Добрая, тихая баба Зоя, которая всю жизнь прожила в небольшом городке в своей двухкомнатной квартире. Других внуков у неё не было — только Оксана. И всё своё имущество она завещала ей.
Квартира была старой, с потемневшими обоями и скрипучими полами, давно требовала ремонта, зато находилась почти в центре городка. Оксана приехала на похороны, оформила документы, разобрала вещи и выставила жильё на продажу.
Покупатель нашёлся быстро. Квартиру продали за два с половиной миллиона. Деньги поступили на счёт Оксаны в пасмурный октябрьский день. Она сидела в офисе, смотрела на цифры в банковском приложении и впервые за долгие пять лет почувствовала: теперь у неё есть возможность выбрать другую жизнь.
Она никому об этом не сказала. Ни Денису. Тем более не Людмиле Петровне.
Оксана начала искать подходящие варианты. Просматривала объявления, ездила на показы, сравнивала районы. Ей нужна была небольшая квартира — светлая, чистая, пусть даже совсем простая. Главное, чтобы она была её. Только её.
Через месяц она нашла подходящий вариант. Однокомнатная квартира в новом доме на окраине города. Тридцать восемь квадратных метров, чистовая отделка, большие светлые окна, тихий двор. Стоимость — ровно два миллиона.
Оксана купила её в тот же день.
Она оформила документы на себя, получила ключи и сразу поехала посмотреть квартиру ещё раз. Стояла в пустой комнате, слушала непривычную тишину и улыбалась. Просто улыбалась — впервые за много лет без страха, без напряжения, без ощущения, что сейчас кто-то войдёт и сделает замечание.
Это был её дом. Её собственный.
Оксана собиралась поговорить с Денисом вечером. Спокойно, без скандала. Объяснить, что купила квартиру на деньги от бабушки, что им давно пора жить отдельно, что Кире уже семь лет и ребёнку нужно своё пространство.
Но Людмила Петровна узнала обо всём раньше.
Каким образом — Оксана так и не выяснила. Может быть, случайно услышала телефонный разговор. Может, заглянула в сумку и увидела документы. Впрочем, теперь это уже не имело значения.
Когда Оксана вернулась домой после работы, свекровь уже ждала её в полной боевой готовности.
— Предательница! — закричала Людмила Петровна. — Я тебя в свой дом пустила, кормила, за ребёнком твоим смотрела, а ты вот как отплатила? Эти деньги нужно было вложить в семью!
— В какую именно семью? — устало спросила Оксана.
— В нашу! Денису машину купить! Настеньке на учёбу отложить!
— Настя — ваша младшая дочь, — напомнила Оксана. — Ей тридцать два года. Какая ещё учёба?
— Она давно хочет пойти на курсы!
— А Денису зачем машина, если у него даже прав нет?
— Получит права!
Оксана снова закрыла глаза. Разговор становился всё более бессмысленным.
— Людмила Петровна, это были мои деньги. От моей бабушки. Я имела законное и человеческое право купить себе жильё.
— Жильё у тебя и так есть — вот оно, здесь!
— Это ваша квартира. Не моя.
— Мы же родные люди!
— Родные люди не заставляют человека пять лет жить на птичьих правах. В доме, где я даже ужин не могу приготовить без вашего разрешения.
Людмила Петровна театрально всплеснула руками.
— Денис! Ты слышишь, как твоя жена со мной разговаривает?
Денис стоял у стены и снова молчал.
— Денис, — позвала Оксана. — Скажи хоть что-нибудь.
Он медленно поднял голову, посмотрел на мать, потом на жену.
— Ну… мама в чём-то права, Оксан. Нужно было сначала обсудить. Всё-таки сумма большая.
— Это были мои большие деньги.
— Но мы ведь семья…
— То есть твоя мать права? — Оксана говорила спокойно, но каждое слово звучало жёстко. — Я должна была отдать деньги вам, а не купить жильё себе и дочери?
Денис замялся.
— Не отдать… Просто надо было посоветоваться.
— С кем? С тобой? С твоей мамой? С твоей сестрой, которая появляется раз в месяц, когда ей нужны деньги?
— Оксана, ты сейчас ведёшь себя неадекватно! — возмутилась Людмила Петровна.
— Нет, я как раз абсолютно адекватна. Просто впервые за пять лет поступила так, как хотела я. А не так, как удобно вам.
Она развернулась, прошла в комнату, где спала Кира, и осторожно разбудила дочь.
— Солнышко, собирай свои игрушки. Мы переезжаем.
— Куда? — сонно пробормотала Кира, потирая глаза.
— В наш новый дом.
Оксана собрала вещи за двадцать минут. Две сумки: одежда, документы, несколько любимых игрушек Киры. Больше ей ничего не было нужно.
Денис стоял в дверях комнаты.
— Ты правда уйдёшь?
— Да. Правда.
— Оксан, ну это же глупость. Из-за чего всё это?
Она остановилась и посмотрела ему прямо в глаза.
— Из-за того, что за пять лет ты ни одного раза не встал на мою сторону. Ни разу не сказал своей матери: «Достаточно». Ни разу не защитил меня.
— Я просто не хотел ссор…
— А я больше не хочу жить там, где меня не уважают.
Людмила Петровна что-то кричала им вслед — про неблагодарность, эгоизм и то, что современная молодёжь совсем потеряла совесть. Оксана не обернулась.
Она взяла дочь за руку, вызвала такси и уехала.