— Привет, дорогой, — выходя из кухни и вытирая сырые руки о полотенце, висящее на плече, проговорила Альбина.
— Привет, привет, — с улыбкой глядя на жену, ответил Мирон, — как ваши дела? Малой не шалил? – с этими словами мужчина погладил Альбину по животику, в котором рос и развивался их первенец.
— Шалит потихоньку, — улыбнулась женщина, а потом, изменив тон на более серьезный, поинтересовалась, — ты, когда за отцом поедешь?
— Не знаю, — с тяжелым вздохом проговорил Мирон. – Я сегодня нашел неплохое местечко, завтра поеду, посмотрю как там и что. Если все устроит, то начну оформлять документы отца.
— Какое местечко? – дрожащим голосом спросила Альбина, — мы же решили, что ты привезешь Аркадия Даниловича к нам…
— Куда к нам? – переходя на крик, спросил Мирон, а потом, понизив тон, продолжил, — Аль, ну куда к нам? У нас двухкомнатная квартира, скоро ребенок появится, где мы все разместимся? – нежным голосом, как разговаривают с неразумными детьми, проговорил мужчина.
— В тесноте, да не в обиде, — ответила с улыбкой Альбина, привыкшая жить в большой и дружной семье и помогать родным и близким. – Тем более, у твоего отца добротный дом в деревне. Можно его продать и купить квартиру побольше в складчину. Чтобы всем места хватило, — продолжила Альбина.
— Ну, я даже не знаю… Мой папа – человек непростой, за ним ухаживать надо. Поесть приготовить…
— Ты говоришь о своем отце как о немощном старике. Ему же вроде шестьдесят семь только. Я думаю, чтобы он в жизни не согласился бы жить с нами, если бы была жива твоя мама. Он же из-за нее в деревню поехал, а одному ему там не в радость, — трещала Альбина, глядя на мужа.
— Ну, если ты так хочешь, то давай привезем отца к нам. Но на время, пока я его документы оформлю в … — Мирон запнулся, не зная, как правильно назвать то место, куда он хочет отправить отца. Дом престарелых звучало слишком грубо, поэтому подумав немного, мужчина произнес:
— В санаторий. Смотри, какое милое местечко, — проговорил Мирон, протягивая жене буклет.
— «Последний приют», — шевеля губами, прочитала Альбина. – Эм… Милый, тебя не смущает название? Звучит как кладбище! – передернув плечами, сказала женщина.
— Кладбище? – возмутился Мирон. – Если бы ты знала, сколько стоит пребывание на этом «кладбище», то упала бы в обморок. И, кстати, туда можно попасть только через своих. Местечко считается элитным. Мне все контакт Семён дал. Ну, помнишь, такой высокий рыжий парень, он мне как-то документы завозил, — Альбина растерянно кивнула в знак того, что помнит, а Мирон, не замечая настроения жены, продолжал говорить, — так вот Семён пристроил туда свою матушку и доволен. Природа – шикарная. Лес, речка…
— Мирон, замолчи, — взмолилась Альбина, которая больше не могла слушать речей мужа, считая их ужасными.
Когда ее большая семья распалась в один миг, когда умерли все ее родные и любимые, женщина чуть не сошла с ума от горя и тоски. Из депрессии ее вытащил именно Мирон. Он вернул Альбину к жизни своей заботой и любовью, а сейчас этот мужчина говорил ужасные вещи, и Альбине было горько их слушать.
— Привези отца к нам, прошу. Мы найдем общий язык, он не будет нам мешать, — прошептала Альбина.
Мирон кивнул, соглашаясь.
«Пусть отец поживет с нами, пока я буду оформлять ему документы в «Последний приют». Альбина за это время наиграется в добрую девочку и сама будет рада, что свекор съезжает», — думал про себя Мирон, обнимая жену.
Через три дня в квартире Альбины и Мирона появился тихий Аркадий Данилович. Женщина видела отца мужа всего несколько раз: на собственной свадьбе и когда умерла свекровь.
Несмотря на шапочное знакомство, Альбина быстро смогла найти общий язык с мужчиной.
Абсолютно беспомощный в быту Аркадий Данилович был прекрасным исполнителем. Он не способен был сварить суп, а вот начистить картошку, натереть морковь или помыть посуду – никогда не отказывал.
Общаясь с мужчиной, Альбина узнала много интересного из области географии, биологии и астрономии. Аркадий Данилович был начитан и эрудирован. С каждым днем Альбина проникалась к свёкру все большей симпатией, а вот родного сына отец раздражал.
Мирону не нравилось, что папа по вечерам смотрит телевизор, что слишком рано встает, громко ходит, часто смывает в туалете воду. Мирон постоянно был всем недоволен и каждый раз искал причину, чтобы зацепить отца.
— Пап, а можно есть поаккуратней? – говорил «любящий» сын, когда отец ронял на стол крошку хлеба.
Альбина видела все это, но в глубине души надеялась, что все наладится. Мечты женщины разбились в один миг.
— Пап, пап, — собирай вещи, придя в один из дней домой, закричал с порога Мирон.
— Зачем ему собирать вещи? – спросила Альбина, которая вышла на крик мужа.
— Как зачем? – удивленно вскинул брови Мирон, — мы же говорили, что отец поживет у нас временно, пока я оформляю его в санаторий.
— В санаторий? – закричала Альбина, — ты серьёзно считаешь, что местечко под названием «Последний приют» — это то, чего заслуживает твой отец? Ты серьезно?