Когда Артём сообщил мне, что собирается жениться, я так резко поставила чашку на стол, что чай едва не расплескался.
— Уже? — невольно вырвалось у меня.
— Мам, мне вообще-то двадцать шесть, — спокойно произнёс он. — Не семнадцать.
— Да я не об этом. Я про другое… Кто она?
— Ольга. Мы встречаемся уже полгода.
— И?
Он посмотрел мне прямо в глаза.
— Она старше меня на пятнадцать лет.
После этих слов я просто замолчала. Ей сорок один. Моему сыну — двадцать шесть. Я никак не могла уложить это в голове. В моём привычном представлении мужчина должен быть старше женщины. Ну или хотя бы они должны быть примерно одного возраста. А такой вариант казался мне чем-то неправильным. «Так не принято». «Такие отношения долго не живут». «Подобное всегда заканчивается плохо».
Но вслух я произнесла совсем другое:
— Ты уже взрослый. Сам решай.
Он подошёл ко мне и обнял.
— Спасибо, мам.
Я улыбнулась ему в ответ. Но где-то внутри уже поселилось неприятное чувство. Это была не совсем злость и даже не страх.
Скорее ревность…
С Ольгой мы познакомились примерно через неделю.
Она оказалась совсем не такой, какой я успела её представить. Не вызывающей, не надменной и не холодной. Спокойная женщина, ухоженная, с приятным мягким голосом. В гости она пришла с пирогом, который испекла сама.
— Я понимаю, что для вас всё это стало неожиданностью, — сказала она, когда мы сидели за столом. — И понимаю, что наша разница в возрасте может вас смущать.
Сказала прямо. Без попыток оправдаться или что-то доказать.
— Да, смущает, — честно призналась я.
Артём сразу напрягся.
— Мам…
— Всё нормально, — Ольга мягко улыбнулась ему. — Это естественная реакция.
Она не висла у него на шее, не держала демонстративно за руку и не пыталась показать, кто в их паре главный. Но я всё равно невольно цеплялась за разные мелочи.
— Тём, ты ОСАГО уже продлил? — спросила она как-то.
— Сегодня сделаю.
— Хорошо. Я напомнила, а дальше уже сам.
Фраза была совершенно обычной, но я тут же подумала: «Контролирует».
— Артём очень способный, — сказала она мне чуть позже. — Ему просто иногда не хватает организованности.
«Вот уже и жизни учит», — отметила я про себя.
Хотя, если совсем честно, сын действительно всегда любил откладывать дела до последнего момента. А некоторые вещи мог и вовсе забыть.
Почти год я ничего не говорила.
Они жили отдельно и приезжали к нам в гости по выходным. Артём выглядел… вполне нормально. Не подавленным, не запуганным, не несчастным.
Просто стал взрослее.
Чуть серьёзнее, чем прежде.
Он начал реже встречаться с друзьями, и я сразу решила, что виновата в этом Ольга.
— Мам, у меня сейчас проект, — объяснял он. — Мне самому не хочется постоянно по барам ходить.
«Самому», — мысленно повторяла я.
Но почему-то не верила.
Однажды мы остались вдвоём на кухне.
— Тёма, скажи честно, тебе с ней действительно хорошо?
Он посмотрел на меня с удивлением.
— Конечно.
— Она на тебя не давит?
— В смысле?
— Ну… она старше тебя. У неё больше жизненного опыта. Может быть, ты сам того не замечаешь, но постоянно под неё подстраиваешься?
Артём усмехнулся.
— Мам, я не пластилиновый.
— Я просто за тебя переживаю.
— Я понимаю. Но я не жертва.
В его голосе не было раздражения или обиды.
Только усталость.
Настоящий перелом случился на моём дне рождения.
За столом собрались родственники. Кто-то уже после третьего бокала вдруг громко пошутил:
— Ну что, Артём, нормально тебе с такой разницей? Она же почти ровесница твоей тёщи!
За столом раздался неловкий смех.
Ольга заметно побледнела, но ответила спокойно:
— Зато у нас меньше иллюзий друг о друге и гораздо больше честных разговоров.
И вместо того чтобы поддержать её или хотя бы промолчать, я неожиданно добавила:
— Разговаривать, конечно, полезно. Только против природы всё равно не пойдёшь.
После моих слов за столом повисла тишина.
Артём посмотрел на меня так, как прежде никогда не смотрел.
— Мам, достаточно.
— А что я такого сказала?
— Более чем достаточно.
Когда гости разошлись, он задержался.
— Зачем ты это делаешь? — тихо спросил он.
— Что именно?
— Все эти намёки. Взгляды. Фразы про природу и возраст.
Я вспыхнула.
— Потому что это ненормально!
— Что именно ненормально?
— Женщина должна быть младше мужчины. Это естественно. Так было всегда.
Он тяжело вздохнул.
— Мам, слово «всегда» — это не аргумент.
— Сейчас тебе легко так говорить. А что будет через пять лет?
— Через пять лет может произойти всё что угодно. Даже если бы я женился на ровеснице.
Я уже хотела возразить, но Артём продолжил:
— Ты ведь думаешь, что она мной командует?
Я ничего не ответила.
— Она мной не командует. Мы спорим. Иногда очень серьёзно. Потом разговариваем и договариваемся. Бывает, я с ней не согласен и поступаю так, как считаю нужным.
— Правда?