– Андрей сказал, что основные условия вы уже предварительно согласовали. Поэтому я и приехал с образцами и проектом спецификации.
– Мы с вами ни одного условия не обсуждали. Мой отдел закупок также ничего не согласовывал.
Андрей сделал шаг в мою сторону.
– Марина, прекрати. Мы вчера обо всём поговорили.
– Вчера я ясно сказала тебе, что ты не имеешь права договариваться от моего имени.
– И ради этого ты заблокировала мне вход в офис?
– Я отменила постоянный гостевой пропуск. Если у тебя будет назначена встреча с сотрудником компании, тебе оформят разовый доступ, как любому другому посетителю.
Он посмотрел сначала на администратора, затем на Павла.
Когда снова заговорил, его голос стал заметно тише.
– Ты понимаешь, как всё это сейчас выглядит?
– Да. Теперь всё выглядит именно так, как есть на самом деле. У тебя нет должности в этой компании и нет постоянного доступа в рабочую зону.
– Значит, мой опыт тебе больше вообще не нужен?
– Опыт, совет и полномочия – это три разные вещи. Ты почему-то перестал замечать между ними разницу.
Павел переложил папку с одной руки в другую.
– Марина Сергеевна, я не хотел становиться участником семейной истории. Мне сказали, что компания ищет нового поставщика и готова достаточно быстро подписывать договор.
– Поставщиков мы действительно рассматриваем. Оставьте коммерческое предложение Елене, после чего его сравнят с остальными. Но никаких гарантий и обещаний я сейчас дать не могу.
Павел кивнул.
– Меня такой порядок вполне устраивает.
Андрей резко повернул голову в его сторону.
– Павел, вообще-то мы с тобой совсем о другом договаривались.
– Мы договаривались, что ты познакомишь меня с человеком, который реально принимает решение, – спокойно ответил тот. – Я этого человека только что услышал.
Андрей несколько секунд молча смотрел на него.
Потом перевёл взгляд обратно на меня.
– Замечательно. Тогда считай, что моих контактов у твоей фирмы больше не существует. Ни Павла, ни всех остальных. Будешь сама бегать за людьми и выпрашивать нормальные цены.
Вот она – та самая цена, которой он пугал меня ещё вчера.
Не красивая угроза во время семейной ссоры, а вполне реальная потеря определённых возможностей.
За годы работы Андрей действительно обзавёлся знакомствами с людьми, до которых моим менеджерам иногда приходилось пробиваться через два или три звонка.
Я могла остановить всё прямо сейчас.
Достаточно было сказать администратору открыть проход, пригласить мужа наверх, сообщить сотрудникам, что мы просто неправильно друг друга поняли.
Через пять минут офис снова вернулся бы к обычному рабочему ритму.
Но тогда подписанный утром приказ оказался бы не установленной границей, а всего лишь короткой паузой до момента, когда на меня снова надавят.
– Значит, будем работать без твоих личных договорённостей, – сказала я. – Люди, которые хотят сотрудничать с нашей компанией, вполне могут обращаться непосредственно к нам.
– Ты решила унизить собственного мужа перед совершенно посторонним человеком.
– Вчера ты решил сообщить мне, где находится мой потолок. Сегодня я не определяю твой потолок. Я всего лишь определяю твои рабочие полномочия. Ты сам привёл сюда человека, которому дал обещание, хотя не имел права этого делать.
Андрей протянул мне карточку.
– Тогда забирай свой драгоценный пропуск.
Я даже не подняла руку.
– Оставь его администратору. Карта всё равно уже не действует.
Павел кашлянул и повернулся к стойке.
– Я тогда просто оставлю материалы и поеду. Если предложение подойдёт, Елена сама со мной свяжется.
– Именно так и поступим, – ответила я.
Когда Павел отошёл в сторону, Андрей приблизился ко мне настолько, что администратор уже не мог отчётливо слышать наш разговор.
– Если ты сейчас же не прекратишь этот цирк, дома у нас будет совсем другой разговор.
– Дома мы можем поговорить о нашем браке. Здесь обсуждать больше нечего.
– Не думал, что ты когда-нибудь поставишь фирму выше семьи.
– Я не ставлю работу выше семьи. Я просто не позволяю семье подменять собой должностные полномочия.
Андрей положил карточку на стойку и вышел из здания.
Я поднялась обратно наверх без малейшего ощущения победы.
На моём столе всё так же лежали незаконченные расчёты.
В электронной почте накопилось двадцать два новых письма.
А в одиннадцать у меня был звонок с клиентом, который уже третий раз просил пересчитать стоимость доставки.
Рабочий день просто продолжался.
Только одной двусмысленности в нём больше не было.
Вечером Андрей находился дома.
На кровати лежала раскрытая дорожная сумка.
Он складывал в неё рубашки, зарядные устройства и несколько личных вещей.
– Собираешься к брату? – спросила я.
– На несколько дней. Мне нужно разобраться, с кем я вообще прожил все эти годы.
– Мне тоже есть о чём подумать.
Он застегнул маленький боковой карман сумки.
– Ты могла решить всё иначе. Без этого показательного унижения.