Когда Артём объявил о предстоящей свадьбе, я так резко опустила чашку на стол, что чай едва не расплескался.
— Ты уже собрался жениться? — невольно вырвалось у меня.
— Мам, мне вообще-то двадцать шесть, — невозмутимо произнёс сын. — Я давно не подросток.
— Дело совсем не в твоём возрасте. Просто… кто эта девушка?
— Её зовут Ольга. Мы встречаемся уже шесть месяцев.
— И что дальше?
Артём выдержал небольшую паузу и посмотрел мне в глаза.
— Она на пятнадцать лет старше меня.
После этих слов я буквально потеряла дар речи. Ей сорок один, а моему единственному сыну всего двадцать шесть. Я пыталась осмыслить услышанное, но никак не могла уложить это в голове. С детства мне казалось естественным, что муж старше жены. В крайнем случае супруги могут быть приблизительно одного возраста. Но чтобы женщина была старше мужчины на целых пятнадцать лет? Для меня подобное выглядело совершенно неправильным. Я была убеждена, что такие отношения не могут продлиться долго и обязательно закончатся разочарованием. Однако произнесла совсем другое:
— Ты уже совершеннолетний и вправе самостоятельно принимать решения.
Сын приблизился и крепко обнял меня.
— Спасибо, мамочка.
Я заставила себя улыбнуться. Но где-то глубоко внутри возникло неприятное, совершенно незнакомое ощущение. Это была даже не тревога и не раздражение. Кажется, я ревновала собственного сына…
Впервые я увидела Ольгу спустя семь дней. К моему удивлению, она оказалась совсем не такой, какой я её воображала. Никакой надменности, вызывающих манер или холодного взгляда. Передо мной стояла привлекательная, ухоженная женщина с приятной внешностью и негромким, располагающим голосом. В гости она пришла не с пустыми руками — принесла домашний пирог, который приготовила сама.
— Понимаю, что наше решение стало для вас неожиданностью, — произнесла Ольга, когда мы сели за стол. — И прекрасно осознаю, что разница в возрасте может вызывать у вас сомнения.
Она говорила открыто, не пытаясь оправдываться или искать удобные объяснения.
— Да, меня это действительно беспокоит, — призналась я.
Артём заметно напрягся.
— Мама, ну зачем…
— Всё хорошо, — Ольга тепло улыбнулась ему. — Я прекрасно понимаю её чувства.
Она не старалась постоянно прикасаться к Артёму, не демонстрировала своё превосходство и не распоряжалась им. Но я невольно присматривалась к каждой мелочи.
— Тём, ты не забыл продлить страховку на автомобиль? — поинтересовалась она как-то.
— Нет, сегодня обязательно займусь.
— Хорошо. Я просто напомнила, а дальше решай самостоятельно.
Ничего необычного в этом разговоре не было. Но моё сознание моментально подсказывало: «Она его контролирует».
— У вас замечательный сын, очень талантливый, — заметила Ольга немного позже. — Правда, порой ему стоит лучше организовывать свои дела.
«Вот уже и воспитывать его взялась», — раздражённо подумала я.
Хотя прекрасно знала, что Артём действительно любил переносить важные дела на завтра, а иногда и вовсе забывал о своих обещаниях.
Следующие двенадцать месяцев я предпочитала держать своё мнение при себе.
Молодые жили в собственной квартире и навещали нас преимущественно по выходным. По внешнему виду сына невозможно было сказать, что он несчастлив. Он не казался ни испуганным, ни подавленным, ни зависимым. Напротив, выглядел уверенным в себе и заметно повзрослевшим. Даже относиться к жизни начал серьёзнее.
Правда, встречи с приятелями стали происходить значительно реже. Разумеется, виноватой в этом я сразу назначила Ольгу.
— Мам, у меня сейчас серьёзный рабочий проект, — объяснял Артём. — Мне совершенно не хочется тратить вечера на бары и бесконечные посиделки.
Он особенно подчёркивал, что это его собственное желание. Но я всё равно подозревала, что за этим решением стоит жена.
Как-то вечером нам удалось остаться вдвоём на кухне.
— Артём, скажи мне откровенно, ты действительно счастлив рядом с Ольгой?
Сын удивлённо поднял брови.
— Конечно. А почему ты спрашиваешь?
— Она случайно не пытается тобой руководить?
— В каком смысле?
— Ну, понимаешь… Она значительно старше, у неё больше жизненного опыта. Возможно, ты постоянно уступаешь ей, даже когда сам думаешь иначе?
Артём негромко рассмеялся.
— Мам, я ведь не кусок глины, из которого можно вылепить всё что угодно.
— Я же за тебя волнуюсь.
— Понимаю. Только не надо представлять меня беспомощной жертвой.
Он говорил без раздражения и злости. Но в его голосе я услышала усталость от моих бесконечных подозрений.
Настоящий перелом произошёл в день моего рождения.
На праздник собрались близкие родственники. Мы сидели за большим столом, общались, вспоминали семейные истории. И вдруг один из гостей, успевший выпить несколько бокалов, решил пошутить:
— Артём, ну как тебе живётся с такой разницей в годах? Твоя супруга ведь почти одного поколения с твоей тёщей!
По столу прокатился неловкий смех.
Я заметила, как Ольга побледнела. Но она сумела сохранить спокойствие.