— Какого общения? — не выдержала жена. — Она со мной почти не разговаривает, пока я работаю! Для неё я просто бесплатная уборщица!
Лицо Валерия моментально становилось суровым.
— Я запрещаю тебе так отзываться о моей матери.
На этом любые попытки обсуждения заканчивались.
Для Валерия Любовь Николаевна оставалась практически непогрешимой.
Стоило Анастасии выразить недовольство её поведением, как муж немедленно воспринимал это личным оскорблением.
Женщина постепенно теряла силы.
Причём дело было даже не в физической усталости.
Она была достаточно здоровой и выносливой, чтобы справляться с обычной домашней работой.
Гораздо мучительнее становилось другое чувство.
Анастасия всё отчётливее понимала, что в собственной семье её интересы практически ничего не значат.
Её рабочий график, отдых, желания, планы и личное время легко приносились в жертву прихотям женщины, которая в большинстве случаев вполне могла самостоятельно справляться со своими бытовыми делами.
Существовали только материнские просьбы.
И они почему-то всегда оказывались важнее всего остального.
Однажды поздней осенью ситуация достигла предела.
В тот вечер на улице шёл неприятный мелкий дождь. Анастасия возвращалась с работы на маршрутке, а от остановки до дома ей пришлось идти пешком под холодной моросью.
Но домой она попала далеко не сразу.
По дороге Валерий снова попросил ненадолго заглянуть к его матери.
Очередная «минуточка» превратилась почти в три часа.
Любовь Николаевна неожиданно решила устроить генеральную уборку перед предстоящим праздником.
Разумеется, для самой тяжёлой работы нашлась исполнительница.
Анастасии пришлось мыть полы, протирать мебель и даже очищать от пыли люстру.
Она несколько раз поднималась на стремянку с тряпкой, стараясь дотянуться до самых неудобных мест.
Свекровь в это время стояла внизу и руководила процессом.
— Настенька, левее протри! Там пятнышко осталось.
— А теперь с другой стороны посмотри.
— Нет, голубушка, ты плохо вытерла, ещё раз пройдись!
Когда Анастасия наконец добралась домой, у неё ломило поясницу, руки пахли чистящим средством, а промокшая куртка неприятно липла к телу.
Валерий встретил жену совершенно бодрым.
Он уже успел спокойно поужинать и явно прекрасно провёл вечер.
— О, наконец вернулась! — улыбнулся муж. — Ну как, помогла маме? Она уже звонила, так тебя расхваливала! Говорит, у неё теперь всё сверкает. Какая же у меня замечательная жена, просто золотая невестка!
Именно эти слова неожиданно стали последней каплей.
«Золотая невестка».
Валерий произнёс их с такой довольной гордостью, словно Анастасию только что наградили за образцовое поведение.
Будто жена была маленькой девочкой, старательно выполнившей порученное взрослым задание.
Анастасия молча сняла мокрую куртку и повесила её на крючок.
Потом медленно вошла на кухню.
Она чувствовала, как лицо начинает гореть от возмущения.
Остановившись возле стола, женщина положила обе руки на спинку стула и пристально посмотрела на супруга.
Тот невольно перестал жевать.
— Валера, — очень отчётливо произнесла Анастасия. — Сейчас я скажу тебе кое-что важное. Всего один раз. Поэтому постарайся внимательно выслушать.
— Что опять произошло? — насторожился муж.
— Ещё одно подобное поручение — и отправишься жить к своей матери. Без нашей квартиры и без меня! — твёрдо предупредила она.
В кухне мгновенно установилась непривычная тишина.
Слышалось лишь монотонное гудение холодильника и редкие капли воды, падавшие из неисправного крана.
Было даже иронично: когда-то Валерий мчался на другой конец города устранять такую же проблему у матери, но собственный кран починить всё никак не собирался.
Муж медленно положил вилку.
Сначала на его лице появилось неподдельное удивление.
Затем выражение стало сердитым.
— Ты вообще понимаешь, что говоришь? — возмутился он. — Из-за чего такие угрозы? Из-за того, что ты моей матери помогла?
— Нет, Валера. Из-за того, что вы оба превратили меня в домашнюю прислугу! — ответила Анастасия. — Мне надоело. Я отрабатываю полный день, потом еду к твоей маме и начинаю вторую смену. А ты в это время отдыхаешь дома и радуешься, какая у тебя удобная жена.
— А что ты предлагаешь? Чтобы я сам ездил к ней полы мыть?!
— Да! — почти выкрикнула Анастасия, удивившись собственной громкости. — Именно это я и предлагаю! Это твоя мать! Если считаешь, что ей постоянно требуется помощь, пожалуйста, помогай сколько угодно! Бросай свои дела, отправляйся к ней, занимайся уборкой! Но перестань использовать для этого меня!
Валерий резко поднялся, сдвинув стул так, что тот с грохотом ударился об пол.
— У тебя вообще совесть есть?! — закричал он. — Мать одна меня вырастила! После смерти отца сама на ноги поставила! Всю жизнь ради меня старалась! А тебе даже полы у неё помыть трудно?!