Оформление сделки назначили на четверг, двадцать седьмое июля, на десять часов утра.
Встреча должна была пройти непосредственно в банковском отделении.
Анна заранее договорилась с руководством об отгуле. Более того, впервые за последние шесть месяцев отказалась от субботнего банкета.
По вечерам она рассматривала в интернете варианты отделки.
Особенно ей понравились светлые обои с тонкими полосками.
Фотографии понравившихся вариантов Анна сохраняла в отдельную папку на телефоне.
Впервые за долгие восемь лет ей казалось, что бесконечное ожидание действительно подходит к концу.
Совсем скоро они получат ключи от собственного жилья.
Больше не придётся жить с ощущением, что настоящая жизнь постоянно переносится на неопределённое будущее.
Можно будет купить красивую посуду, свободно повесить полки и картины, не думая о недовольстве хозяев.
И самое главное — наконец сказать Олегу, что она готова стать мамой.
Но за пять дней до назначенной сделки муж неожиданно вернулся с работы гораздо позже обычного.
Он прошёл на кухню, даже не сняв обувь, сел за стол и принялся нервно вертеть автомобильные ключи.
— Ань, послушай… Может, нам стоит немного перенести покупку?
Анна выключила конфорку.
— С какой стати?
— Да вот размышлял сегодня. Говорят, проценты по ипотеке скоро могут снизиться. Может, через полгода условия станут выгоднее. Зачем нам сейчас спешить?
— Олег, кредит уже одобрен. Виктор Павлович на нас рассчитывает, даже билеты в Петербург приобрёл. О каких шести месяцах ты говоришь?
— Ну необязательно на полгода. Может, всего на месяц или два.
— В банке какие-то проблемы? Тебе кто-нибудь звонил?
— Нет… То есть не совсем. Просто подумал, что так будет лучше.
На следующий день во время обеденного перерыва Анна самостоятельно связалась с банковским менеджером.
Сотрудница проверила информацию и подтвердила, что никаких изменений нет.
Документы готовы, ипотека одобрена, процентная ставка закреплена, дата оформления остаётся прежней.
Никаких предупреждений или звонков Олегу из банка не поступало.
Вечером Анна специально дождалась мужа на кухне.
— Олег, я сегодня разговаривала с менеджером. С нашей ипотекой всё в порядке. Объясни, почему ты вдруг решил переносить сделку?
Муж опустился на стул.
Некоторое время молчал, а затем, не поднимая взгляда от столешницы, произнёс:
— Мама звонила. Помнишь её кредит на кухню? Там осталось выплатить четыреста тысяч. Она больше не справляется. Пенсии не хватает, уже второй месяц с трудом собирает на платёж. Из банка начали названивать.
— И что ты предлагаешь?
— Я уже сказал ей, что мы поможем. Полностью погасим долг. Ей сейчас очень тяжело, Аня. Она совсем одна.
— И откуда мы возьмём деньги?
Олег наконец посмотрел жене в глаза.
— Так у нас ведь есть накопления. Возьмём четыреста тысяч из первоначального взноса и рассчитаемся с маминым банком. Потом постепенно восстановим сумму. Ну, за год или полтора снова накопим. Квартиры ведь никуда не исчезнут.
Анна неподвижно стояла возле плиты.
Её охватило странное ощущение, словно весь окружающий мир внезапно погрузился в абсолютную тишину.
— Из первоначального взноса? — медленно повторила она.
— Ну конечно. Деньги ведь у нас общие.
— Олег, на твоём счёте всего триста тысяч. Как ты собираешься взять оттуда четыреста?
Он заметно смутился.
— Ну… Можно сто тысяч взять у меня, а триста — у тебя. Какая разница? Мы же муж и жена.
— Ты уже сказал своей матери, что отдашь эти деньги?
— Да. В воскресенье пообещал.
— В воскресенье? Сегодня уже вторник. Получается, три дня ты молчал и даже не собирался со мной советоваться?
— Я просто не представлял, как тебе об этом сообщить. Знал, что ты начнёшь возмущаться.
Анна медленно опустилась на стул напротив мужа.
Положила ладони на стол и неожиданно обратила внимание на кожу.
Пальцы и кисти были красными, огрубевшими от постоянного контакта с горячей водой и чистящими средствами.
Восемь лет дополнительных смен.
— Олег, ты вообще помнишь, что я восемь лет почти не отдыхаю по выходным? Каждую субботу работаю, да ещё и половину воскресений. Пятую зиму ношу одну куртку. Последний раз на море была ещё студенткой. Я этими руками до двух ночи отмывала жирные противни, чтобы потом отправить жалкие три с половиной тысячи на наш счёт. И теперь ты предлагаешь забрать оттуда триста тысяч, чтобы оплатить мамину посудомоечную машину?
— Аня, при чём здесь посудомойка? Она ведь всю кухню ремонтировала.
— Твоя мама сама сказала, что справится с выплатами. Помнишь? Именно сама.
— Не справилась, и что теперь? В жизни всякое случается. Мне, по-твоему, спокойно наблюдать, как ей коллекторы начинают угрожать?
— А мне спокойно смотреть, как исчезает наша возможность купить квартиру?
— Да никуда она не исчезает! — раздражённо повысил голос Олег. — Найдём другую! Снова накопим! Почему ты так вцепилась в эти деньги, будто больше никогда ничего не заработаем?
Анна ничего не ответила.