— Ликвидности? — Светлана вдруг рассмеялась.
Смех прозвучал настолько странно, что Андрей на секунду замолчал.
— Ты сегодня выучил очередное умное слово? Андрей, этот кооператив планируют снести максимум через пару лет, потому что там собираются прокладывать дорогу. Об этом половина района знает! Твоя мама просто хочет куда-то вывезти старые вещи с балкона. Ты заплатил деньгами своих детей за сарай, в котором будут храниться старые лыжи и банки с соленьями!
Нина Сергеевна уже успела вернуться на кухню и снова села за стол.
Она демонстративно фыркнула, даже не обернувшись, и принялась разглядывать этикетку на банке с кофе так внимательно, словно происходящее вокруг совершенно её не касалось.
— Не слушай её, Андрюша, — протянула она через плечо. — Она просто завидует, потому что никогда не понимала, как делаются деньги. Снос — это даже хорошо. Нам выплатят компенсацию, причём гораздо больше первоначальной цены. У меня есть информация от нужных людей. Можно сказать, инсайдерская. Такие вещи не для всех, Света. Это информация для тех, кто умеет мыслить. Но куда тебе. Твой максимум — сравнивать акции в супермаркете.
— Вы врёте, — сказала Светлана и вошла на кухню.
Она поставила обе ладони на столешницу напротив свекрови.
— Никакой огромной компенсации никто не выплатит, потому что этот объект толком не оформлен. И вы это прекрасно знаете. Вам вообще не нужен гараж. Вы просто хотели получить от Андрея деньги на ремонт своей дачи. Неделю назад я случайно увидела смету в вашей сумке, когда вы попросили меня найти там телефон. Крыша, новая веранда, сайдинг. Общая стоимость — около двухсот сорока тысяч. Практически столько же, сколько лежало на нашем счёте.
Кухню накрыла тяжёлая тишина.
Андрей застыл на пороге и впервые за весь разговор посмотрел на мать неуверенно.
В глазах мелькнуло сомнение.
Всего на мгновение.
Нина Сергеевна тут же поймала этот взгляд и уничтожила сомнение одним холодным выражением лица.
— Ну и что? — спокойно спросила она. — Даже если часть денег действительно пойдёт на дачу, где здесь трагедия? Это семейный дом. Можно сказать, родовое имущество. Всё когда-нибудь достанется Андрею. Разве я не заслужила пожить нормально в старости? Я родила его, вырастила, столько сил и денег в него вложила. И теперь, когда мне требуется отремонтировать крышу, должна унижаться и спрашивать разрешения у какой-то приживалки?
— Приживалки? — переспросила Светлана.
Голос дрогнул, но вовсе не от обиды.
От бешенства.
— Я жена вашего сына. Я родила ваших внуков. Я работаю в двух местах, чтобы наша семья нормально жила.
— Ты паразитируешь на мне, Света, — вмешался Андрей.
Он прошёл к столу и встал рядом с матерью, положив руку на спинку её стула.
И этим простым движением будто окончательно обозначил, на чьей он стороне.
Они вдвоём.
Светлана напротив.
— Мама говорит правильно. Ты постоянно из меня всё вытягиваешь. Купить это, оплатить то, детям нужно одно, тебе требуется другое. Я устал от ощущения, что всё заработанное уходит в никуда. Мама предложила сохранить деньги, чтобы ты их не спустила. И вообще какая разница, будет это гараж или новая крыша? Деньги остаются внутри семьи. У старшего человека. У главы рода.
— Главы рода? — Светлана смотрела на мужа почти с ужасом. — Ты вообще слышишь себя со стороны? Ты называешь собственную мать главой рода и отдаёшь ей деньги, которые откладывались в том числе на лечение твоего сына? Ты уже забыл, как Вадик задыхался прошлой осенью?
— Не надо давить на жалость! — Андрей ударил кулаком по столу.
Чашка подскочила на блюдце.
— Перерастёт он этот кашель! Все дети болеют. Зато крыша действительно протекает. Если дом окончательно сгниёт, потом никакого наследства не останется. Просто ты совершенно не умеешь смотреть вперёд. Ты живёшь как потребитель. Главное, чтобы тебе было удобно прямо сегодня. А мама мыслит на годы и десятилетия.
— Она думает только о собственных желаниях! — крикнула Светлана. — Она управляет тобой, как игрушкой! Годами внушает, что жена для тебя враг, чтобы иметь доступ к твоим деньгам! Андрей, очнись наконец! Семья — это мы с тобой и наши дети! А не ты и твоя мама против всех остальных!
Нина Сергеевна медленно поднялась.
В маленькой кухне её грузная фигура словно заняла всё свободное место.
На Светлану она посмотрела с таким выражением, будто увидела что-то крайне неприятное.
— Ну вот, сынок, теперь ты сам всё видишь, — спокойно произнесла она, хотя обращалась к Андрею, не сводя взгляда со Светланы. — Истерика, крики, агрессия, полное отсутствие уважения к старшим. Я же предупреждала тебя: эта женщина тебя недостойна. Она не понимает, что означает настоящая семья, род, взаимопомощь. Для неё мужчина — только источник денег. Стоило тебе впервые проявить волю и принять самостоятельное решение, как она сразу показала истинное лицо. Ей нужен не ты. Ей нужен твой кошелёк.