Татьяна посмотрела на мужа и впервые за восемь лет увидела перед собой не человека, с которым строила общее будущее, а взрослого мужчину, настолько боявшегося недовольства матери и сестры, что он решил пригрозить собственной жене потерей дома.
— Меня больше не будут ждать дома? — негромко уточнила она.
Виктор недовольно поморщился.
— Не нужно цепляться к каждой фразе.
— Нет, Витя. Теперь я как раз буду внимательно слушать каждое слово.
Он нервно прошёлся по комнате.
— Я просто сорвался.
— Нет. Ты сделал выбор.
— Я ничего не выбирал!
— Выбрал. Просто тебе неприятно, что я это поняла.
Он уже открыл рот, собираясь что-то возразить, но телефон Татьяны коротко звякнул.
Сообщение поступило с незнакомого номера.
«Татьяна, добрый вечер. Это Павел. Можно с вами поговорить? Желательно без Кати.»
Несколько секунд она молча смотрела на экран.
Виктор заметил выражение её лица.
— Кто написал?
— Жених твоей сестры.
Спустя пять минут Павел позвонил.
Голос у него звучал тихо и устало.
— Простите, что обращаюсь напрямую. Я не хотел вмешиваться, но сегодня случайно услышал разговор Кати с мамой.
— С чьей именно мамой?
— С вашей свекровью. Они обсуждали, как заставить Виктора оказать на вас давление.
Татьяна медленно выпрямила спину.
Виктор стоял неподалёку и хмуро прислушивался.
— Что конкретно вы услышали?
Павел на несколько мгновений замолчал.
— Катя сказала, что если вы не появитесь на свадьбе, она расскажет гостям, будто вы отказались прийти из зависти. И ещё кое-что… Мне даже неприятно это повторять.
— Говорите как есть.
— Она сказала, что давно знала, куда нужно ударить, чтобы причинить вам боль. Виктор когда-то при ней упомянул, что вопрос детей для вас особенно тяжёлый.
Татьяна медленно перевела взгляд на мужа.
Лицо Виктора заметно побледнело.
— Я не… — начал он, но так и не закончил.
Павел продолжал:
— Я спросил у Кати, для чего она всё это делает. Она ответила, что вы слишком спокойная и этим раздражаете окружающих. Ей хотелось вывести вас из себя перед свадьбой, чтобы рядом с вами самой выглядеть лучше.
— Павел, почему вы решили рассказать это мне?
В трубке повисла тишина.
— Потому что завтра я отменяю свадьбу.
Виктор резко вскинул голову.
— Что?!
Татьяна включила громкую связь.
Услышав голос Виктора, Павел заговорил увереннее:
— Да, Вить. Я всё отменяю. Сегодня Катя при мне заявила, что после свадьбы обязательно «дожмёт» меня насчёт квартиры моей матери. Я не хочу однажды оказаться в положении, когда и моих близких начнут так же обсуждать и разбирать по частям.
Татьяна на мгновение прикрыла лицо ладонью. Не из-за слабости, а потому что боялась сказать что-нибудь лишнее.
Виктор взял у неё телефон.
— Паша, ты вообще понимаешь, что делаешь? Уже всё оплачено и подготовлено!
— Именно поэтому хорошо, что я понял это сейчас, а не после регистрации.
— Катя любит тебя!
— Возможно. Но ещё сильнее она любит одерживать победы. Даже в ситуациях, где никто не пытался с ней соревноваться.
Павел отключился.
В квартире установилась такая тишина, словно вместе с разговором кто-то выключил все звуки во всём доме.
Примерно через час позвонила Нина Павловна.
Ответил Виктор.
Татьяна сидела в кресле и прекрасно слышала каждое произнесённое слово.
— Что ты натворил?! — кричала мать так громко, что телефон можно было даже не подносить к уху. — Павел отказался жениться! Катя бьётся в истерике! Люди уже купили билеты!
— Мам, я ничего не делал.
— Во всём виновата твоя жена! Это она уничтожила свадьбу!
Виктор посмотрел на Татьяну.
Она сидела совершенно неподвижно, спокойно сложив руки на коленях.
— Мама, решение принял Павел.
— Из-за неё!
— Из-за Кати.
На другом конце воцарилось молчание.
— Что ты только что сказал?
Виктор медленно выдохнул.
— Из-за Кати. И тебе прекрасно известно почему.
Голос Нины Павловны стал ниже и холоднее:
— Даже не смей предавать собственную сестру.
Пальцы Виктора едва заметно дрогнули.
Татьяна увидела это и вдруг поняла, что именно этой фразы он боялся всю свою жизнь. Не крика, не материнских слёз, не обиды. Страшнее всего для него всегда было обвинение в предательстве.
— Я не предаю сестру, — глухо произнёс он. — Я просто устал изображать, будто она ничего плохого не делает.
— Значит, жена стала тебе дороже матери и родной сестры?
Татьяна поднялась с кресла.
Она не собиралась слушать, как её снова превращают в предмет семейного торга.
— Витя, закончишь разговор — приходи на кухню.
После этого она вышла.
Ночью почти никто не спал.
Виктор долго просидел на кухне. Затем вошёл в спальню, но не лёг. Он остановился рядом со шкафом, будто совершенно забыл, зачем пришёл.
— Это я рассказал Кате про врачей, — наконец произнёс он.
Татьяна открыла глаза.
— Когда именно?
— Около двух лет назад. Мы тогда поссорились после очередного обследования. Я поехал к маме. Катя тоже была там и спросила, что случилось. Я рассказал… Не всё, конечно. Но достаточно.