Однажды пришёл домой позже обычного и увидел Ирину на кухне возле окна. После душа её волосы оставались влажными. На ней был мягкий домашний свитер и мои тёплые шерстяные носки.
— Вообще-то это мои носки, — заметил я.
— Теперь они общие, — невозмутимо ответила она.
— Вы удивительно быстро осваиваетесь, уважаемая квартирантка.
— А вы слишком медленно замечаете очевидное, уважаемый хозяин.
Она налила мне бокал вина.
— У нас какой-то праздник?
— Да. Сегодня я впервые за долгое время не вспоминала о нём весь день.
Мы соприкоснулись бокалами, после чего некоторое время просто молчали. За окном медленно падал снег. В квартире было тепло и непривычно спокойно для двух людей, чьи жизни недавно разбились о решения других.
— Можно задать вопрос? — произнесла Ирина.
— Конечно.
— Почему вы до сих пор один?
— Потому что больше не хочу никому верить.
— Неубедительный ответ.
— А какой ответ будет у вас?
Она повернулась ко мне.
— Я оставалась одна, потому что боялась снова захотеть видеть кого-нибудь рядом.
Её признание повисло в воздухе. Я поставил бокал на стол.
— А сейчас?
Ирина посмотрела настолько прямо, что отвести глаза оказалось невозможно.
— Теперь больше не боюсь.
Иногда всё меняет не эффектный поступок, а тишина, наступившая после честных слов.
Я медленно приблизился, оставляя ей возможность отойти. Но Ирина осталась на месте. Она лишь положила ладонь мне на грудь, словно хотела проверить, насколько быстро стучит моё сердце.
— Соседи услышат, как сильно вы нервничаете, — прошептала она.
— Пусть завидуют.
Ирина улыбнулась и притянула меня ближе.
Первый поцелуй получился нежным и почти робким. Мы оба слишком хорошо знали, какую цену иногда приходится платить за поспешность. Второй поцелуй был уже теплее — таким бывает прикосновение людей, которые слишком долго оставались в одиночестве.
Её пальцы сжимали ворот моей футболки, а мои руки осторожно обнимали её за талию. На кухне продолжали тикать часы, чайник медленно остывал, а за стенами спал обычный многоквартирный дом. Никто вокруг не подозревал, что в одной из квартир только что закончилась многомесячная тишина.
Позже мы сидели на диване, укрывшись одним пледом.
— Это считается нарушением договора аренды? — спросила Ирина.
— Только если запрет на поцелуи был указан мелким шрифтом.
— Тогда я его не заметила.
Она положила голову мне на плечо.
— Знаешь, почему я выбрала именно твоё объявление?
— Потому что комната стоила недорого?
— На фотографиях квартира выглядела очень грустной. Я подумала, что здесь меня смогут понять.
Я долго молчал.
— И тебя поняли?
Ирина закрыла глаза.
— Даже лучше, чем я рассчитывала.
Прошёл месяц, а она всё ещё жила со мной.
Только сданная ей комната теперь постоянно пустовала.