В наборе было ровно пятьдесят пластиковых звёздочек, которые светились в темноте мягким желтовато-зелёным светом. Светлана стояла на стремянке посреди небольшой комнаты и аккуратно прикрепляла их к потолку, время от времени поглядывая на схему, нарисованную на упаковке. Большую Медведицу она уже закончила. Теперь настала очередь Кассиопеи.
— Света, осторожнее там! Не свались со стремянки! — донёсся из коридора голос Ивана.
— Не свалюсь. Лучше принеси мне ещё пять звёздочек. Только маленьких.
Иван протянул ей нужные детали, поднял голову и усмехнулся.
— Слушай, а он ведь уже не маленький для таких украшений. Девять лет всё-таки.
— Именно в девять это и интересно, — ответила Светлана. — Мне папа в таком же возрасте приклеивал звёзды над кроватью. Я каждый вечер засыпала и пересчитывала их.
Последние три дня она практически не выходила из этой комнаты, стараясь превратить её в уютную детскую. Пришлось убрать собственный письменный стол и вынести коробки с рабочими документами. В мебельном магазине Светлана выбрала кровать со встроенными ящиками для игрушек, купила плотные шторы тёмно-синего цвета и мягкий ковёр с изображением карты мира. На письменном столе появилась необычная лампа в форме космической ракеты. В шкафу уже лежали свежие полотенца и новое постельное бельё с динозаврами. Только над выбором этого комплекта она провела в магазине почти полчаса.
Завтра должен был приехать Никита, девятилетний сын Ивана от предыдущего брака. Его мать Юлия серьёзно повздорила с владельцем квартиры, которую снимала, и получила требование освободить жильё до конца недели. Иван попросил, чтобы мальчик временно остановился у них, пока бывшая жена не найдёт подходящий вариант. Светлана согласилась без малейших колебаний.
Закончив работу, она осторожно спустилась со стремянки, окинула потолок довольным взглядом и улыбнулась. Когда вечером погаснет люстра, над кроватью появится настоящее маленькое звёздное небо.
Квартиру Светлана приобрела вместе с отцом примерно за год до своего замужества. Это была двухкомнатная квартира в кирпичной пятиэтажке неподалёку от конечной трамвайной остановки. Просторная кухня, совмещённая с гостиной, и две небольшие отдельные комнаты. После двадцати лет жизни в тесной коммунальной комнате на Сенной такое жильё казалось им настоящим дворцом.
Мать оставила семью, когда Светлане исполнилось всего шесть лет. В один из обычных дней, дождавшись, пока муж уйдёт на работу, она собрала чемоданы и отправилась в Новосибирск с каким-то мужчиной. С тех пор дочь и отец видели её считаные разы. Мужчине пришлось воспитывать ребёнка в одиночку. Он водил трамвай, работал по двенадцать часов, нередко выходил в две смены подряд, а в свободные выходные разгружал овощи на оптовой базе. Утром сам собирал дочку в школу, заплетая неровные, слегка растрёпанные косички. Не пропускал родительских собраний. А однажды собственноручно сшил ей костюм снежинки для новогоднего праздника. Несколько вечеров просидел за шитьём под настольной лампой, исколов иголкой почти каждый палец.
На собственные потребности отец практически не тратился. Одну и ту же куртку мог носить десятилетиями. Не курил, не употреблял спиртного, не позволял себе путешествий или дорогих развлечений. Все свободные деньги аккуратно складывал на сберегательный счёт. Однажды двенадцатилетняя Света не выдержала и спросила, почему он постоянно экономит и ничего себе не покупает. Отец внимательно посмотрел на дочь и ответил:
— Хочу, чтобы у тебя было что-то собственное, Светик. Чтобы ты ни перед кем не была обязана и ни от кого не зависела. Чтобы никто никогда не посмел выставить тебя из дома.
К двадцати девяти годам Светланы они наконец смогли продать свою комнату в коммуналке. К вырученным деньгам добавили всё, что отец накопил за два десятилетия, и сбережения дочери, которые она откладывала буквально с первой полученной зарплаты. Этой суммы хватило на полноценную двухкомнатную квартиру, причём брать ипотеку не пришлось. Собственницей по документам стала только Светлана. Именно на таком оформлении настоял отец.
— Моё время уже прошло, — произнёс он в нотариальной конторе. — А у тебя впереди целая жизнь.
Спустя год Светлана стала женой Ивана. Сразу после свадьбы отец перебрался в небольшой садовый дом за городом, доставшийся ему много лет назад по наследству от тётушки. Он утеплил стены, организовал водоснабжение и с радостью объявил, что теперь наконец сможет исполнить давнюю мечту — построить собственную теплицу. Светлана неоднократно уговаривала его остаться с ними, но отец неизменно отвечал:
— Молодая семья должна жить самостоятельно, Светик. Так будет лучше для всех.
До свадьбы Иван снимал маленькую комнату на Заводской, а после регистрации брака перевёз вещи к жене. Ему прекрасно была известна история приобретения квартиры. Светлана рассказывала и о коммуналке, и о бесконечных отцовских сменах, и о том самом костюме снежинки. В первый же вечер Иван остановился посреди ещё почти пустой кухни-гостиной и произнёс: