— Что там? — спросил Максим.
— Цветы. От совершенно незнакомых людей.
Они переглянулись. Впервые за последние недели в их взглядах появилось что-то похожее на надежду.
Вечером, когда Настю уложили спать, Максим неожиданно сказал:
— Давай переедем.
— Что?
— Найдём новую квартиру. Эту продадим. Начнём всё заново.
Алина посмотрела на него, пытаясь понять, говорит ли он всерьёз.
— Ты правда серьёзно?
— Абсолютно. Я уже поговорил с риелтором.
Она медленно прошлась по кухне, касаясь знакомых вещей — сервиза, из-за которого разгорелся скандал, холодильника с рисунками Насти…
— А если… если твоя мама…
— Она больше никогда не войдёт в наш дом, — твёрдо сказал Максим. — Ни в этот, ни в новый. Обещаю.
Алина подошла к окну. За ним был двор, где Настя училась кататься на велосипеде, лавочка, на которой они с Максимом когда-то целовались после работы…
— Хорошо, — тихо сказала она. — Давай переедем.
Максим обнял её со спины, и они долго стояли так, глядя на своё отражение в тёмном стекле — маленькая семья, которая наконец решила быть вместе против всего мира.
— Я люблю тебя, — прошептал он.
— Я знаю, — улыбнулась Алина.
На следующий день они связались с риелтором. Через месяц квартира была продана. Когда грузчики выносили последние коробки, Алина случайно нашла за шкафом ту самую икону, которую упоминала свекровь.
— Заберёшь? — спросил Максим.
Алина подумала несколько секунд и положила икону в коробку с надписью «выбросить».
— Нет.
Она взяла мужа за руку, и они вышли из квартиры, не оглядываясь.