— Но ведь всем детям в городе запрещали ходить туда? — перебил я его.
— Да. И я ужасно боялся. Мне совсем не хотелось идти туда одному.
Барри ненадолго замолчал.
— Тогда я и увидел его. Вашего сына. В школе он обычно держался сам по себе. Другие дети иногда над ним издевались. Я подумал, что, если предложу ему пойти вместе со мной, он вряд ли откажется.
Мне вдруг показалось, что комната стала намного теснее.
— Тогда я и увидел вашего сына.
Карен закрыла лицо руками.
— Он решил, что я хочу с ним подружиться, — прошептал Барри. — А когда я сказал ему, что нас обоих зовут Барри, он так улыбнулся… словно для него это было чем-то особенным.
У меня перехватило горло.
Голос Барри начал дрожать.
— После уроков мы отправились к карьеру. Когда пришли, те старшие уже ждали нас. Их было трое. Они сказали, что, если мы хотим доказать свою смелость, должны пройти по узкому каменному выступу над водой.
— Старшие уже ждали нас.
Карен судорожно вдохнула.
— Выступ был очень узким, — продолжил Барри. — Повсюду лежали мелкие камни и осыпавшийся гравий. Один неверный шаг — и можно было сорваться прямо в карьерное озеро. Я запаниковал.
Барри закрыл глаза.
— Я только посмотрел вниз и побежал. Даже не думал. Просто развернулся и бежал до самого дома.
— А мой сын? — спросил я.
Голос Барри сорвался.
— Он остался.
Карен заплакала ещё сильнее.
— Наверное, он решил, что должен что-то им доказать, — с болью сказал Барри.
— Я просто развернулся и бежал до самого дома.
Мои руки задрожали.
— Что произошло с ним потом?
— Я не знал этого много лет. Уже на следующий день начались поиски, — продолжал Барри. — Везде была полиция. Летали вертолёты. Люди ходили по домам и задавали вопросы.
— Почему ты никому ничего не рассказал?! — сквозь слёзы спросила Карен.
Барри посмотрел на неё. В его лице читалась настоящая вина.
— Я боялся. Думал, что обвинят меня. Всё убеждал себя, что, может быть, он всё-таки вернулся домой. Но где-то глубоко внутри понимал, что случилось что-то ужасное.
— Что произошло с моим сыном?
— Когда мне исполнилось 19, я случайно встретил на заправке одного из тех старших мальчишек. К тому времени он уже был взрослым мужчиной. Сначала он начал делать вид, будто вообще ничего не помнит. Но я прижал его к стене и потребовал рассказать правду. Тогда он наконец признался.
Сердце у меня колотилось так сильно, что я слышал собственный пульс.
— Он сказал, что ваш сын сорвался. Камни под его ногами осыпались.
Карен издала сдавленный крик.
— А они испугались и убежали, — закончил Барри.
Внутри моей груди будто образовалась огромная пустота.
— Тогда он наконец признался.
Барри продолжал говорить:
— После этого я сорвался. Вся вина, которую я таскал в себе столько лет, накрыла меня сразу. Я начал избивать его. Не мог остановиться. Всё закончилось настолько плохо, что приехала полиция. Меня арестовали. Следующие несколько лет я то выходил из тюрьмы, то снова туда возвращался.
Я медленно выдохнул.
— Когда я сидел в очередной раз, то познакомился с другим заключённым, — продолжил Барри. — Оказалось, что он тоже был одним из тех старших ребят у карьера в тот день. Всё это время он жил с тем же чувством вины. В тюрьме он увлёкся духовными практиками. Говорил, что наконец сумел простить самого себя.
Я резко поднял голову.
— После этого я сорвался.
Барри тяжело вздохнул.
— Перед своим освобождением он помог мне посмотреть в лицо всему тому, от чего я столько лет убегал. Когда вышел на свободу, начал искать работу. И тогда увидел название вашего магазина.
Он осторожно посмотрел на меня.
— Ты знал, что магазин принадлежит мне? — спросил я.
Он кивнул.
— Да. Я специально подал заявление сюда, потому что хотел рассказать вам правду. Просто не понимал, как это сделать.
Карен посмотрела на него покрасневшими от слёз глазами.
— Поэтому вместо правды решил лгать?
— Я много раз собирался всё рассказать, — ответил Барри. — Но каждый раз, когда почти решался, просто не мог выговорить ни слова. Простите меня.
— Ты знал, что магазин принадлежит мне?
После этого никто долго не говорил.
Наконец я отодвинул стул от стола.
— Мне нужно выйти и немного пройтись.
Я покинул дом. Видимо, Барри вскоре тоже ушёл, потому что, когда я вернулся, его уже не было.
В ту ночь мне почти не удалось уснуть. Перед глазами постоянно всплывал мой сын.
Но думал я и о Барри.
Снова и снова прокручивал всё, что он нам рассказал.
Когда я вернулся, его уже не было.
На следующее утро я, как обычно, приехал в магазин.
Барри уже находился там. Увидев меня, он сразу заметно напрягся.
— Доброе утро, — тихо сказал он.
— Пойдём со мной, — ответил я.
Мы прошли в кабинет. Я сел за стол.
— Знаешь, почему я тогда взял тебя на работу?
Он отрицательно покачал головой.
— Потому что ты напоминал мне моего сына, — сказал я.
Барри уже находился там.
Его глаза расширились.
— То же имя, примерно тот же возраст, который был бы у него сейчас. Мне казалось, что это какой-то знак судьбы, — продолжил я. — Карен я никогда об этом не рассказывал, но ещё до того, как ты начал здесь работать, мне несколько раз снился мой мальчик. Во сне он повторял, что правда однажды обязательно откроется.
Барри выглядел ошеломлённым.
— Когда я впервые увидел тебя, мне показалось, что ты невероятно похож на него. Но после вчерашнего вечера я понял, что это не совсем так.
— Мне очень жаль.
— Возможно, рядом с тобой всё это время словно находился дух моего сына. Может быть, из-за той вины, которую ты носил в себе столько лет.
— Мне начал сниться мой мальчик.
Глаза Барри наполнились слезами.
— Мне так жаль.
Я поднялся со стула.
— Я знаю. Ты был всего лишь перепуганным ребёнком. Ты убежал. Дети иногда так поступают.
Барри покачал головой.
— Но ведь именно я привёл его туда.
— Да, — мягко сказал я. — И потом ты 15 лет жил с этой тяжестью.
Барри вытер лицо ладонью.
— Мой сын заслуживает покоя. И ты тоже.
Он молча смотрел на меня.
— Но ведь именно я привёл его туда.
Я подошёл ближе и положил руку ему на плечо.
— Работа у тебя по-прежнему есть, — сказал я. — И место в моей жизни тоже.
Барри сквозь слёзы издал короткий дрожащий смешок, в котором слышалось огромное облегчение.
Я обнял его.
И впервые за очень долгие годы мне показалось, что мой сын наконец-то вернулся домой.