— Помню, Паша. Особенно часто вспоминаю об этом в последние три недели.
Самое удивительное заключалось в том, что состоянием Кирилла муж совершенно не интересовался.
Ни единого раза.
Сначала Вероника просто случайно обратила внимание на это обстоятельство.
Потом начала замечать уже намеренно.
Она рассказывала, что Алина вместе с сыном отправилась в другой город.
Павел молча кивал.
Сообщала, что ребёнку начали проводить назначенные процедуры.
Муж в ответ интересовался, не пришёл ли очередной счёт за электроэнергию.
Однажды поздним вечером позвонила Алина. Кирилл очень тяжело перенёс очередную медицинскую процедуру, и сестра, стоя в больничном коридоре, никак не могла перестать плакать.
Вероника разговаривала с ней почти целый час.
Вернувшись после звонка на кухню, она услышала от мужа:
— Слушай, а если купить просто пустой участок, без готового дома, это ведь значительно дешевле получится?
И именно в тот момент Вероника впервые всерьёз задумалась не об очередной семейной ссоре.
А о расторжении брака.
Впрочем, на следующее утро она не бросилась подавать заявление на развод.
Семь лет совместной жизни казались слишком значительным сроком, чтобы перечеркнуть их одним решением лишь потому, что у супруга вместо совести будто временно заработал встроенный калькулятор.
Она предложила спокойно и обстоятельно поговорить.
Не о дачах.
Не о проданной квартире.
И даже не о Кирилле.
— Давай наконец разберёмся, что в нашей семье действительно является общим, — начала Вероника. — Причём не только тогда, когда тебе это выгодно. Ипотеку мы выплачиваем вдвоём. Коммунальные расходы тоже делим. Повседневные заботы у нас совместные. Если у тебя возникнут серьёзные трудности, я никогда не скажу, что ты взрослый мужчина и обязан справляться самостоятельно. Но квартира, которую я купила задолго до свадьбы, не превратилась в твою собственность только из-за того, что ты придумал, как потратить деньги от её продажи.
Павел внимательно выслушал жену.
Он даже признал, что несколько перегнул палку.
Однако уже через два дня отправил Веронике ссылку на очередное объявление.
Под фотографиями красовалась подпись:
«Вот этот вариант действительно отличный. Хотя бы взгляни».
Вероника оставила сообщение без ответа.
Почти через два месяца Кирилл наконец вернулся домой.
Ему ещё предстояли восстановительные занятия, регулярные обследования и поездки к специалистам. Но наиболее тяжёлый этап лечения, к счастью, остался позади.
Алина прислала сестре фотографию.
На снимке Кирилл сидел на диване. Худенький, со взъерошенными волосами, в футболке с изображением героя компьютерной игры. Мальчик улыбался и показывал поднятый вверх большой палец.
Вероника долго не могла отвести взгляд от фотографии.
Именно в этот момент в комнату вошёл Павел с телефоном в руке.
— Посмотри, помнишь тот загородный посёлок? Там недавно ещё один дом выставили. И цена даже ниже прежней. Если бы нам со временем как-нибудь возместить то, что тогда упустили…
Вероника медленно подняла на него глаза.
— Что именно ты собираешься возмещать?
Павел слегка растерялся.
— Ну… упущенную возможность.
— Какую возможность?
— Купить дачу, разумеется.
Вместо ответа Вероника протянула ему телефон, на экране которого всё ещё была фотография племянника.
— А вот это моя возможность, Паша.
Муж лишь бегло взглянул на изображение.
— Я ведь не утверждаю, что мальчика не следовало лечить.
— За все эти два месяца ты ни единого раза не спросил, как чувствует себя Кирилл.
— Вероника, только не начинай снова.
— Нет, Паша. Я больше ничего не начинаю. Кажется, наоборот, пришло время всё закончить.
Он опустился на стул напротив неё.
— Ты что, действительно собралась разводиться из-за какой-то дачи?
— Нет. Я собираюсь разводиться потому, что ты до сих пор воспринимаешь деньги, потраченные на спасение здоровья девятилетнего ребёнка, как собственный финансовый убыток. И, похоже, всерьёз уверен, что я обязана каким-то образом компенсировать тебе эту потерю.
Павел долго сидел молча.
Затем негромко произнёс:
— Значит, семь лет совместной жизни для тебя ничего не значат?
Вероника отрицательно покачала головой.
— Значат очень многое. Именно поэтому последние несколько месяцев я пыталась понять, можно ли ещё что-нибудь исправить между нами.
Но исправить так ничего и не удалось.
Некоторое время бывшие супруги продолжали жить под одной крышей, пока решали вопрос с общим жильём.
Трёхкомнатную квартиру они выставили на продажу.
И здесь Вероника принципиально не стала принимать решения единолично. Стоимость недвижимости они определили вместе, остаток задолженности по ипотеке уточнили в банке, а все предстоящие расходы на оформление сделки подсчитали заранее.
Когда покупатель перечислил деньги, супруги прежде всего полностью погасили ипотечный кредит.
Всё, что осталось после расчёта с банком, разделили на две равные части.
Никаких неопределённых «почти».