— Как только зарегистрируете брак, просто выпишешь доверенность на Антона, — совершенно будничным тоном произнесла свекровь. — Всё равно, если с квартирой возникнут какие-нибудь вопросы, заниматься ими потом придётся ему.
Марина застыла возле раковины, продолжая держать в руках мокрую чашку.
— С какой ещё квартирой?
На несколько секунд на кухне повисло молчание. Антон сразу отвёл взгляд в сторону, а Ирина Викторовна сориентировалась быстрее сына:
— Ну с твоей, разумеется. А что тебя так удивило?
Марина медленно поставила чашку на стол и лишь после этого заметила лежавшую рядом папку с документами на её квартиру. Синяя обложка была слишком хорошо ей знакома — обычно эта папка находилась в ящике её письменного стола. Антон стоял около окна и сосредоточенно смотрел вниз, туда, где во дворе находилась детская площадка. Ирина Викторовна тем временем продолжала расставлять тарелки и приборы так спокойно, словно ничего необычного не случилось.
Марина взяла папку, раскрыла её и быстро просмотрела содержимое. Всё было на месте: свидетельство о праве собственности, договор с жильцами, квитанции и остальные бумаги.
— Я только посмотрел документы, — тихо произнёс Антон, по-прежнему не поворачиваясь к жене.
Марине исполнилось тридцать два года. Она работала бухгалтером в небольшой фирме, привыкла заранее рассчитывать расходы и терпеть не могла жить в долг. Её родители давно развелись: отец обосновался отдельно, а мать осталась в двухкомнатной квартире, куда Марина вернулась после окончания университета и где продолжала жить.
Несколько последних лет отец болел, однако до самого конца старался работать и самостоятельно решать бытовые вопросы. После его смерти Марине по наследству досталась его двухкомнатная квартира. Жильё находилось в другом конце города, поэтому переезжать туда она не стала. К тому моменту Марина уже привыкла жить вместе с матерью и не хотела оставлять её одну.
Наследственную квартиру она постепенно привела в порядок. Сначала переклеила старые обои, затем поменяла сантехнику и приобрела простую, недорогую мебель. Через несколько месяцев Марина нашла порядочных жильцов — молодую супружескую пару.
Деньги, которые они платили за аренду, Марина почти не тратила. Каждый месяц она перечисляла их на отдельный накопительный счёт. В будущем женщина собиралась либо использовать эти сбережения для серьёзного ремонта в квартире матери, либо накопить достаточно, чтобы приобрести ещё одно жильё уже для себя.
Именно тогда в её жизни появился Антон.
Он жил вместе со своей матерью, Ириной Викторовной, и рассказывал Марине, что тоже откладывает деньги на собственное жильё.
— Я не собираюсь до старости сидеть у мамы, — как-то сказал он на одном из первых свиданий. — Просто хочу накопить достаточно, чтобы купить что-нибудь нормальное, а не хвататься за первый попавшийся вариант.
Отношения между ними складывались без бурных драм. Антон регулярно приезжал к Марине и её матери, помогал по хозяйству, мог что-нибудь подкрутить, повесить полку или починить. Однажды он сам устранил протечку крана на кухне.
Мать Марины относилась к нему хорошо.
— Мужчина неплохой. И руки на месте, — говорила она дочери.
Спустя год Марина и Антон сыграли свадьбу. Сразу приобретать собственную квартиру они не стали. Решили сначала пожить в съёмной двухкомнатной квартире неподалёку от работы Марины и постепенно собрать деньги на первоначальный взнос по ипотеке.
Ирина Викторовна ещё до свадьбы проявляла повышенный интерес к квартире невестки, хотя каждый раз подавала свои вопросы как совершенно обычное любопытство. Она спрашивала, сколько Марина получает от квартирантов, на кого оформлена недвижимость, имеются ли долги по коммунальным платежам и не задумывается ли Марина когда-нибудь продать эту квартиру.
Марина отвечала без раздражения. Тогда ей казалось, что будущая свекровь просто любит всё знать и задаёт вопросы исключительно из практического интереса.
После свадьбы всё начало понемногу меняться.
Антон всё чаще говорил, что квартира теперь якобы стала «почти семейной», потому что они с Мариной уже официально муж и жена.
Однажды вечером супруги сидели перед телевизором, когда Антон вдруг спросил:
— Слушай, если мы всё-таки решимся на ипотеку, может, ты вложишь в первоначальный взнос деньги, которые получаешь от той квартиры?
Марина удивлённо повернулась к нему.
— Я не планировала пользоваться этими деньгами. Квартира досталась мне от папы. Пусть пока сдаётся, а деньги копятся.
Антон тогда спорить не стал.
Но после этого подобные разговоры начали повторяться всё чаще.
Он рассуждал о том, что платить за съёмное жильё бессмысленно, поскольку эти деньги всё равно уходят чужому человеку. Напоминал, что пора обзаводиться собственной квартирой, рассказывал, что почти все их знакомые уже давно решили жилищный вопрос.
Очень скоро к этим разговорам подключилась и Ирина Викторовна.