Глеб даже бровью не повел.
Он не принялся мучительно подбирать дипломатичные выражения, не посмотрел на меня в ожидании подсказки и не стал изображать человека, разрывающегося между женой и родственниками.
— Мама, — произнес он спокойно, но в его голосе появилась такая твердость, что спорить сразу расхотелось. — Даже обсуждать нечего. Эта квартира принадлежит Ирине. Мы живем здесь вдвоем, и никаких дополнительных жильцов нам не нужно. Марина у нас не останется. Забирайте вещи и возвращайтесь домой. Либо пусть сестра ищет другую съемную квартиру.
Марина презрительно хмыкнула и демонстративно поправила воротник своей роскошной шубки, которая явно стоила немалых денег.
— Глеб, ты понимаешь, что сейчас сказал?! — взорвалась Светлана Леонидовна. — Твоя родная сестра фактически без крыши над головой, а ты прикрываешься собственной женой! Я тебя для чего воспитывала? Чтобы ты в трудную минуту от родной крови отказывался?!
— Ты меня растила не для того, чтобы я обеспечивал сестре удобный маршрут до работы, распоряжаясь квартирой моей жены, — без промедления ответил муж.
Он решительно приблизился к чемодану и взялся за его ручку.
— На этом все. Разговор закончен. Выход находится там же, где вход.
Однако Светлана Леонидовна принадлежала к числу людей, которых простой отказ никогда не останавливал. Она резко развернулась ко мне, и ее глаза возмущенно засверкали.
— Ира! Ну ты же сама женщина! Неужели совсем не способна понять другую женщину? У вас огромная трехкомнатная квартира! Марина прекрасно разместится в твоем кабинете. Все равно ты там только со своими бумажками сидишь, ничего серьезного не делаешь!
Свекровь набрала воздуха и перешла к откровенным угрозам.
— Мы вам не посторонние! Мы семья! А если сейчас выставишь Марину за дверь, я всей родне расскажу, какая ты черствая и бессердечная! Вот увидишь, ни один родственник больше с тобой за общий стол не сядет!
Я спокойно смотрела на женщину, которая искренне считала, что право распоряжаться моим жильем принадлежит ей по факту рождения моего мужа.
Есть старая поговорка о том, что наглость приносит второе счастье. Судя по поведению родственниц Глеба, с первым счастьем у них возникли серьезные трудности, поэтому второе они решили эксплуатировать без ограничений.
— Нет, — отчетливо произнесла я.
Всего три буквы. Никаких длинных объяснений, извиняющегося тона и попыток понравиться.
— Что значит «нет»?! — растерянно переспросила свекровь.
— Именно то, что вы услышали. Марина в нашей квартире жить не станет. Свой рабочий кабинет я никому не уступлю. И угрозы испортить мою репутацию в глазах родственников, с которыми я встречалась от силы пару раз, на меня совершенно не действуют. Понимаете, Светлана Леонидовна, уважение к семье не измеряется количеством квадратных метров, которые я обязана предоставить вашей дочери.
— Вот, значит, как?! — почти закричала свекровь. — Да мы ради вас столько всего сделали! Если бы не наша помощь, вы бы вообще… Да я все про вас знаю! Всем расскажу, какие вы жадные! Как родной матери каждую копейку считаете!
Именно в этот момент она допустила ошибку, которая окончательно разрушила ее тщательно подготовленный план.
Я не повысила голос и даже не попыталась перебить ее.
Вместо этого спокойно взяла с тумбочки смартфон. На секундомере уже шла третья минута нашего весьма своеобразного семейного визита.
— Прекрасная мысль, — доброжелательно сказала я.
Затем открыла семейный чат, в котором состояло около сорока наших родственников, живущих в самых разных городах, и демонстративно поднесла палец к кнопке записи голосового сообщения.
— Светлана Леонидовна, можете начинать прямо сейчас. Пусть все услышат вашу версию событий.
Она внезапно замолчала.
— Только предлагаю заодно обсудить один любопытный вопрос, — продолжила я тем же ровным тоном. — Например, куда исчезли триста тысяч рублей, которые мы с Глебом передали вам полгода назад. Помните, вы тогда уверяли, что на даче срочно требуется заменить крышу? Что она протекает и дом скоро начнет разрушаться?
Я немного помолчала, внимательно наблюдая, как меняется выражение ее лица.
— Так вот, в прошлые выходные я собственными глазами убедилась, что крышу никто так и не ремонтировал. Она по-прежнему протекает, а местами выглядит еще хуже. Зато у Марины, которая нигде не работает и якобы не может оплатить аренду квартиры, каким-то образом появился новенький смартфон за сто пятьдесят тысяч рублей. И еще эта замечательная норфисская шубка, которую она сейчас так старательно поправляет.
Марина моментально побледнела.
Она торопливо запахнула шубу, словно надеялась таким образом спрятать не только дорогую покупку, но и все неудобные вопросы.
— Ты… Ты не посмеешь такое сделать! — процедила сквозь зубы Светлана Леонидовна.
При этом она тревожно покосилась в сторону открытой входной двери.
А на лестничной площадке как раз появилась Анна Марковна.