За столом стало совершенно тихо.
Упоминание суда неожиданно произвело куда более сильный эффект, чем любые моральные обвинения.
Римма Васильевна больше не изображала сердечный приступ. Юля молча поджала губы. Денис опустил взгляд в тарелку.
— Один час, Антон, — спокойно произнесла Вера. — У тебя есть ровно час, чтобы собрать вещи. Бритву, одежду, свои дорогие рубашки, которые, кстати, покупала тебе я, — забирай всё. Потом уходишь. Наш ужин закончен.
Следующий час прошёл в нервной суете.
Римма Васильевна вполголоса ругала Юлю за то, что та слишком откровенно писала в семейной группе. Денис старался не смотреть Вере в глаза. Антон с яростью бросал вещи в чемодан и периодически что-то бормотал о неблагодарности.
Под конец он даже попытался перейти в наступление.
— Ты ещё пожалеешь! — кричал он из спальни. — Вот останешься одна и поймёшь! Никому ты больше не нужна будешь! Сама ко мне прибежишь!
Вера не отвечала.
Она стояла возле окна и смотрела на вечерние огни города.
Странно, но ей было невероятно легко.
Словно тяжёлый рюкзак, который она много лет несла на плечах и уже перестала замечать, внезапно сняли.
Когда дверь за родственниками наконец закрылась, квартира впервые за долгое время стала по-настоящему тихой.
Вера прошла на кухню. Утка остыла, бокалы остались на столе, часть еды никто не доел.
Она налила себе немного вина, подошла к окну и сделала маленький глоток.
Она была свободна.
Прошло восемь месяцев.
Развод завершился достаточно быстро и, к счастью, без бесконечных скандалов. Антон сначала пытался заявить права на часть бизнеса бывшей жены, но юрист Веры довольно быстро разрушил его надежды. Документы подтверждали, что мастерскую она открыла на собственные средства, а Антон не инвестировал в неё ни рубля.
По сути, делить супругам оказалось почти нечего.
Основные накопления Антона уже давно превратились в участок, который официально принадлежал Римме Васильевне. Пытаться через суд доказывать права на часть этой земли было бы сложно и потребовало бы много времени, поэтому Вера решила не тратить на это силы.
Ей хватало главного.
Квартира оставалась её.
Бизнес тоже.
А вместе с ними осталась и возможность наконец жить так, как хочется ей.
Очень скоро Вера заметила любопытную вещь. Оказалось, что без необходимости содержать взрослого здорового мужчину и регулярно спасать от финансовых проблем его многочисленных родственников она зарабатывает вполне достаточно.
Она обновила часть оборудования в мастерской, наняла ещё одного сотрудника и впервые за несколько лет позволила себе полноценный отпуск.
Две недели в Доминикане, среди белого песка, тёплого моря и яркого солнца, словно смыли с неё накопившуюся усталость. После возвращения друзья стали говорить, что Вера заметно изменилась. Она чаще улыбалась, сделала новую причёску, обновила гардероб и будто стала выглядеть моложе.
Жизнь Антона складывалась совершенно по-другому.
Без бесплатной квартиры, домашних ужинов и постоянной финансовой поддержки его доходов неожиданно стало не хватать.
Мать по-прежнему ждала ежемесячных переводов.
Денис обижался, что брат больше не помогает оплачивать ремонты, кредиты и семейные расходы.
Самому Антону пришлось снять маленькую квартиру-студию на окраине.
Сбережений у него уже не было.
А знаменитый участок возле озера так и зарос сорной травой. Начать строительство Антон не мог — денег на настоящий дом у него никогда не было. Он годами просто наслаждался мыслью о том, что когда-нибудь станет владельцем загородного особняка.
Однажды вечером Вера закрывала мастерскую и заметила знакомую фигуру возле входа.
Антон стоял неподалёку, нервно переминаясь с одной ноги на другую.
Он сильно изменился. Похудел, выглядел уставшим, а старая куртка, которая раньше казалась вполне приличной, теперь смотрелась потёртой.
В руках Антон держал три бледные гвоздики, скорее всего купленные в ближайшем цветочном киоске.
— Вера… привет, — неловко произнёс он и сделал шаг к ней. — Я просто оказался рядом.
Она молча ждала продолжения.
— Я в последнее время много думал, — сказал Антон. — Мы оба тогда погорячились. Ошибок много сделали. Мама, конечно, была неправа. Юля вообще наговорила ерунды. Может, попробуем снова? Начнём с чистого листа?
Вера слегка приподняла брови.
— Я скучаю, правда, — торопливо продолжил он. — По нашим вечерам. По дому. По твоей еде. Я даже решил, что больше вообще не буду давать Денису деньги. Всё будет по-другому. Ведь мы когда-то были счастливы.
Вера посмотрела сначала на жалкие гвоздики в его руках, затем в лицо бывшего мужа.
И неожиданно поняла, что не чувствует ничего.
Ни злости.
Ни боли.
Ни желания отомстить.
Даже жалости не было.
Только спокойствие.
— Ошибки делал ты, Антон, — негромко сказала она, запирая дверь мастерской. — А я всего лишь слишком долго тебе доверяла.
Он опустил глаза.
— И ещё одно, — добавила Вера. — Я не бесплатная столовая, поэтому скучать по моей готовке — довольно странный аргумент для примирения.
На её губах появилась лёгкая улыбка.
— Передавай привет маме, Денису и Юле. Надеюсь, возле вашего участка у озера хотя бы рыба хорошо ловится.
Она развернулась и направилась к своей машине, которую недавно купила в автосалоне.
Антон что-то крикнул вслед. Кажется, снова говорил, что она холодная, расчётливая и однажды обязательно пожалеет.
Но Вера уже почти не слышала его.
Его голос растворился среди шума машин и вечернего города.
Она села за руль, включила любимый плейлист и спокойно выехала на дорогу.
Впереди её ждали собственный уютный дом, новая крупная работа по оформлению выездного торжества, любимая мастерская и огромное количество планов.
И главное — впереди была жизнь, в которой больше не существовало места для чужих манипуляций, бесконечных требований, семейных секретов, лжи и кредитов, которые почему-то должна была оплачивать она.
В конечном счёте расчёт действительно оказался правильным.
Без людей, которые привыкли жить за её счёт, Вера стала гораздо счастливее.
И эту новую жизнь, своё спокойствие и собственную свободу она заработала сама.