В салоне красоты «Акварель» клиентов по-прежнему записывали старым проверенным способом — в толстую тетрадь в клеточку. Администратор Неля хранила её возле кассы и никому не позволяла брать в руки. Все записи она аккуратно делала синей шариковой ручкой. Но одно имя неизменно выделяла красным цветом.
«Лидия Борисовна, суббота, 10:00».
Иванна обратила внимание на эту странность на третьей неделе работы, когда уже успела немного освоиться на новом месте. Она знала, в каком шкафчике хранятся свежие полотенца, какая краска расходуется быстрее остальных и почему нельзя оставлять фен на полке возле окна. Стоило в городе начаться сырому ноябрьскому снегопаду, как с потолка в том углу начинало капать.
— А почему именно красным? — поинтересовалась она.
Неля оторвалась от тетради и выразительно посмотрела на Христину. Та как раз заканчивала мыть раковину и, поймав взгляд администратора, ответила таким же многозначительным взглядом. Обе женщины странно усмехнулись.
— Давай уж ты ей расскажи, — предложила Неля. — Ты у нас больше всех натерпелась.
Историю Иванне поведали за чашкой чая в подсобном помещении. Подробностей в ней оказалось столько, что хватило бы на несколько серий увлекательного сериала.
Лидия Борисовна посещала «Акварель» уже седьмой год. Её покойный супруг когда-то владел несколькими строительными магазинами, разбросанными по области. После его смерти женщине достались квартиры в центре города, которые она успешно сдавала арендаторам, и просторный дом с садом. Поговаривали, что в этом саду росли невероятные розовые кусты, достигавшие человеческого роста.
Одним словом, Лидия Борисовна вполне могла позволить себе услуги любого парикмахера. При желании она могла бы ездить хоть в самый роскошный столичный салон, куда состоятельные дамы отправляются исключительно ради красивой укладки. Однако почему-то продолжала приходить именно сюда. Раз в месяц, непременно в субботу, ровно к десяти утра.
И за все семь лет ни один мастер не сумел удержать её в числе своих постоянных клиенток.
— Мне хватило двух её посещений, — призналась Христина, задумчиво вращая чайную ложечку между пальцами. — Подбираю ей оттенок краски, а она вдруг спрашивает: «Вы сами когда-нибудь красились этим цветом? Нет? Тогда почему считаете, что он подойдёт мне?» После этого я сидела здесь на перевёрнутом ведре и рыдала. Неля только успевала приносить мне салфетки.
— Приносила, — подтвердила администратор. — Целую упаковку извела.
— А до Христины с ней работала Елена, — продолжила Неля. — Та однажды вообще поставила ультиматум: либо она остаётся, либо Лидия Борисовна. Теперь Елена работает в другом салоне, в торговом центре. Говорит, наконец-то нервы в порядке.
Иванна молча слушала, держа в ладонях чашку с постепенно остывающим чаем. Она уже начинала понимать, к чему ведут коллеги.
— Следующий визит назначен на двадцать восьмое, — осторожно произнесла Неля. — Мы тут с девочками подумали… Ты у нас недавно, руки хорошие, подход свежий…
— Просто больше никто не соглашается её обслуживать, — без обиняков вмешалась Христина. — Вот и вся причина.
Иванна могла сказать «нет». Только вот позволить себе отказаться она не могла. А это, как известно, совершенно разные вещи.
Дома, в съёмной однокомнатной квартире, её ждали двое сыновей: девятилетний Матвей и пятилетний Захар. Ещё в сентябре хозяйка квартиры недвусмысленно предупредила, что с наступлением нового года намерена повысить арендную плату.
Парикмахерская, где Иванна работала до декретного отпуска, успела закрыться, пока она занималась младшим ребёнком. Новое место женщина искала почти два месяца. За это время половина знакомых мастеров либо перебралась в другие города, либо сменила профессию и занялась маникюром.
— Хорошо, — наконец ответила Иванна. — Записывайте ко мне.
Неля с заметным облегчением выдохнула и потянулась за красной ручкой.
Двадцать восьмого числа за окном шёл мокрый снег вперемешку с дождём.
Лидия Борисовна появилась в салоне без десяти десять. Позже Иванна узнала, что эта женщина обладала необычной привычкой: она никогда не опаздывала, но и точно к назначенному времени не приходила. Всегда появлялась заранее.
Высокая, с безупречно прямой осанкой, в элегантном пальто оттенка кофе с молоком. Войдя, она энергично стряхнула воду с зонта прямо у порога, даже не взглянув на лежавший там коврик.
На левом запястье у неё красовались мужские наручные часы на кожаном ремешке. Для тонкой женской руки они выглядели слишком массивными.
Лидия Борисовна устроилась в парикмахерском кресле, посмотрела на Иванну через зеркало и вместо обычного приветствия осведомилась:
— У вас сегодня хотя бы горячая вода имеется? А то в прошлый раз она была такой температуры, словно меня решили искупать в открытом бассейне посреди октября.
— Конечно, горячая, — спокойно ответила Иванна. — Если температура окажется неподходящей, сразу скажите. Я отрегулирую.
— Уж поверьте, скажу. Можете не сомневаться.