— Алиса, ты звонила? Телефон просто лежал в другой комнате.
— Кто взял трубку? — тихо спросила я.
— Наверное, какая-то ошибка. Тут связь постоянно чудит.
Он говорил слишком быстро, слишком нервно, будто боялся, что я задам ещё один вопрос. Я не стала продолжать. Сказала, что очень устала, и отключилась.
После этого я почти не сомкнула глаз. Мысли путались, тревога давила на грудь, но я всё ещё упрямо держалась за надежду, что всему найдётся разумное объяснение.
Прошла ещё одна неделя. Артём перестал звонить совсем.
И тогда я решила ехать сама.
Я взяла пару выходных, собрала Варе маленький рюкзак и сказала дочке, что мы поедем навестить бабушку и папу. Варя обрадовалась, всю дорогу болтала без умолку и представляла, как папа удивится, когда увидит нас на пороге.
Дом Нины Сергеевны встретил нас странной тишиной. Во дворе стояла машина, которую я никогда раньше не видела. Калитка оказалась открытой. Я постучала, но никто не ответил. Потом осторожно толкнула входную дверь — и она медленно приоткрылась.
И именно в этот момент я услышала голоса.
— Ты же уверял, что она сюда не приедет, — раздражённо произнесла женщина.
— Я не думал, что она сорвётся и заявится сюда с ребёнком, — ответил Артём.
— И что теперь? Ты собираешься ей что-то объяснять?
Я застыла на месте. Варя крепко держала меня за руку и ничего не понимала.
— Потом. Сейчас неподходящий момент, — глухо сказал он. — Мама ещё в комнате.
— Какая мама? — усмехнулась женщина. — Она уже две недели в санатории.
Перед глазами у меня всё потемнело.
Я толкнула дверь сильнее и вошла в прихожую. Артём стоял возле кухонного стола. Рядом с ним была высокая брюнетка лет тридцати пяти, в домашнем халате, совершенно спокойно чувствовавшая себя в этом доме.
Артём побледнел.
— Алиса… ты здесь?
Я не ответила. Варя прижалась ко мне всем телом.
— Папа? — еле слышно позвала она.
Женщина неторопливо сняла с крючка полотенце, будто всё это было не настоящей жизнью, а дешёвой сценой из плохого сериала.
— Так вот ты какая, — произнесла она с холодной усмешкой. — Значит, это и есть твоя «временная проблема»?
Артём схватился руками за голову.
— Всё не так, как тебе кажется…
И вдруг я почувствовала пугающее спокойствие.
— Где Нина Сергеевна? — ровным голосом спросила я.
Он опустил глаза.
— В реабилитационном центре. У неё действительно было ухудшение, но сейчас состояние стабильное.
— Зачем ты мне солгал?
— Я… не знал, как сказать.
— А это кто? — я кивнула в сторону женщины.
— Лена, — ответила она сама. — Мы знакомы уже год.
Год.
Я не закричала. Не устроила сцену. Даже не заплакала. Просто наклонилась и взяла Варю на руки.
— Ты уехал не к больной матери, — сказала я. — Ты уехал к ней.
Артём сделал шаг ко мне.
— Алиса, подожди. Всё очень сложно. Я сам запутался. Ты всё время на работе, постоянно уставшая, между нами давно появилась дистанция…
Я горько усмехнулась.
— И ты решил эту дистанцию сократить тем, что завёл другую женщину и оставил семилетнюю дочь без объяснений?
Лена скрестила руки на груди.
— Он собирался тебе всё сказать. Просто не мог подобрать момент.
— Конечно, — тихо ответила я. — Очень достойно.
Варя дрожала у меня на руках.
— Мамочка, давай поедем домой, — прошептала она.
Я повернулась к выходу.
— Алиса! — крикнул Артём. — Я всё ещё твой муж!
Я остановилась у самого порога.
— Уже нет. Просто ты пока этого не понял.
Мы вышли на улицу. Я усадила Варю в машину, села за руль, завела двигатель, но руки дрожали так сильно, что ключ чуть не выпал из пальцев.
Когда дом остался позади, я наконец позволила себе заплакать. Варя молчала и осторожно гладила меня по плечу.
— Мам, папа нас больше не любит?
Я не смогла ответить сразу.
— Он… очень сильно ошибся, солнышко.
Телефон зазвонил примерно через час. Потом снова. И снова.
Я не отвечала.
Через два дня мне позвонила Нина Сергеевна.
— Алиса, что происходит? Артём не выходит на связь. Он должен был вчера ко мне заехать.
Я рассказала ей всё.
На том конце линии долго стояла тишина.
— Значит, вот оно как… — наконец произнесла она. — Прости меня. Я ничего не знала.
Через неделю Артём приехал к нам домой. Стоял у двери с букетом цветов и виноватым лицом.
— Я всё осознал. Я уйду от неё. Только дай мне шанс.
Я смотрела на мужчину, которого любила больше десяти лет, и внутри не чувствовала ничего.
— Ты уже сделал свой выбор, Артём.
Он опустился передо мной на колени.
— Хотя бы ради Вари…
Я закрыла дверь.
Через месяц я подала документы на развод.
Лена исчезла из его жизни так же внезапно, как когда-то появилась. Артём остался один.
Он писал, звонил, приходил к подъезду.
А я училась жить заново.
Иногда по ночам я лежала без сна и думала, в какой момент мы свернули не туда.
Иногда ловила себя на том, что всё ещё жду его шагов в прихожей.
Иногда мне хотелось поверить, что разбитое можно склеить обратно.