К трём часам она всё же поехала к Людмиле Ивановне. В квартире свекрови пахло лавандовым освежителем и чем-то кислым, застоявшимся, будто окна здесь не открывали неделями. Людмила Ивановна сидела за столом в любимом кресле-качалке, вязала что-то розовое и улыбалась так, словно они собирались обсуждать не тяжёлый юбилейный банкет, а совместный отпуск на море.
— Ах, Кристиночка, наконец приехала! — она указала на стул. — Садись, я как раз чайник поставила.
Кристина села. На столе уже лежал листок — ровный, аккуратный список, написанный фиолетовой ручкой.
— Вот, — свекровь подтолкнула бумагу к ней. — Я всё продумала. Мяса килограммов десять, рыбы пять, овощей побольше, ну и торт обязательно. Максимка наполеон любит, ты же помнишь.
— Людмила Ивановна, — Кристина глубоко вдохнула. — У меня нет пятнадцати тысяч.
Свекровь удивлённо приподняла брови.
— Каких ещё пятнадцати?
— На продукты.
— Ой, ну брось! — отмахнулась Людмила Ивановна. — Ты же работаешь, зарплату получаешь.
— Я уже три месяца на больничном, — Кристина почувствовала, как голос начинает предательски дрожать. — У меня нет таких денег.
— Ну займи тогда! — легко предложила свекровь. — Или пусть Максимка даст. Он всё-таки мужчина, должен семью содержать.
Кристина засмеялась. Коротко, сухо, без капли веселья — словно кто-то сдавил ей горло металлическими щипцами.
— Максим тратит зарплату на машину, — сказала она. — И на кредит за телевизор, который вы вместе купили в прошлом месяце.
— Это неважно, — отрезала Людмила Ивановна. — Ты у нас девочка умная, что-нибудь придумаешь. Или ты хочешь, чтобы мой юбилей выглядел жалко?
— А почему бы вам не организовать всё самой? — внезапно спросила Кристина. — У вас же есть пенсия.
Лицо свекрови моментально стало холодным и жёстким.
— Это твоя обязанность как невестки, — произнесла она медленно, будто объясняла очевидное маленькому ребёнку. — Или ты думаешь, я просто так позволила тебе выйти за моего сына?
У Кристины внутри будто что-то хрустнуло и оборвалось. Она поднялась.
— Я не ваша прислуга, — сказала она. — И не ваш кошелёк.
— Ах ты… — Людмила Ивановна тоже вскочила, вязание соскользнуло с её колен на пол. — Ты мне угрожать вздумала?
— Я никому не угрожаю, — Кристина взяла сумку. — Я просто говорю, что делать этого не буду.
— Тогда можешь вообще не приходить на юбилей, — процедила свекровь. — И Максимке я расскажу, какая ты неблагодарная.
Кристина уже стояла у двери.
— Рассказывайте, — ответила она и вышла.
Дома она сразу набрала Максима.
— Привет, — его голос был усталым и раздражённым. — Что случилось?
— Твоя мать хочет, чтобы я за свои деньги и своим здоровьем устроила ей юбилей, — сказала Кристина.
— И что тут такого? — Максим зевнул. — У мамы юбилей не каждый день.
— Не каждый день? — Кристина горько усмехнулась. — Она каждый год что-нибудь отмечает! И каждый раз это становится моей проблемой!
— Ты слишком всё раздуваешь, — сказал Максим. — Просто сделай, как мама просит.
— А если я не хочу?
— Значит, ведёшь себя эгоистично, — равнодушно ответил он. — И потом не удивляйся, если мама перестанет с тобой общаться.
Кристина молчала. Она и раньше знала, что он не станет на её сторону. Он никогда этого не делал.
— Хорошо, — наконец произнесла она. — Тогда и я перестану.
Она сбросила вызов, подошла к комоду и достала коробку с документами. Брачный договор, подписанный пять лет назад, лежал сверху. Кристина быстро перелистала страницы и остановилась на пункте о разделе имущества.
Квартира принадлежала ей. Родители подарили её на свадьбу. Максим не вложил в неё ни копейки.
Кристина взяла телефон и набрала номер риелтора.
Кристина проснулась от звука ключа в замочной скважине. На тумбочке часы показывали три часа ночи. Она приподнялась и прислушалась, как Максим осторожно шаркает ботинками в прихожей, пытаясь вести себя тихо. Смешная попытка после трёх бутылок пива и ночной поездки к мамочке.
— Где ты был? — спросила она, хотя ответ был очевиден.
Максим остановился у двери спальни. Его фигура вырисовывалась в темноте: широкие плечи, чуть сутулая спина, руки, с которыми он вечно не знал, что делать.
— У мамы, — буркнул он. — Она из-за тебя расстроилась.
— Из-за меня? — Кристина усмехнулась. — Это я виновата, что она хочет устроить праздник за мой счёт?
— Ты всё переворачиваешь, — Максим начал стягивать футболку. — Она просто хочет нормального семейного торжества. А ты, как обычно, сразу устраиваешь конфликт.
— А ты, как обычно, встаёшь на её сторону, — ответила Кристина. — Даже не спросил, как я себя чувствую.
— Да что с тобой вообще?! — вдруг сорвался Максим. — Вечно тебе все виноваты! Мама права, ты стала эгоисткой!
Кристина резко села. Голова опять поплыла, но она сжала пальцы в кулаки.
— Я эгоистка? — переспросила она. — Я три месяца лежала с температурой, а ты ни разу даже суп мне не принёс. Твоя мать требует, чтобы я накормила половину района, а ты поддерживаешь её, вместо того чтобы поддержать меня. Так кто здесь эгоист, Максим?