— А ты попробуй доказать, — вызывающе усмехается свекровь.
Света спокойно выходит вперёд. Неторопливо убирает мобильный телефон в карман и смотрит Тамаре Игнатьевне прямо в глаза.
— Обязательно докажем. Имущество, подаренное человеку, в том числе до вступления в брак, является его личной собственностью. Подтверждающие фотографии у нас имеются, свидетели тоже найдутся. А использование чужих драгоценностей без разрешения владельца при соответствующих обстоятельствах может получить вполне конкретную уголовно-правовую оценку. Например, присвоение по статье 160 Уголовного кодекса.
Тамара Игнатьевна так резко бледнеет, что красные пятна на щеках приобретают почти серый оттенок.
Она лихорадочно начинает стаскивать кольцо. Украшение застревает на опухшей костяшке. Свекровь болезненно морщится, несколько раз с силой дёргает его и наконец освобождает палец.
Затем с раздражением швыряет кольцо на тумбочку. Золото с тонким звоном ударяется о стеклянную поверхность.
— Да подавись ты своей старой железкой! — зло шипит она. — Всё равно больше тебе здесь ничего не достанется!
Я поднимаю кольцо, осторожно надеваю на свой палец и выхожу из квартиры, даже не потрудившись прикрыть дверь.
Ни зимнего пальто, ни памятного фотоальбома мне впоследствии так и не удалось вернуть. Зато бабушкино кольцо снова со мной. И его прикосновение почему-то согревает палец, словно тёплая родная ладонь.
С тех событий проходит три года.
Миша и Тёма уже посещают детский сад «Солнышко». Постоянно спорят о том, кто из них старший, ведь разница между их появлением на свет составляет целых семь минут. И оба с полной уверенностью заявляют, что непременно станут пожарными.
Я устроилась старшим бухгалтером в логистическую фирму. Мы арендуем двухкомнатную квартиру в Рыбинске, всего в пяти минутах ходьбы от маминого дома.
За все эти годы Глеб ни разу не поинтересовался детьми и ни разу нам не позвонил.
Восемнадцать тысяч рублей алиментов исправно поступают первого числа каждого месяца. Так же безлико и предсказуемо, как очередная квитанция за электричество. Ни сообщения, ни единого доброго слова.
Но однажды в октябре на телефоне неожиданно высвечивается его номер.
— Ира, привет. Это Глеб.
— Я вижу. Что тебе понадобилось?
— Хотел бы встретиться с мальчиками. И ещё… кое-что у тебя спросить нужно. Может, увидимся в субботу в парке возле Волжской набережной?
Я долго обдумываю его предложение.
В конце концов соглашаюсь. Пусть сыновья хотя бы единственный раз посмотрят на собственного отца. Возможно, когда-нибудь это поможет им понять, каким мужчиной становиться не стоит.
В субботу по набережной гуляет холодный ветер, подхватывающий и кружащий пожелтевшие листья.
Миша и Тёма, одетые в одинаковые ярко-красные курточки, весело несутся впереди, соревнуясь, кто первым добежит до фонтана.
Глеб ждёт на скамейке.
За три года он заметно похудел, начал лысеть и сильно ссутулился. Выглядит так, будто ему не сорок один год, а по меньшей мере пятьдесят пять.
И, разумеется, он пришёл не один.
Рядом сидит Тамара Игнатьевна. На ней бежевое пальто, волосы собраны в ту же строгую причёску, только седых прядей стало значительно больше.
— Здравствуй, Ирочка, — протяжно произносит она. — Смотрю, ещё ничего, держишься. А я-то думала, совсем зачахнешь с двумя детьми на руках. Кому ты такая нужна, ещё и с двойным багажом? Небось, наши алименты целиком на маникюр спускаешь?
— Здравствуй, Глеб, — обращаюсь я к бывшему мужу, словно рядом с ним никого нет. — Вот и твои мальчики. Мишенька, Тёма, подойдите сюда!
Сыновья тут же подбегают. Щёки у обоих раскраснелись от ветра и беготни. Они с нескрываемым любопытством рассматривают незнакомого мужчину на лавочке.
Артём робко прячется за моей ногой, а более решительный Миша сразу задаёт вопрос:
— А ты кто такой?
— Я… — Глеб с трудом сглатывает. — Я ваш папа.
— А почему ты тогда никогда к нам не приходил? — не отстаёт Миша. — У Вовки из нашего садика папа каждый день за ним приходит.
Глеб растерянно открывает рот, но так ничего и не произносит.
Тамара Игнатьевна внезапно громко хлопает в ладоши.
— Ой, какие разговорчивые мальчуганы! Глебушка, ну поздоровайся ты с детьми как следует! Чего расселся, словно филин на ветке? Ты ведь отец!
При этом сама она даже не пытается подняться со скамейки. Лишь быстро оценивает взглядом одинаковые красные куртки и вновь обращает внимание на меня.
Мальчикам очень скоро наскучивает это странное знакомство, и они убегают наблюдать за голубями.
— Ир, послушай… — Глеб нервно мнёт кожаные перчатки. — Тут такое дело. У тебя случайно не сохранился внешний жёсткий диск? Серый, фирмы «Сигейт», объёмом один терабайт. Там фотографии наши с мамой из Карловых Вар, помнишь, мы в двадцатом году туда ездили? Мама решила сделать к юбилею фотокнигу. Я уже весь дом перевернул, нигде не могу найти.
Я некоторое время молча смотрю на него.
А затем всё становится абсолютно понятно.
Никаких настоящих намерений увидеть сыновей у него не было.