Даже занавески заменили на новые — плотные, тяжёлые, с золотистыми нитями в ткани.
— Настенька, дорогая! — Зоя Петровна вышла из кухни, сияя от удовольствия. — Ну как тебе мои обновления? Правда, замечательно получилось? Решила к юбилею полностью освежить обстановку. Олежек помог, всю свою премию мне отдал. Я немного из собственных денег добавила, и вот какая красота! Золотой у меня сын. Представляешь, сорок восемь тысяч отдал, ничего себе не оставил!
Анастасия молча переводила взгляд с нового дивана на подсвеченную стенку.
Потом посмотрела на дорогие занавески с золотой нитью. Подобные шторы она могла бы сшить за один вечер, причём обошлись бы они раза в три дешевле.
Весь праздничный вечер она почти не разговаривала.
Вежливо улыбалась приглашённым, раскладывала салаты, собирала грязную посуду.
А когда они вернулись домой и Олег снял верхнюю одежду, Анастасия наконец произнесла:
— Значит, свою премию ты отдал матери.
— Ну да, — спокойно ответил он, пожимая плечами. — У неё юбилей. Давно мечтала обновить мебель. Всё-таки шестьдесят пять лет, Настя. Такое событие не каждый день бывает.
— Но ты ведь обещал эти деньги на операцию моей мамы.
— Ну… Обещал, конечно. Только обстоятельства изменились. Мама попросила раньше, понимаешь? Не мог же я отказать. А твоей маме можно немного подождать, там ведь ничего экстренного. Через полгода мне ещё одну премию дадут.
— Подождать? Олег, моя мать с трудом передвигается по квартире! Чтобы подняться со стула, ей приходится несколько раз переносить вес с одной ноги на другую. За хлебом для неё ходит соседка!
— Настя, только не надо кричать…
— Я не кричу! — Её голос дрогнул от обиды. — Ты дал слово. Сам предложил помочь. А потом потратил обещанные деньги на новый диван!
Это стало первым по-настоящему серьёзным скандалом за все десять лет их совместной жизни.
Олег возмущался, обвинял жену в мелочности и жадности. Говорил, что она постоянно считает деньги и никогда по-настоящему не любила его мать.
Анастасия в ответ напомнила, как годами обеспечивала семью, выплачивала его кредиты и работала по ночам, чтобы они могли нормально жить.
В какой-то момент Олег резко хлопнул дверью и отправился ночевать к матери.
Домой он появился лишь спустя двое суток.
Принёс букет цветов и коробку конфет.
— Настюш, прости меня. Сгоряча наговорил лишнего. Давай забудем и помиримся.
Они действительно помирились.
Однако уже на следующий день Анастасия отправилась в банк.
Там она открыла новый накопительный счёт — в другом финансовом учреждении, исключительно на собственное имя.
В мобильном приложении дала ему простое название: «Мама».
Сразу же перевела туда все сто сорок тысяч рублей, которые удалось собрать.
Мужу ничего не рассказала.
Впрочем, он даже не поинтересовался, куда делись накопления.
Весь следующий год жизнь Анастасии была подчинена одной цели — пополнению этого счёта.
Когда подруга Светлана пригласила её отпраздновать день рождения в ресторане, Настя вручила ей собственноручно сшитый палантин. А от похода в ресторан отказалась, сославшись на плохое самочувствие.
Количество заказов на шторы продолжало увеличиваться.
Теперь она не только работала по вечерам, но и проводила за машинкой почти все выходные — с раннего утра до позднего вечера.
Покупала исключительно самые доступные продукты.
Мясные блюда готовила лишь раз в неделю.
От покупки нового зимнего пальто тоже отказалась, хотя старое уже заметно протёрлось и блестело на локтях.
Как-то Олег заметил, как жена складывает в контейнер обычную гречневую кашу для рабочего обеда.
— Настя, что с тобой происходит? — спросил он недовольно. — Совсем какой-то скупой стала. На каждой мелочи экономишь.
— Просто устала, Олег.
— Тогда отдохни немного. Зачем постоянно сидеть за этой машинкой?
Она ничего не сказала.
Матери Анастасия продолжала звонить ежедневно.
Лидия Сергеевна неизменно уверяла, что у неё всё в порядке. Рассказывала, что соседка Галя по-прежнему приносит хлеб, что она понемногу передвигается и вообще справляется.
Но каждое воскресенье дочь приезжала к ней лично и видела, насколько хуже становилось её состояние.
Мать уже не ходила без трости.
Даже с ней могла преодолеть только небольшое расстояние — от комнаты до кухни и обратно.
К последним числам ноября на счёте с названием «Мама» накопилось триста двадцать тысяч рублей.
Анастасия немедленно связалась с частной клиникой.
Ей сообщили, что операцию можно провести в середине января. Для подтверждения записи необходимо было внести предварительную оплату не позднее конца декабря.
Она сохранила нужную дату в телефоне.
И в тот вечер впервые за целый год позволила себе лечь в постель ещё до наступления полуночи.
В одну из первых декабрьских суббот к ним в гости приехала Зоя Петровна.
Как обычно, привезла домашний пирог и очередной список необходимых покупок.
Олег тоже находился дома, поэтому все трое устроились обедать на кухне.