— Наташенька, красавица наша! — Старик бережно заключил мою руку в свои суховатые, но удивительно тёплые ладони. — Живите счастливо, детки. Главное, чтобы ваш дом был наполнен теплом.
— Дедушка, ты ведь не забыл, о чём мы с тобой договаривались? — вмешался Борис. Мне даже почудилось некоторое нетерпение в его интонации.
— Конечно, помню. Всё остаётся в силе, как и условились.
Тогда этот короткий разговор совершенно меня не насторожил. Зато теперь он неизменно всплывает в памяти всякий раз, когда кто-нибудь произносит слово «доверие».
Дедушкина квартира встретила нас затхлым запахом старых вещей, пыли и воспоминаний о давно минувшем времени. Выцветшие обои с цветочным рисунком местами висели оторванными полосами. Старый линолеум покрылся вздутиями, трубы в ванной проржавели, а кухонная плита выглядела так, будто её не меняли несколько десятилетий. В просторной комнате ковровое покрытие протёрлось насквозь, а стоило щёлкнуть выключателем, как старая проводка начинала подозрительно потрескивать. Казалось, советская эпоха здесь так и не закончилась.
Однако среди всей этой запущенности я уже представляла совершенно иную картину. Светлые уютные комнаты, мягкое освещение, аромат свежесваренного утреннего кофе и самое главное — собственный ключ, открывающий дверь в наш настоящий дом.
— Тут придётся делать капитальный ремонт, — заметил Борис, оглядывая помещения. — Только у меня на работе сейчас неприятности. С премиями, скорее всего, будет туго. Сама понимаешь.
— Конечно, понимаю, — спокойно согласилась я. — Ничего страшного, основную часть затрат тогда возьму на себя.
В ближайшие дни я отправилась в банк и получила потребительский кредит. Сумма оказалась настолько серьёзной, что даже банковская сотрудница удивлённо приподняла брови. Когда мы вышли из отделения, Борис крепко обнял меня и тихонько произнёс, прижавшись губами к моим волосам:
— Какая же ты у меня замечательная! Обязательно всё компенсируем, только я немного разберусь со своими рабочими проблемами.
Так начались месяцы, когда наша повседневная жизнь практически превратилась в бесконечную стройку. Закончив рабочий день, я ехала по строительным магазинам. Подолгу сравнивала кафель, выбирала сантехнику, присматривала красивые смесители с мягким золотистым оттенком латуни. Покупала раковину, ванну и унитаз, заказывала новую кухонную мебель, обсуждала с электриком размещение проводов и розеток, торговалась с продавцами строительных материалов. Субботы и воскресенья проходили среди пыли и инструментов. Я обдирала старое настенное покрытие, отрывала присохший линолеум, красила потолки, балансируя на ненадёжной стремянке. Иногда приходила моя подруга Ирина. Она помогала с работой и обязательно приносила домашнюю выпечку. А Борис обычно появлялся под вечер, прихватив бутылочку пива и множество ценных замечаний. Изредка он с серьёзным видом что-нибудь подкручивал отвёрткой, после чего гордо сообщал, что тоже поучаствовал в ремонте.
Для гостиной я приобрела красивый ковролин нежного оттенка топлёного молока. Он был густым, невероятно мягким и приятным под ногами. Я часто воображала наши будущие вечера: мы с мужем сидим прямо на ковре, пьём чай, смотрим любимые фильмы, а рядом играют малыши, которые сначала учатся ползать, а потом делают первые самостоятельные шаги.
Перед сном я почти ежедневно прокручивала в голове предстоящие кредитные платежи. Казалось бы, мечта и тревога совершенно несовместимы, но во мне они существовали одновременно. Я постоянно успокаивала себя одной мыслью: нужно лишь немного потерпеть, ведь впереди нас ждёт собственный уютный дом.
Когда последние ремонтные работы завершились, я осталась одна посреди обновлённой гостиной и неожиданно расплакалась. За окнами опускался вечер, на чистом полу отражались солнечные лучи, стены окутывали мягкие золотистые тени. Я смотрела вокруг и не могла поверить своему счастью. Это была квартира моей мечты. Ради неё я отказывала себе в отдыхе, тратила заработанные деньги и работала до боли в спине.
Праздник по случаю новоселья мы устроили шумный и весёлый. Собрались друзья, знакомые, коллеги и некоторые соседи. В разгар вечера Борис поднял бокал и торжественно произнёс:
— Давайте выпьем за мою чудесную супругу! Именно благодаря ей эти стены обрели настоящее тепло и душу!
Я счастливо улыбалась, благодарила гостей за добрые слова и была уверена, что в целом мире не найдётся женщины счастливее меня.
Но спустя всего несколько дней кто-то позвонил в нашу дверь.
На лестничной площадке обнаружилась Екатерина, родная сестра мужа. Рядом с ней стоял огромный дорожный чемодан, а через плечо была перекинута вместительная сумка. До этого мы виделись буквально несколько раз. И каждый раз Катя рассматривала меня оценивающим, слегка прищуренным взглядом, словно перед ней находилась вещь, которую собирались выставить на продажу.
— О, привет, Наташка! — весело бросила она, сразу проходя внутрь, даже не поинтересовавшись, можно ли войти. — Борька разве тебе ничего не сообщил? Теперь я здесь живу! И с регистрацией, к счастью, уже всё решено!