— Аркадий Борисович, — обратилась я к соседу, — у вас случайно не найдётся запасного цилиндра для дверного замка и отвёртки?
— Для хорошего соседа и два комплекта отыщутся! — оживился пенсионер, любивший наблюдать за местными семейными конфликтами куда больше, чем за футбольными матчами. — Пойдём, Надежда Павловна. Я и инструменты прихвачу, и за порядком прослежу!
Мы прошли на мой участок.
Дверь веранды оказалась распахнута настежь. С кухни доносился знакомый звон моего кузнецовского фарфора и бодрый голос Ольги Семёновны:
— …Вот и молодец, Лёнечка, замечательно всё придумал! Надька в ноябре сюда ни за что не сунется! Зачем ей по грязи тащиться? Я здесь до апреля прекрасно проживу. Дом тёплый, отопление за чужой счёт, красота! А её книжный шкаф в гостиной мы сейчас с Геной в сарай перетащим. Я вместо него свой комод поставлю!
Я поднялась по ступеням крыльца и вошла на кухню.
За моим большим дубовым столом расположились четверо. Ольга Семёновна красовалась в моей длинной кашемировой кофте. Леонид держал в руке бутерброд. Рядом устроилась Зоя, а возле неё сидел супруг Геннадий — коренастый мужчина с маленькими, удивительно цепкими глазами.
В центре стола рядом с вазочкой моего кизилового варенья лежала толстая папка красного цвета с прозрачными файлами.
Увидев меня, Леонид застыл с бутербродом возле рта, а Зоя так резко вдохнула, что поперхнулась горячим чаем.
— Всем доброе утро, — поприветствовала я присутствующих.
Подойдя к столу, я сразу положила ладонь на красную папку.
— Как вижу, проблемы Петровича с отоплением удалось устранить с невероятной скоростью?
— Надя?! — муж вскочил так резко, что уронил салфетку. — Ты… А ты что здесь делаешь?! Сегодня же суббота!
— Решила удостовериться, что незваные гости ещё не успели отправить мой книжный шкаф в сарай.
Я открыла папку и начала изучать лежащие сверху документы.
— Очень занимательное чтение. Предварительное соглашение о покупке двухкомнатной квартиры в жилом комплексе «Речной». В качестве покупателя указана Ольга Семёновна. Уже внесён аванс — два миллиона триста тысяч рублей. Оставшиеся четыреста пятьдесят тысяч необходимо перечислить до вторника, десятого ноября.
За дверью послышался скрип отвёртки. Аркадий Борисович приступил к работе.
— Немедленно положи документы на место! — закричала свекровь, потянувшись к папке.
Но я без труда отвела руку и перевернула следующий лист.
— Почему же они чужие, если находятся на моём столе, внутри моего дома? — удивилась я.
Передо мной оказалась банковская выписка.
— А вот и ещё кое-что интересное. На протяжении трёх лет Леонид каждый месяц переводил Ольге Семёновне по сто десять тысяч рублей. Лёня, это случайно не те самые три года, когда ты постоянно жаловался на кризис в своей строительной компании, рассказывал о сокращении заработной платы, приносил домой жалкие двадцать тысяч и практически полностью существовал за мой счёт? Я ведь оплачивала даже твои зимние ботинки и лечение радикулита.
— А ты чего ожидала?! — немедленно вступила Зоя, явно решив перейти в наступление. — Чтобы мой брат все заработанные деньги тратил на твою собственность?! У тебя и квартира есть, и дача, всё приобретено до замужества. А Лёня должен без своего угла остаться?! Вот мы с мамой и решили приобрести ему отдельное жильё. Только оформить на мать, чтобы ты при разводе ничего не получила!
— Значит, арендаторы с собачками из Сургута появились как раз вовремя, чтобы помочь с последним платежом, — заключила я.
Из последнего отделения папки я извлекла сложенный пополам документ.
— А вот теперь самое интересное. Договор продажи нашего кроссовера, датированный третьим ноября. Продавец — Леонид. Покупатель — Геннадий. Цена автомобиля указана в размере ста двадцати тысяч рублей. Здесь написано, что расчёт произведён полностью. Машину уже переоформили в ГИБДД на Геннадия.
Геннадий опустил глаза и начал сосредоточенно царапать ногтем узор на клеёнке.
— Теперь картина полностью сложилась, — произнесла я.
Я аккуратно собрала бумаги и положила папку возле варенья.
— Незамысловатая комбинация в духе провинциального Макиавелли. Три года ты скрывал настоящую зарплату, отправляя деньги матери. Наш совместно используемый автомобиль перед разводом за символическую цену переписал на мужа сестры. Мать сдала собственную квартиру, а вы тайком решили поселить её на моей даче. Вдобавок попытались получить от меня ещё шестьсот тысяч, потому что до вторника вам необходимо найти четыреста пятьдесят тысяч для завершения покупки жилья в «Речном». Всё верно или какие-то детали я пропустила?
Леонид наконец осознал, что отрицать очевидное больше не получится.
Но вместо смущения или раскаяния на его лице появилось совершенно иное выражение. Он расправил плечи, удобно откинулся на спинку стула, положил одну ногу на другую и громко расхохотался, явно наслаждаясь собственной хитростью.
