Он открыл холодильник. Пусто. На идеально чистой полке одиноко стояла банка хрена, да и та наполовину пустая. Ни колбасы, ни сыра, ни яиц. В хлебнице лежала сухая корка.
— Ань, где еда? — Тимур, чувствуя, как внутри поднимается злость, вошёл в комнату.
Анна медленно повернулась к нему в кресле.
— Еды нет, — спокойно сказала она.
— Как это нет? Я есть хочу! Я двенадцать часов пахал! Ты целый день дома сидишь, не могла в магазин сходить?
— Не могла, — Анна поправила очки. — Денег нет.
— В смысле денег нет? Я же неделю назад перевёл тебе зарплату! Восемьдесят тысяч!
— Они ушли.
— Куда ушли?! На коммуналку? Кстати, что это за красная бумажка в дверях торчит?
— Коммуналку я не оплачивала, Тимур. Уже четыре месяца. И интернет завтра отключат, если не внести деньги. Но ты не переживай, я себе мобильный подключу.
Тимур почувствовал, как усталость быстро уступает место раздражению.
— Ты вообще о чём? Куда делись деньги? Ты их что, проиграла?
— Я купила колье, Тимур, — Анна поднялась. В этот момент она вдруг показалась ему выше. — Ты хотел, чтобы мама была счастлива? Она счастлива. Твой дядя доволен. Бабушка, вероятно, уже задумалась о завещании. Но такое колье, дорогой, стоит очень дорого. Все наши накопления. Все твои зарплаты за последние месяцы. И мои тоже.
— Ты… ты всё спустила? — у Тимура отвисла челюсть. — Совсем всё?
— Абсолютно. Я же предупреждала: за показуху надо платить. Ты хотел жить красиво? Вот и живём. Красиво, зато голодно.
Тимур побагровел.
— Ты больная?! На что нам теперь жить?! Чем ты думала?!
— Я думала о том, чтобы ты не выглядел «нищебродом» перед своей мамой! — внезапно рявкнула Анна.
Это был не обычный женский крик. Тимур даже отступил. Он привык, что Анна — это холодная логика, спокойствие и расчёт.
— ТЫ ХОТЕЛ ПОДАРОК?! ПОЛУЧИЛ! — Анна схватила со стола пачку неоплаченных счетов и швырнула их вверх. — А теперь тебе котлеты подавай?! ЕШЬ КВИТАНЦИИ!
— Заткнись! Истеричка! — Тимур попытался перекричать её, но сил у него уже не хватало.
— НЕТ, ЭТО ТЫ СЕЙЧАС БУДЕШЬ МЕНЯ СЛУШАТЬ! — Анна шагнула к нему. — Я четыре месяца тащила этот балаган на себе! Слушала твой бред про наследство, про уважение к мамочке, которая ничего не заработала, зато требует украшения! Я предупреждала! Я говорила, что денег нет! Но ты же мужчина! Ты же решил! Так теперь и разгребай последствия своего «мужского» решения!
Анна подошла к шкафу и вытащила заранее собранную сумку.
— Я ухожу. Я не подписывалась жить в долгах, в темноте и рядом с человеком, который ради маминых капризов готов пустить нашу жизнь под откос.
— Да катись! — заорал Тимур, чувствуя, как страх внутри смешивается со злостью. — Через пару дней прибежишь, когда деньги закончатся!
— У меня деньги есть, — холодно ответила она уже у двери. — Я на свои желания зарабатываю головой, а не сваркой и жалобами. А вот тебе… удачи с лапшой быстрого приготовления, дорогой.
Дверь захлопнулась. Тимур остался один. В темноте, с голодным желудком и странным ощущением, что его где-то обвели вокруг пальца, только он пока не мог понять, где именно.
Часть 4. Ломбард несбывшихся ожиданий
Два месяца пронеслись, как тяжёлый кошмар. Анна подала на развод почти сразу, через госуслуги. Детей у них не было, имущество делить не пришлось — его квартиру она не трогала, а собственные счета держала отдельно. Тимур перебрался к матери. В его квартире отключили свет, а Галина Петровна встретила сына с распростёртыми объятиями и… новыми планами.
Окрылённая роскошным подарком, Галина Петровна решила, что теперь жизнь точно наладилась. «Раз у детей есть такие деньги, значит, помогут», — рассуждала она. Не долго думая, она оформила три быстрых кредита. Новый телевизор, потому что старый якобы «не смотрелся» рядом с колье. Ремонт в ванной, чтобы перед гостями было не стыдно. И путёвку в санаторий для себя и бабушки.
— Сынок, ты же понимаешь, я лицо семьи, — ласково говорила она, наливая Тимуру суп. — Анька твоя дура, такого мужика потеряла. Ничего, справимся. Ты же теперь больше смен берёшь.
Тимур молчал. Он работал по четырнадцать часов без выходных, пытаясь закрыть финансовые дыры, которые, как ему казалось, оставила Анна, и новые дыры, которые без устали пробивала мать. Но денег всё равно не хватало. Коллекторы начали звонить всё чаще и всё злее.
И тогда у Галины Петровны родилась «гениальная» идея.
— Сынок, — сказала она однажды вечером, нервно перебирая край халата. — Тут такое дело… Проценты растут. Дядя Вова говорит, нужно перекрыть долги. Может… заложим колье? Временно! Только временно! Через месяц выкупим, когда тебе премию дадут. Оно же миллионы стоит! Нам хватит всё закрыть, ещё и останется.
Тимура передёрнуло, но выхода он не видел. Зарплату задерживали, звонки с незнакомых номеров становились всё настойчивее.
— Ладно, мам. Неси.
В ломбард «Золотой Телец» они отправились вместе. Галина Петровна несла бархатную коробочку, как святыню, прижимая её к груди. Оценщик, лысый мужчина, надел монокль и взял украшение в руки.