— С Гражданским кодексом, — спокойно ответила Вика. — И со свидетельствами о рождении наших детей. Этого вполне достаточно. А теперь дай мне отдохнуть. Завтра будет непростой день.
Она закрыла дверь прямо перед ним, и щелчок замка прозвучал неожиданно резко, почти как выстрел.
На следующее утро Андрей проснулся в пустой гостиной. Дети уже ушли в школу — Вика собрала их раньше обычного и сама отвезла. Он выпил кофе, снова и снова прокручивая в голове её слова, и решил действовать привычным способом. К полудню в квартире появилась его «группа поддержки» — мать и сестра. Эльвира Карловна вошла в гостиную с выражением лица генерала перед строем.
— Где эта самоуверенная особа? — громко спросила она. — Андрюша, ты что, позволил какой-то кухарке диктовать тебе условия?
Алиса театрально закатила глаза.
— Я всегда говорила, что она слишком тихая не просто так. Вот и дождалась подходящего момента, решила показать характер. Ничего, мы быстро вернём её на место. Захочет денег — ничего не получит. Захочет детей — заберём. Ты же знаешь, у папы есть знакомые в опеке.
Вика вышла из кухни с чашкой чая и спокойно прислонилась к дверному косяку. В кармане её домашней кофты лежал телефон, на котором уже было включено приложение для записи звука.
— Добрый день, Эльвира Карловна. Здравствуй, Алиса. Вы хотели мне что-то сказать?
Свекровь шагнула ближе, отчеканивая каждое слово:
— Я хочу, чтобы ты пришла в себя, девочка. Без моего сына ты никто. Мы приняли тебя в семью, дали тебе крышу над головой. Если ты немедленно не прекратишь этот цирк, дети останутся с отцом и со мной. А ты вернёшься туда, где тебе самое место, — на кухню. Будешь готовить, молчать и не лезть в дела взрослых людей. Иначе мы сделаем так, что ты останешься ни с чем. Поняла меня?
— Всё поняла, — тихо сказала Вика. — Только уточните, пожалуйста: вы сейчас угрожаете мне лишением детей и имущества? Мне нужно правильно сформулировать это для суда.
Эльвира Карловна багрово вспыхнула, но Алиса быстро потянула мать за рукав.
— Мам, она специально выводит тебя. Пошли отсюда. Пусть наиграется в независимую, пока есть что есть.
Они ушли, громко хлопнув дверью. Вика остановила запись, сохранила файл и переслала его адвокату — тому самому, чьё имя пришло ей в сообщении несколько дней назад. Потом она набрала ещё один номер.
— Лиза, привет. Да, всё нормально. Всё идёт по плану. Твой отец всё ещё готов встретиться с моим мужем? Отлично. Пусть назначит встречу на завтра.
Понедельничное утро для Андрея началось с оглушительного звонка. Он ещё толком не проснулся, когда в трубке раздался взволнованный голос бухгалтера их фирмы:
— Андрей Николаевич, у нас серьёзная проблема! Судебные приставы арестовали ваши личные счета. И вашу долю в уставном капитале тоже. Пришло постановление об обеспечительных мерах по иску вашей супруги о разделе имущества и алиментах. Мы не можем проводить операции!
Андрей вскочил с кровати. Руки тряслись, пока он пытался дозвониться до Вики. Она не отвечала. Тогда он за две минуты оделся и помчался в офис. В приёмной его уже ждал Кирилл — тот самый друг и партнёр, на дне рождения которого всё началось. Лицо у Кирилла было холодным и непроницаемым.
— Андрей, зайди. Нужно поговорить.
В кабинете пахло дорогим табаком и надвигающимися неприятностями. Кирилл сел напротив и сцепил пальцы.
— Я узнал, что на самом деле произошло в тот вечер. И, честно говоря, много думал. Мы с тобой давно знакомы, но я не могу продолжать вести дела с человеком, который при всех унижает мать своих детей. Сегодня ты сорвался на жену из-за ерунды. Завтра сорвёшься на переговорах. Контракт на поставку оборудования мы расторгаем. Прости.
Андрей открыл рот, но слов не нашёл. В этот момент дверь кабинета открылась, и внутрь вошла Вика. На ней был строгий брючный костюм, волосы аккуратно собраны, в руках — папка с документами. Она молча положила перед Андреем несколько листов.
— Это соглашение о разводе и порядке общения с детьми. Подпишешь здесь и здесь. Или встретимся в суде, где к делу приложат запись угроз твоей матери и характеристику из школы. Дети уже разговаривали с психологом, и он подтвердил, что бабушка вызывает у них страх. Поэтому, Андрей, выбор за тобой.
Он смотрел на неё так, будто видел впервые. Перед ним стояла уже не тихая домохозяйка, а уверенная женщина, которая больше не собиралась играть по его правилам.
— Квартира считается совместно нажитым имуществом, — продолжила Вика. — Твоя доля пойдёт в счёт алиментов и погашения кредитных долгов, которые ты набрал на развитие бизнеса. А фирма, оформленная на Эльвиру Карловну, как показала проверка, фактически управлялась тобой, и часть доходов скрывалась. Суд уже наложил арест на твою долю. Так что в ближайшее время ты свободен и от семьи, и от работы.
Андрей тяжело опустился на стул. Он попытался возразить, но вместо слов из горла вырвался только хрип.
