Но теперь этот же мужчина попросил её приготовить для Наташи праздничные салаты с красной икрой, а заодно освободить собственную квартиру, чтобы ничто не мешало их личным занятиям.
Маша спокойно занялась приготовлением угощений.
Она нарезала ингредиенты, заправила салаты, аккуратно украсила их свежей зеленью и расставила готовые блюда в холодильнике.
Затем сложила необходимые вещи в небольшую сумку, заказала такси и собралась ехать к матери.
Прежде чем выйти из квартиры, Мария остановилась и внимательно посмотрела на супруга.
— Желаю вам приятного вечера, Сеня. Надеюсь, вы с Наташей успеете повторить всё необходимое.
— Разумеется, Маш. Спасибо, что относишься с пониманием, — рассеянно отозвался он, уже увлечённо набирая кому-то сообщение на телефоне.
У мамы Маша немного посидела за чашкой чая, помогла убрать посуду после ужина, а затем взглянула на настенные часы.
Стрелки приближались к одиннадцати вечера.
Она вполне могла лечь спать в гостевой комнате, как и обещала мужу.
Однако вместо этого достала телефон и нашла в контактах номер Виолетты Андреевны.
— Маша? Что-то случилось? — удивилась свекровь, услышав её голос в столь поздний час.
— Виолетта Андреевна, помните, вы всегда говорили, что в вашей семье превыше всего честь и доброе имя? Что нельзя совершать поступки, позорящие фамилию? Я хочу кое-что вам показать. Если у вас есть возможность, приезжайте к нашей квартире. Я встречу вас возле подъезда.
— Да что произошло-то?
— Некоторые вещи лучше увидеть собственными глазами. Иначе вы потом никогда мне не поверите.
Примерно через полчаса обе женщины встретились у дома.
Маша почти ничего не говорила.
Она открыла входную дверь своим ключом и жестом предложила свекрови пройти первой.
В квартире царила тишина.
Лишь из супружеской спальни слышались какие-то приглушённые звуки.
Виолетта Андреевна насторожилась, нахмурилась и решительно направилась по коридору.
Подойдя к спальне, она распахнула дверь.
На семейной кровати находился Сеня.
Рядом с ним лежала Наташа.
А на прикроватной тумбочке стояли бокалы и тарелки с салатами, которые ещё утром заботливо приготовила Маша.
Несколько мгновений Виолетта Андреевна неподвижно смотрела на происходящее.
Казалось, её разум отказывался принимать увиденное.
Но затем по квартире разнёсся оглушительный крик.
— Сеня! Ты можешь объяснить, что здесь творится?!
Сын вздрогнул и судорожно потянул на себя одеяло.
— Мама?! Откуда ты здесь взялась?!
— Я?! Я приехала посмотреть, чем занимается мой драгоценный сын! Моя гордость, между прочим!
Наташа попыталась спрятаться за спиной Сени.
Но Виолетта Андреевна уже подскочила к кровати и отвесила сыну такую увесистую затрещину, что тот едва успел увернуться и буквально повалился на подушки.
— Мам! Ты что делаешь?! За что?!
— Ты ещё смеешь спрашивать?! Твоя жена двадцать пять лет тебе жизнь облегчала, всю семью на себе держала! А ты привёл в её дом какую-то девицу и ещё заставил Машу приготовить вам праздничный ужин?!
— Мама, ты совершенно неправильно всё поняла! — закричал Сеня. — Всё совсем не так!
— Ах, не так?! То есть ты выставил собственную жену из квартиры, чтобы развлекаться здесь с молодой девушкой, а теперь будешь рассказывать мне сказки про обучение?! Ей вообще восемнадцать исполнилось?!
— Да, мне есть восемнадцать… — едва слышно произнесла Наташа.
Она попыталась выбраться из постели и дотянуться до разбросанной одежды.
Но Виолетта Андреевна уже грозно указала ей на выход.
— А ты, красавица, немедленно убирайся отсюда! Вон из этой квартиры! Чтобы я тебя больше возле своего сына никогда не видела!
— Виолетта Андреевна, я хотела…
— Даже не смей обращаться ко мне по имени-отчеству! Кто ты вообще такая?! Явилась в чужую семью и решила здесь хозяйничать?!
Испуганная Наташа принялась торопливо собирать свои вещи.
Сеня пытался успокоить мать, просил её перестать кричать и хотя бы выслушать объяснения.
Но Виолетта Андреевна уже не желала ничего слышать.
Когда девушка наконец сумела натянуть платье, разъярённая женщина распахнула входную дверь и буквально вытолкнула её на лестничную площадку.
После этого вернулась в спальню.
Увидев оставшиеся вещи Наташи, она собрала их и начала одну за другой выбрасывать через открытое окно.
— Мама, немедленно прекрати! Ты совсем с ума сошла?! — кричал Сеня.
— Это ты сошёл с ума! Я тебя растила, учила, дала прекрасное образование! Всю жизнь тобой гордилась! А ты оказался самым обыкновенным бабником! И после всего этого ещё смеешь повышать на меня голос?!
Всё это время Маша стояла возле дверного проёма спальни.
Она молчала и даже не пыталась вмешиваться.
Двадцать пять лет ей приходилось терпеть снисходительные взгляды Виолетты Андреевны, слушать унизительные замечания о собственной профессии и постоянно стараться заслужить уважение, которого ей так и не удалось добиться.
И теперь свекровь собственными словами произносила то, что Мария заслуживала услышать много лет назад.