— Вот именно поэтому я до сих пор не могу понять, как после девяти лет брака ты смог сказать мне, что «трагедии случаются». Сказать это сразу после того, как мне пришлось усыпить Марса из-за ситуации, о которой я предупреждала вас бессчётное количество раз.
— Ты опять всё сводишь к этому коту.
— Нет, Витя. Речь совсем не только о Марсе. Ты самостоятельно решил, кто будет жить в нашей квартире, проигнорировав моё мнение. Затем два месяца уговаривал меня терпеть неудобства. Каждый раз делал вид, будто мои просьбы ничего не значат. А когда произошло именно то, чего я опасалась с самого начала, ты снова потребовал от меня терпения.
— Я не мог посреди ночи выставить сестру и троих детей на улицу.
— Зато мог с самого начала не привозить их сюда вопреки моему прямому отказу.
Виктор некоторое время молчал.
— Значит, всё-таки разводимся.
— Значит, разводимся.
Он поднял сумку и вышел за дверь.
Развод прошёл спокойно, без трогательных признаний, долгих выяснений отношений и попыток восстановить семью. Виктор ещё несколько раз связывался с Екатериной по бытовым вопросам, а потом звонки прекратились. Через пару месяцев она услышала, что бывший муж арендовал маленькую квартиру неподалёку от своей работы. Позднее общие знакомые рассказывали, что его жизнь постепенно наладилась.
Что касается Ларисы, ремонт в её квартире продолжался ещё целых два месяца после переезда в арендованное жильё. Лишь затем она смогла вернуться домой вместе с детьми. Ни компенсации за испорченную косметику и диван, ни элементарных слов сожаления по поводу гибели Марса Екатерина от неё так и не дождалась. Лариса продолжала считать, что во всём виноваты не она и её дети, а неудачное стечение обстоятельств и чрезмерно нервная бывшая жена брата.
Со многими родственниками Виктора Екатерина полностью прекратила общение. Некоторые даже исключили её из семейных переписок. Та самая двоюродная сестра, с которой раньше они вместе выбирались на природу, навещали друг друга и обменивались поздравлениями по праздникам, однажды столкнулась с Екатериной в торговом центре и демонстративно сделала вид, будто не узнала её.
Но даже это оказалось далеко не самым тяжёлым.
По вечерам в квартире установилась невыносимая пустота. Екатерина возвращалась после работы, открывала входную дверь и ещё долго по привычке опускала глаза к коврику, ожидая увидеть встречающего её Марса. А затем снова вспоминала, что его больше нет.
Почти через год она даже приобрела новую лежанку, собираясь взять кота из приюта. Но в назначенный день так и не смогла заставить себя поехать за животным. Поняла, что пока эмоционально к этому не готова. Старую плетёную корзинку Марса она всё это время бережно хранила в кладовке и так и не решилась выбросить.
Однажды общая знакомая случайно встретилась с Ларисой и позже рассказала Екатерине последние новости. У той, оказывается, всё складывалось прекрасно: ремонт наконец завершился, дети посещали школу и детский сад, Артём обзавёлся новым компьютером и с увлечением проводил за ним время. Знакомая осторожно поинтересовалась, как мальчик пережил историю с котом.
— Да он уже почти ничего не помнит, — беспечно ответила Лариса. — Дети ведь быстро забывают неприятности.
Услышав этот рассказ, Екатерина не произнесла ни слова.
Артём действительно оставался ребёнком. Спустя несколько недель после происшествия его жизнь вернулась в привычное русло: школа, домашние задания, друзья, компьютерные игры. Лариса обосновалась в обновлённой квартире. Виктор начал самостоятельную жизнь, а спустя некоторое время у него появилась другая женщина. Родственники по-прежнему собирались вместе на дни рождения и праздники, только Екатерину больше никто не приглашал.
И получалось, что среди всех участников этой истории именно она осталась с потерями, которые невозможно было исправить ни ремонтом, ни переездом, ни очередными семейными объяснениями. Марс погиб. Семья распалась. Люди, которых она почти десятилетие считала своими близкими, теперь вспоминали её исключительно как женщину, которая «выгнала среди ночи троих детей из-за кота».
Иногда Екатерина мысленно возвращалась к тому страшному вечеру и представляла, что могла бы поступить иначе. Не выставлять чемоданы на лестничную площадку. Позволить гостям переночевать и уехать утром. Не кричать, а разговаривать спокойным голосом. Возможно, тогда брак продержался бы ещё какое-то время. А может быть, они с Виктором даже сумели бы избежать развода.
Но стоило ей подумать об этом, как перед глазами вновь возникала пустая переноска в ветеринарной клинике. А в ушах звучал равнодушный голос мужа, произносящего, что трагедии иногда случаются.
И тогда Екатерина окончательно понимала: той семьи, которую она когда-то любила и пыталась сохранить, не стало уже в тот вечер. Просто документально их расставание оформили лишь спустя несколько месяцев…