В помещении витал аромат свежих булочек и корицы, негромко звучала приятная музыка. Здесь никто не требовал отчётов, объяснений и доказательств семейной преданности.
Она выбрала столик у окна, заказала чай и достала телефон.
На экране высветились три пропущенных вызова от Дмитрия.
Соня молча спрятала смартфон обратно.
Рядом сидела пожилая посетительница с раскрытой книгой. У её ног, под стулом, мирно спала небольшая собака. Женщина читала, собака дремала, никто никому не мешал.
Эта простая картина неожиданно вызвала у Сони лёгкую зависть.
Не злую, не мучительную.
Ей просто тоже захотелось такой обыкновенной тишины.
Она достала блокнот.
Привычка записывать важные вещи появилась у неё благодаря профессии. Но постепенно перекочевала и в повседневную жизнь, превратившись в удобный способ разобраться в собственных переживаниях.
Открыв новую страницу, Соня вывела вверху:
Итоги.
Под заголовком начали появляться суммы.
Ежемесячная зарплата.
Плата за съёмную квартиру.
Расходы на питание.
Коммунальные услуги.
Прочие обязательные платежи.
Она записывала всё ровными столбцами, так же аккуратно, как привыкла составлять рабочие таблицы.
Картина получалась весьма неприятной.
Дело было вовсе не в почерке.
Сложив все расходы, Соня увидела, насколько мало денег у неё оставалось.
Точнее, сколько денег не оставалось вообще.
За последние полгода Дмитрий не внёс в семейные расходы ни копейки.
Совсем ничего.
Соня долго рассматривала исписанную страницу.
Её занимал уже не вопрос, как муж дошёл до подобного положения. С этим она более или менее разобралась.
Гораздо сильнее тревожило другое.
Почему она позволила всему этому превратиться в повседневную норму?
В какой момент чужая безответственность сделалась её личной обязанностью?
И почему её желание избежать конфликтов окружающие приняли за разрешение пользоваться её трудом без ограничений?
Официантка принесла горячий чай с лимоном.
Соня обхватила чашку ладонями и некоторое время молча наблюдала за прохожими за стеклом.
Через полтора часа она вернулась домой.
Ларисы Петровны уже не было.
Это ощущалось почти физически: квартира словно освободилась от тяжёлого, давящего присутствия.
Дмитрий сидел за кухонным столом и спокойно жевал бутерброд. Его вид свидетельствовал, что недавняя ссора совершенно забыта.
Тактика была знакомой.
Когда возникали неприятные разговоры, он предпочитал их просто переждать.
Жена возмущалась, расстраивалась, иногда уходила прогуляться. Потом возвращалась, постепенно успокаивалась, и жизнь продолжалась как прежде.
Этот способ прекрасно работал несколько лет.
Но сегодня Дмитрий быстро почувствовал, что привычный сценарий дал сбой.
Соня молча сняла верхнюю одежду, прошла на кухню и устроилась напротив него.
В её движениях не было раздражения.
И именно это его насторожило.
— Давай поговорим, — предложила она.
— Я уже объяснил маме, что такие слова говорить не нужно, — поспешил сообщить Дмитрий примирительным тоном.
— Дим, дело сейчас не в твоей матери. Речь о наших отношениях.
Он наконец положил бутерброд на тарелку.
— Мне хочется понять, каким ты представляешь наше будущее, — продолжила Соня. — Только давай без общих обещаний вроде «скоро устроюсь» или «всё обязательно наладится». Мне нужны конкретные планы. Что ты собираешься предпринять и в какие сроки?
Дмитрий недовольно скривился.
— Такое впечатление, будто меня следователь допрашивает…
— А у меня такое впечатление, будто я давно живу в ситуации, которую никто даже не пытается мне объяснить.
Муж поднялся и принялся ходить по кухне.
Соня отлично знала эту привычку. Когда Дмитрию нечего было ответить, он начинал беспокойно перемещаться по комнате.
Наконец он остановился.
— Вообще-то один вариант есть. У мамы имеется знакомый, он предложил заняться совместным делом. Небольшой бизнес, зато перспективы отличные. Правда, сначала потребуется вложить некоторую сумму.
Соня неторопливо кивнула.
— Какую именно?
— Ну, примерно… — Он озвучил цифру.
Соня сразу поняла, что речь идёт практически обо всех её накоплениях.
Она собирала эти деньги три года.
Понемногу откладывала с каждой зарплаты, старалась не тратить лишнего и никому не рассказывала о своей финансовой подушке.
Деньги предназначались на непредвиденные обстоятельства.
И теперь Соня особенно порадовалась, что держала их существование в секрете.
— Нет, — твёрдо ответила она.
Дмитрий резко повернулся.
— Что значит «нет»?
— Именно то, что я сказала. Эти деньги я вкладывать не собираюсь.
— Соня, ты даже не представляешь, какая это возможность! Мамин знакомый человек опытный, серьёзный, он давно…
— Дим, остановись. — Она продолжала смотреть на мужа совершенно спокойно. — Когда деловое предложение начинается с рассказа о каком-то мамином знакомом, ничего хорошего я от этого не ожидаю. Мой ответ отрицательный.
Он опустился на стул.
Бутерброд больше его не интересовал.