянников.
Неужели теперь она интересна им исключительно тогда, когда приносит очередной подарок?
Но чем дольше Леся размышляла, тем отчётливее понимала: дети не сами пришли к такому отношению. Взрослые годами воспринимали её заботу как обязанность, которая не требует ни благодарности, ни взаимного внимания.
Да и сама она внесла в это немалую лепту. Ведь раньше женщина спешила исполнить практически любое желание племянников, порой ещё до того, как они успевали о чём-нибудь попросить.
И теперь Леся решила изменить своё поведение. Не избегать детей специально, не упрекать их в неблагодарности и не подсчитывать каждую потраченную на них копейку. Просто перестать пытаться заслуживать их любовь бесконечными подарками.
Однажды воскресным утром Леся готовила яблочный пирог. За окном стояла прохладная погода, кухня наполнялась приятным ароматом корицы, а на столе лежала новая книга, которую женщина собиралась дочитать после обеда.
Неожиданно кто-то позвонил в дверь.
На пороге оказалась Софийка. Рядом стоял Андрей.
