Поезд размеренно отбивал колёсами привычный ритм в ночной тишине, когда сквозь неглубокую дрёму Тамара неожиданно различила за тонкой перегородкой соседнего купе собственное имя.
Внутри купе царил полумрак. Только над дверью едва светился тусклый синий ночник. В воздухе стоял знакомый железнодорожный запах — смесь разогретого металла, крепкого чая из вагонного титана и еды, которую пассажиры брали с собой в дорогу: колбасы, варёных яиц, мандаринов. За окном, растворяясь в густой темноте, иногда вспыхивали редкие фонари маленьких станций. На нижней полке напротив негромко посапывал её попутчик Аркадий. А из соседнего купе доносился приглушённый разговор двух мужчин. И вдруг Тамара совершенно отчётливо услышала:
— …Тамара Николаевна. Это точно она. Когда приедем, нужно будет действовать быстро, пока она ещё ничего не поняла.
Тамара словно превратилась в камень под тонким вагонным одеялом. А потом, сама не понимая зачем, плотно сомкнула веки и сделала вид, будто крепко спит.
Тамаре исполнилось пятьдесят шесть лет.
Она возвращалась домой, в Иркутск, из Москвы, куда ездила заниматься оформлением неожиданно доставшегося наследства. Дальняя родственница из столицы, о которой Тамара уже почти не вспоминала, оставила ей после смерти довольно крупную сумму денег и московскую квартиру. Для Тамары, привыкшей всю жизнь жить весьма скромно, такое внезапное богатство стало настоящим потрясением.
Именно в Москве ей предложил помощь Аркадий — обходительный, вежливый мужчина примерно её возраста, с которым она якобы случайно познакомилась ещё в поезде по дороге в столицу. Он держался уверенно, выглядел солидно и представился специалистом по наследственным делам. Когда Аркадий узнал о причине её поездки, то сразу вызвался помочь: сходить вместе по нужным учреждениям, разобраться с документами, проследить, чтобы оформление прошло правильно.
Тамара, одинокая женщина, совершенно потерявшаяся в огромном незнакомом городе, искренне обрадовалась такой поддержке. Аркадий действительно сопровождал её по различным инстанциям, помогал разбираться с бумагами, был предупредительным и внимательным. А когда пришло время возвращаться домой, неожиданно сказал, что тоже собирается в Иркутск.
— Всё равно там кое-какие дела есть, — объяснил он. — Заодно помогу вам закончить оформление.
Тамара была ему очень признательна.
Более того, где-то глубоко внутри она уже начинала думать, что, возможно, судьба на склоне лет всё-таки подарила ей встречу с хорошим, надёжным человеком.
Но теперь за тонкой стеной незнакомцы произносили её имя и говорили о том, что нужно «действовать быстро, пока она ничего не поняла».
В голове у Тамары мгновенно возникли десятки тревожных мыслей.
Двое совершенно неизвестных мужчин знали её имя и отчество. Знали, каким поездом она возвращается. Возможно, знали и про наследство. А ведь об этом были осведомлены лишь несколько родственников и нотариус.
Откуда тогда информация у этих людей?
Значит, следят.
Значит, кому-то понадобились её деньги.
Может быть, собираются ограбить её сразу после прибытия в Иркутск?
Или нападут ещё здесь, прямо в поезде?
Сердце застучало так громко, что Тамаре показалось — его биение слышно даже в соседнем купе. Она неподвижно лежала под одеялом, стараясь не пошевелиться, и лихорадочно пыталась понять, что делать дальше.
Разбудить Аркадия?
Конечно.
Он же юрист. Он знает, как действовать. Он поможет. Защитит.
Тамара уже протянула руку, собираясь осторожно тронуть спящего спутника за плечо, но в последний момент замерла.
Её остановило какое-то неясное внутреннее чувство.
Не мысль даже.
Скорее тревожный сигнал, которому она пока не могла подобрать объяснение.
И именно в этот момент из-за стены снова донёсся голос:
— А с тем, который рядом с ней едет… с Аркадием… нужно осторожно. Он опасен.
Рука Тамары так и осталась зависшей над краем полки.
«Аркадий опасен».
Незнакомцы не говорили: «мы для неё опасны».
Они говорили именно про Аркадия.
Что-то здесь явно не сходилось.
Тамара медленно убрала руку и решила пока не будить попутчика.
Сначала нужно разобраться.
Всю жизнь Тамара работала с деньгами. Сначала была кассиром в сберкассе, позже устроилась в банк. Считала наличность, принимала вклады, оформляла документы. И за долгие годы она усвоила одно простое правило: словам верить нельзя — всё необходимо проверять.
Человек может говорить красиво.
Но факты всегда важнее.
И теперь, неподвижно лёжа в темноте, Тамара впервые начала внимательно сопоставлять всё, что происходило в последние дни.
Аркадий.
Он будто бы случайно оказался рядом с ней в поезде по дороге в Москву.
Но действительно ли случайно?
Разговор завязал первым.
О наследстве узнал удивительно быстро.
Представился юристом.
А видела ли она хоть какие-нибудь его документы, подтверждающие профессию?
Нет.
В Москве он действительно сопровождал её по разным учреждениям. Но почти каждый раз подавал ей бумаги со словами: