Реабилитация, ставшая роковой: как частный центр не спас актёра
Осенью 2017 года Ксения, надеясь помочь мужу справиться с зависимостью, по совету знакомых обратилась в частный реабилитационный центр. Дмитрий приехал туда добровольно. Он сдал телефон, согласился с правилами изоляции и рассчитывал, что после короткого курса сможет восстановиться и вернуться к работе. Но место, которое казалось шансом на спасение, в итоге стало для него смертельно опасным.
Как выяснилось позже, в центре не было квалифицированных врачей, а у руководства отсутствовала медицинская лицензия. За пациентами присматривали люди без профильного образования, в том числе бывшие подопечные этого же учреждения. После резкой отмены алкоголя состояние Дмитрия начало стремительно ухудшаться: у него появились тяжёлые приступы, галлюцинации, признаки белой горячки и сильные боли.
Вместо срочной госпитализации актёру вводили сильнодействующие психотропные препараты. На протяжении девяти дней его состояние оставалось крайне тяжёлым. 15 октября, когда Марьянов уже жаловался на невыносимую боль в спине и ногах, руководство центра всё ещё не спешило вызывать скорую помощь. Медиков вызвали слишком поздно, когда ситуация уже стала критической. Причём в больницу артиста повезли не на машине скорой, а на обычном автомобиле.
По словам волонтёра центра, по дороге в клинику Дмитрий ещё оставался в сознании и тихо произнёс: «Всё, я умираю». Эти слова стали последними в его жизни. Врачи Лобненской больницы уже не смогли ничего сделать — сердце исполнителя роли Алика Радуги остановилось. Позже в СМИ начали появляться пугающие подробности последних часов актёра.
Представители семьи заявляли, что, согласно данным экспертизы, причиной смерти могла стать тяжёлая травма живота. По их словам, повреждение было получено примерно за 12 часов до гибели. Также звучали версии о том, что ослабленного и измученного артиста незадолго до смерти могли избивать. Суд над руководством реабилитационного центра, в котором находился Марьянов, растянулся на долгие годы и стал одной из самых болезненных страниц этой истории.
Наследство без завещания: почему родные начали спорить об имуществе
После смерти Дмитрия Марьянова выяснилось, что завещания он не оставил. Это стало началом затяжного наследственного конфликта. В споре фигурировали трёхкомнатная квартира в Москве, загородный дом, дача, банковские счета и коллекция редких мотоциклов. Ксения Бик добивалась выделения доли для дочери Анфисы, считая её законной наследницей. Однако отец актёра Юрий Георгиевич и сын Дмитрия Даниил заняли единую позицию.
Родные Марьянова обвиняли вдову в корыстном интересе и полагали, что именно её решения в итоге привели Дмитрия к трагедии. Судебные процессы оказались тяжёлыми для всех участников и окончательно обострили отношения между сторонами. В результате Ксении и Анфисе досталась сравнительно скромная однокомнатная квартира на окраине, а элитная недвижимость на Бауманской и загородное имущество перешли отцу артиста и его сыну.
Новая жизнь после потери: как сегодня живут вдова и дети Дмитрия
После долгих судов и тяжёлого общественного давления бывшая жена Марьянова всё же смогла начать новую главу. Поддержку ей оказал радиожурналист Сергей Соболев, который был рядом в период разбирательств и помог пережить болезненные последствия трагедии. Со временем их отношения стали серьёзными, и пара официально оформила брак.
Сегодня Ксения вместе с новым супругом и дочерью Анфисой старается строить спокойную семейную жизнь, оставляя позади громкие конфликты и болезненные воспоминания. Старшему сыну Дмитрия, Даниилу, сейчас 29 лет. В отличие от знаменитого отца, он не пошёл в актёры. Молодой человек работает в театре реквизитором и предпочитает не привлекать к себе лишнего внимания.
Анфиса также ведёт закрытый образ жизни и старается не афишировать личные подробности. С родственниками Дмитрия, по сообщениям, она не поддерживает общения. Судьба Марьянова оказалась яркой, насыщенной и во многом опасной. На съёмках он не раз рисковал собой, а однажды едва не пострадал от нападения бродячих собак. Но, несмотря на трудности, он продолжал работать, создавал запоминающиеся образы и оставил после себя роли, которые до сих пор помнят зрители и коллеги.