В гостиной стало шумно.
Люди обнимались.
Здоровались.
Кто-то заново знакомился спустя много лет.
Лидия Сергеевна, ради приезда которой и устроили всё это мероприятие, оказалась невысокой женщиной с короткими волосами и невероятно громким смехом.
Она переходила от одного родственника к другому и постоянно повторяла:
— Господи, как же вы все изменились!
Ксения спустилась к самому началу встречи.
Она всё-таки была хозяйкой этого дома и не собиралась прятаться в кабинете до конца вечера.
Просто быть хозяйкой и с утра до ночи готовить чужое меню — это совершенно разные вещи.
При знакомстве Лидия Сергеевна сразу её обняла.
— Ксюшенька, спасибо тебе огромное, что разрешила всей этой толпе здесь собраться!
— Надеюсь, дом выдержит.
— Да выдержит. Мы вообще люди спокойные.
В ту же секунду из гостиной раздался особенно громкий хохот.
Обе женщины посмотрели в ту сторону.
— Ну почти спокойные, — поправилась Лидия Сергеевна.
Евгений разносил тарелки.
Илья открывал бутылки.
Две родственницы спорили, куда лучше поставить горячие блюда.
Все наконец были заняты чем-то полезным.
Алевтина Павловна переходила из кухни в гостиную и обратно с выражением человека, который буквально в одиночку спас праздник от катастрофы.
Голубцы в итоге выставили на стол на двух больших блюдах.
Их действительно получилось примерно шестьдесят.
Никто от этого не умер с голода.
Более того, еды в результате оказалось чересчур много.
Родственники привезли столько собственного, что некоторые контейнеры даже решили не открывать.
В какой-то момент одна женщина спросила:
— Ксюш, а ты почему голубцы не делала? Алевтина нам сказала, что вы с утра вместе готовите.
Ксения ещё даже не успела открыть рот.
Свекровь тут же ответила за неё:
— Она решила, что не обязана.
За столом на несколько секунд стало заметно тише.
Похоже, Алевтина Павловна рассчитывала получить поддержку родственников.
— Представляете, бросила меня одну со всей этой кучей продуктов.
Тётя Людмила деликатно кашлянула.
— Ну почему же одну? Я с двенадцати здесь.
— Потому что я тебя позвала.
— А я вообще думала, что каждый что-нибудь принесёт, — сказала сидевшая напротив женщина. — Ты же мне вчера сама сказала: «Только приезжай, больше ничего не надо».
Другая родственница согласно кивнула.
— Мне ты сказала то же самое. Но я всё равно сделала салаты, потому что готовить на тридцать человек силами одного человека — это ненормально.
— Вот именно, — поддержала её Лидия Сергеевна. — На вашем месте я бы вообще всех в кафе собрала и никого не мучила.
Алевтина Павловна застыла.
Разговор явно развивался не по тому сценарию, который она себе представляла.
— Да никто никого не мучил! Просто в доме вообще-то две хозяйки.
Ксения спокойно положила вилку рядом с тарелкой.
Но ответить ей не пришлось.
Тётя Людмила посмотрела прямо на сестру:
— Алевтина, ты сама пригласила столько людей, а готовить решила в основном Ксюшиными руками? Тогда хотя бы заранее спросить человека надо было.
— Женя разрешил.
Несколько человек одновременно повернулись к Евгению.
Он сидел рядом с двоюродным братом и по выражению лица было очевидно, что больше всего сейчас хотел телепортироваться куда-нибудь подальше.
— Мам, я сказал, что родственники могут собраться у нас. Но разговора про сто пятьдесят голубцов не было.
Алевтина Павловна поджала губы, затем отвела взгляд и потянулась за салфеткой.
Ксения ничего добавлять не стала.
Ей совершенно не требовалось доказывать перед тремя десятками людей собственную правоту.
Через минуту Лидия Сергеевна уже рассказывала историю о том, как когда-то сама решила принять дома двадцать пять гостей и после этого навсегда зареклась устраивать большие застолья без нескольких помощников.
Тема разговора сменилась.
Вечер в результате получился довольно весёлым.
Дети выбегали на террасу, но быстро возвращались в дом, потому что на улице становилось прохладнее.
Мужчины обсуждали машины, ремонт и стройку.
Женщины рассматривали старые фотографии, которые привезла с собой Лидия Сергеевна.
Ксения разговаривала с родственниками, которых давно не видела, иногда убирала со стола пустые тарелки, но больше не позволяла превращать себя в бесплатный обслуживающий персонал.
Алевтина Павловна со временем тоже немного успокоилась.
Особенно когда окончательно убедилась, что никто не считает отсутствие ста пятидесяти голубцов семейной трагедией.
Наоборот, то, что осталось в кастрюле, вечером пришлось раскладывать по контейнерам и буквально предлагать гостям забрать домой.
Последние родственники уехали уже после десяти вечера.
Во дворе наконец стало тихо.
Евгений запер ворота и вернулся в дом.
На кухонном столе возвышалась гора грязной посуды.
Алевтина Павловна сидела на стуле и устало растирала ладони.
— Всё, — сказала она. — Больше никогда такие сборища не устраиваю.
Тётя Людмила, которая задержалась помочь с уборкой, рассмеялась.