— Какие ещё бумаги?
— Документ о повреждении товара. Материалы проверки. Официальное требование работодателя о возмещении убытков. Хоть что-нибудь, подтверждающее, почему ты обязан выплатить четыреста восемьдесят тысяч.
— Алён, пока всё решается в неофициальном порядке.
— Ты серьёзно хочешь передать почти полмиллиона без оформления?
— Да не об этом речь. Мне просто позволили уладить ситуацию без лишней огласки.
— На какие реквизиты переводить?
— Ты о чём?
— О компенсации. Если деньги требует фирма, должен существовать банковский счёт получателя.
Вадим заметно раздражился.
— Ты придираешься к каким-то формальным мелочам.
— Разумеется. Когда речь идёт о четырёхстах восьмидесяти тысячах, я даже каждую запятую готова перепроверить.
Он поднялся со стула.
Подошёл к окну.
— Я так и думал, что ты начнёшь.
— Что именно начну?
— Требовать подтверждение каждой мелочи и проверять все бумажки.
— Вадим, ты ведь обращаешься за моими сбережениями. Чего ещё ты ожидал?
— Это не твои деньги. Это наши семейные средства.
Алёна внимательно взглянула на мужа.
В этот момент он допустил ошибку уже не в своей актёрской игре.
— Наши общие деньги находятся на совместном счёте. Сейчас там шестьдесят три тысячи, предназначенные для текущих платежей. А пятьсот двадцать тысяч я собрала из собственного заработка, уже после внесения своей доли в семейный бюджет. Ты прекрасно об этом осведомлён.
Вадим на некоторое время притих.
— Хорошо, пусть будут твои, — наконец уступил он. — Я обязательно всё отдам.
— В какие сроки?
— Как только разрешу неприятности.
— Прекрасно. Значит, завтра мы вместе отправимся к тебе на работу.
— Для чего?
— Посетим бухгалтерию. Когда я ознакомлюсь с официальными основаниями, лично перечислю нужную сумму вашей организации.
Вадим даже коротко усмехнулся.
— Ты хоть представляешь, как это будет выглядеть со стороны? Я приведу жену, чтобы она решала мои рабочие проблемы?
— Вполне естественно. Если жена собирается предоставить четыреста восемьдесят тысяч, она имеет полное право разобраться, на что именно их требуют.
— Не нужно тебе туда ехать.
— Отлично. Тогда имеется другой способ.
Алёна поднялась, приблизилась к холодильнику и достала бутылку воды.
— Продавай свой мотоцикл.
Вадим резко развернулся к ней.
— А мотоцикл здесь каким боком?
— Самым прямым. Он вполне может помочь найти четыреста восемьдесят тысяч.
Три года назад муж приобрёл туристический мотоцикл почти за семьсот тысяч рублей. Теперь аналогичные подержанные модели предлагались примерно по четыреста тридцать — четыреста пятьдесят тысяч. За всё лето Вадим пользовался техникой от силы пять-шесть раз, а в остальные месяцы она пылилась в арендованном гаражном боксе.
— Это совершенно другая ситуация.
— Чем же она отличается?
— Тем, что мотоцикл невозможно продать моментально.
— Назначим привлекательную цену.
— Алёна, послушай…
— До нужной суммы останется совсем небольшая разница. Её покроем деньгами с совместного счёта.
Теперь супруг действительно начал нервничать.
Хотя внешне оставался сравнительно сдержанным. Повышать голос Вадим вообще не любил.
Сначала он убеждал, что подобную технику покупатели ищут месяцами. Потом доказывал, насколько невыгодно продавать транспорт в спешке. А под конец неожиданно напомнил, что следующей весной мечтал съездить на мотоцикле в Карелию.
Алёна терпеливо выслушивала все доводы.
Получалась весьма занимательная арифметика.
Три года её личных накоплений предлагалось потратить за один вечер.
А вот принадлежащий мужу мотоцикл категорически запрещалось продавать с финансовыми потерями.
— Мне нужно всё обдумать, — произнесла она.
— У нас практически нет времени.
— До завтрашнего дня ситуация потерпит?
— Потерпит.
— Тогда завтра вернёмся к этому разговору.
На следующее утро Вадим отправился на работу раньше жены.
Алёна дождалась десяти часов и отыскала официальный телефонный номер его организации.
С непосредственным руководителем мужа, Игорем Сергеевичем, она была знакома лишь поверхностно. Несколько раз пересекалась с ним на общих корпоративных мероприятиях.
Секретарь без затруднений переключила звонок.
— Добрый день, Игорь Сергеевич. Меня зовут Алёна, я супруга Вадима Корнеева. Извините за необычное обращение. Вадим сообщил, что из-за повреждения груза возникли неприятности и компания требует от него четыреста восемьдесят тысяч рублей. Мы хотели бы разобраться, какие документы необходимы для компенсации и каким образом правильно перечислить деньги.
В трубке воцарилось молчание.
— Простите, какая компенсация?
— За товар, который на прошлой неделе якобы повредили при отгрузке на его участке.
— Алёна, поймите правильно, кадровые дела сотрудников я с вами обсуждать не вправе. Но могу совершенно определённо сказать, что никаких денежных переводов никому делать не нужно.
— Значит, никакого повреждения не происходило?