— Наш отдел занимается заключением договоров с поставщиками, — начала я. — Только за прошлый месяц мы подготовили сто сорок договоров. Я контролирую сотрудников, проверяю документы, отвечаю за соблюдение сроков и за результаты работы всего подразделения.
Николай некоторое время смотрел на дорогу, затем покачал головой.
— А когда домой приходишь, только и слышно, что ты устала. Я ведь спрашиваю иногда, как работа. А ты отвечаешь: то документы навалились, то звонки бесконечные, то директор срочно вызывает. Разве я мог по таким ответам понять, чем именно ты занимаешься?
Возразить мне было нечего.
Действительно, подробностями своей профессиональной жизни с мужем я делилась крайне редко.
Но разве это давало ему право рассказывать посторонним людям, будто я до сих пор сижу в приёмной?
Николай немного помолчал, а затем неожиданно вернулся к разговору за праздничным столом.
— Между прочим, Виктор ведь совершенно серьёзно предложил тебе место диспетчера. Правда, тридцать пять тысяч — маловато. Ты же каждый месяц пятьдесят тысяч на нашу общую карту отправляешь. Я и думал, что это вся твоя зарплата.
Я удивлённо посмотрела на мужа.
— Коля, моя зарплата — девяносто две тысячи.
Он резко повернул голову в мою сторону, а потом снова сосредоточился на дороге.
— Сколько ты сказала? Девяносто две тысячи?!
— Именно. Пятьдесят тысяч я перечисляю на наши общие нужды. Оставшиеся сорок две оставляю на личные расходы.
Николай крепче сжал руль.
— И куда, интересно, ты каждый месяц тратишь целых сорок две тысячи?
— Покупаю что-то себе, помогаю внучке. И вообще, мне нравится иметь собственные деньги, за которые не требуется отчитываться после каждой покупки.
— Погоди-ка, — перебил он. — Получается, я все свои пенсионные тридцать девять тысяч отдаю на хозяйство, а ты при этом сорок две тысячи ежемесячно откладываешь для себя?
Я нахмурилась.
— Николай, мы ведь сами установили такой порядок. С меня пятьдесят тысяч, с тебя — пенсия. Все эти годы ты ничего против не имел.
— Конечно, не имел! — воскликнул он. — Потому что был уверен: пятьдесят тысяч — это всё, что ты зарабатываешь! А оказывается, у тебя зарплата почти вдвое больше, и ты даже не сочла нужным мне сказать!
Я отвернулась к боковому стеклу.
До самого дома мы больше не разговаривали.
В ту ночь сон долго не приходил.
Я лежала в темноте и вспоминала события девятилетней давности.
Тогда меня официально назначили руководителем отдела договоров. Я так радовалась повышению, что специально сделала копию приказа и принесла её Николаю.
Нашла его в гараже.
Он возился под капотом машины, руки были испачканы машинным маслом.
Я протянула ему документ.
— Коля, посмотри! Меня начальником отдела назначили!
Но муж даже не повернулся.
— Положи куда-нибудь на полку. Потом гляну.
Я аккуратно оставила бумагу между стеклянной банкой с болтами и картонной коробкой со свечами зажигания.
И больше никогда не интересовалась, прочитал ли Николай тот приказ.
Теперь, спустя девять лет, воспоминание об этом почему-то казалось особенно горьким.
В воскресенье Николай, как обычно, с самого утра отправился в гараж.
Я сварила себе кашу, налила чай и только собралась завтракать, когда зазвонил телефон.
Звонил сын.
— Мам, у вас с папой что-то случилось? Вы поругались?
Я удивилась.
— Почему ты спрашиваешь?
— Он мне из гаража позвонил. Рассказал, что вчера на юбилее назвал тебя секретарём, а ты из-за этого обиделась.
Я помолчала, затем задала вопрос, который внезапно пришёл мне в голову.
— Сынок, а ты вообще знаешь, кем я работаю?
Он ответил не сразу.
— Ну, знаю, что ты с договорами какими-то занимаешься. А конкретно должность твою не назову. Ты ведь особо про работу никогда не рассказываешь.
Когда разговор закончился, я положила телефон рядом с тарелкой.
Каша уже успела остыть.
Получалось, что даже мой собственный сын понятия не имел, что его мать руководит отделом.
Впрочем, с ним мы действительно почти не обсуждали мою работу.
Но Николаю-то я приносила приказ о назначении! Сама показывала документ, рассказывала о повышении.
Хотя, если разобраться, после того дня я ни единого раза не спросила, удосужился ли он прочесть принесённую бумагу.
Примерно через час входная дверь открылась.
Николай вернулся из гаража.
Он прошёл на кухню и молча положил передо мной лист бумаги, сложенный вчетверо. На одном из углов темнело старое масляное пятно.
Я сразу узнала документ.
— Помнишь, девять лет назад ты принесла мне приказ, когда тебя начальником назначили? — спросил муж. — Я тогда засунул его в папку, где техпаспорт от машины храню. Потом совсем забыл. А сегодня случайно нашёл и наконец прочитал.
Я посмотрела на бумагу.
— И какие выводы?
Николай неловко усмехнулся.
— Вот же написано совершенно ясно: начальник отдела договоров. Чёрным по белому. А я все девять лет был уверен, что ты продолжаешь в приёмной работать.
— Вообще-то вчера я тебе ровно это и объясняла.