Свекровь уговорила мужа уйти от меня. Но они даже не подозревали, что вместе со мной теряют целое состояние
Анна Петровна опять сидела за столом и тщательно перебирала гречку, выискивая тёмные крупинки так усердно, будто от этой миски зависел весь порядок в её жизни. Я давно выучила этот её ритуал: каждый раз перед тем, как начать очередной разговор «по душам», свекровь приводила нервы в равновесие именно так.
— Лена, уже пять лет прошло, — произнесла она, даже не взглянув на меня. — Пять лет, понимаешь? А результата как не было, так и нет.
Я молча продолжала мыть тарелки, стараясь не показывать, что её слова снова попали в больное место. Но внутри всё уже сжалось, будто кто-то туго затянул невидимый узел.
— Вот моя Галя рассказывала, — продолжила она, — у её невестки уже двое детей. А замуж та вышла всего два года назад.
— Анна Петровна, мы с Димой не сидим сложа руки…
— Не сидите! — резко перебила она и криво усмехнулась. — Может, дело совсем не в стараниях? Может, тебе пора нормально обследоваться? Узнать наконец, что с тобой не так.
Я повернулась к ней, чувствуя, как лицо начинает гореть от обиды.
— Я уже была у врача. Мне сказали, что по моей части всё в порядке. И что нам с Димой нужно прийти вместе…
— А при чём тут Дима? — возмутилась свекровь, наконец подняв на меня глаза. — С ним-то что может быть? Мужик здоровый, крепкий. Это у тебя, значит, какие-то проблемы…
В этот момент хлопнула входная дверь, и на кухне появился Дима. Уставший, помятый, с запахом табака. Последние месяцы он всё чаще приходил поздно, всё меньше разговаривал со мной и почти не смотрел в глаза.
— Привет, — коротко бросил он и направился к холодильнику.
— Сынок, мы тут с Леной как раз разговариваем, — тут же оживилась Анна Петровна. — Про детей.
Дима замер с бутылкой пива в руке.
— Мам, только не начинай.
— Начинать надо, Дима. Давно пора! Тебе тридцать лет, ты ещё молодой, у тебя вся жизнь впереди. А что выходит? Живёшь с женой, которая детей родить не может, а время уходит.
— Анна Петровна! — не выдержала я.
— А что «Анна Петровна»? Я правду говорю! Ходи по врачам, лечись. Совесть-то имей — здорового мужчину без наследников оставила.
Дима открыл бутылку и сделал несколько больших глотков. На его лице не было ни возмущения, ни желания защитить меня. Только усталость. И, кажется, молчаливое согласие.
— Дим, скажи хоть что-нибудь, — тихо попросила я.
Он лишь пожал плечами.
— А что говорить? Факты есть факты.
Эта фраза ударила сильнее всех слов свекрови. Я выскочила из кухни, хлопнув дверью так, что задребезжало стекло.
В нашей маленькой комнате я упала на кровать и впервые за долгое время дала слезам волю. Пять лет назад я была счастливой невестой и верила, что впереди нас ждёт большая, шумная семья, дети, дом, любовь. Дима тогда тоже мечтал о ребёнке и уверял, что станет лучшим отцом на свете.
Но годы проходили, а ребёнка всё не было. И чем дольше мы ждали, тем холоднее становилось между нами. Дима начал задерживаться после работы, всё чаще уходил к друзьям на выходные, а я всё чаще ловила его отсутствующий взгляд, когда мы оставались вдвоём.
Иногда от него пахло чужими женскими духами. Когда я спрашивала, он раздражённо отмахивался: «Тебе показалось». Но я не была настолько наивной.
— Дим, может, всё-таки сходим к врачу вместе? — однажды вечером осторожно спросила я, пока он сидел в телефоне.
— Зачем? — ответил он, не отрываясь от экрана.
— Чтобы понять причину. Врач сказал, что проблема может быть не только у женщины…
— Лена, не начинай ерунду. Со мной всё нормально.
— А ты откуда знаешь?
Он наконец поднял глаза и посмотрел на меня так, будто я сказала что-то оскорбительное.
— Потому что знаю. И мама права: лечиться нужно тебе.
После этого разговора он стал ещё холоднее. А свекровь, почувствовав, что сын на её стороне, начала давить сильнее.
— Димка у меня золотой, — громко говорила она по телефону своей подруге, прекрасно понимая, что я всё слышу. — Только жена ему досталась никакая. В доме порядка нет, мужа нормально не обихаживает, детей нет… Разве это жена?
Я пыталась пропускать её слова мимо себя, но каждое из них будто царапало изнутри. А Дима молчал. Как будто всё это его не касалось.
В апреле он вернулся домой уже почти ночью. Я лежала в кровати, но уснуть не могла. Услышав его шаги, я закрыла глаза и притворилась спящей.
Он долго шумел в ванной, потом тихо лёг рядом. Спустя несколько минут вдруг произнёс:
— Лен, ты спишь?
Я не ответила.
— Я знаю, что нет. Нам нужно поговорить.
Я повернулась к нему. В полумраке его лицо казалось каким-то чужим, будто рядом лежал не мой муж, а посторонний человек.
— О чём?
— О нас. О том, что происходит между нами.
Сердце забилось быстрее. Я на секунду подумала: может быть, он наконец хочет всё обсудить? Признать, что мы отдалились? Что нам нужна помощь, разговор, честность?
— Лена, я долго думал… — он сделал паузу. — Я считаю, нам надо разводиться.