— Ты драматизируешь! — он раздражённо махнул рукой. — У всех бывают проблемы.
— Да, только не у всех свекровь уверена, что невестка обязана платить за всё и молчать, — Кристина поднялась и сделала шаг к нему. — Ты хоть один раз выбрал меня? Хоть один раз?
Максим промолчал. Он не любил выяснений. Он предпочитал уходить от них — в самом буквальном смысле. И сейчас развернулся, пошёл в ванную и хлопнул дверью.
Кристина осталась стоять в темноте. Она подождала, пока стихнут его шаги, потом подошла к тумбочке, включила лампу и достала из ящика документы. Брачный договор лежал сверху. Она ещё раз перелистала его до нужного пункта, затем взяла телефон.
Написала риелтору: «Подготовьте документы на продажу квартиры. Без участия Максима.»
И нажала «отправить».
Утром Максим ушёл на работу, даже не притронувшись к завтраку. Кристина не стала его задерживать. Она выпила кофе, съела тост, который тут же тяжёлым комком застрял в горле, и начала собирать вещи.
Не свои. Его.
Футболки, которые он постоянно бросал на кресло. Носки из-под дивана. Документы с полки — паспорт, права, старые квитанции. Всё это она сложила в спортивную сумку, купленную им два года назад и ни разу не использованную. Потом достала из шкафа его любимый свитер — тот самый, который сама подарила ему на прошлый день рождения, — и аккуратно положила сверху.
В дверь позвонили ровно в десять. Кристина открыла.
На пороге стояла Людмила Ивановна. В новой блузке, с дорогой фирменной сумкой, которую, как Кристина прекрасно знала, ей подарил Максим. Видимо, вчера. Свекровь улыбалась, но взгляд оставался ледяным.
— Доброе утро, Кристиночка, — произнесла она и сразу шагнула в прихожую. — Я решила заехать, всё-таки надо обсудить юбилей. Ты ведь не против?
— Проходите, — Кристина отступила в сторону.
Людмила Ивановна прошла на кухню, поставила сумку на стол и начала доставать из неё пакеты.
— Я уже кое-что купила, — сказала она, раскладывая колбасу, сыр и две бутылки вина. — Чтобы тебе было легче.
Кристина смотрела на продукты и ощущала, как внутри всё сжимается в плотный болезненный узел.
— Заберите это назад, — сказала она.
— Что? — Людмила Ивановна подняла глаза.
— Заберите, — Кристина кивнула на пакеты. — Я не буду готовить ваш юбилей.
Свекровь медленно выпрямилась и упёрлась ладонями в стол.
— Ты сейчас серьёзно? — тихо спросила она.
— Абсолютно, — Кристина скрестила руки на груди. — И Максиму передайте: его вещи собраны. Пусть забирает.
Лицо Людмилы Ивановны изменилось мгновенно. Улыбка исчезла, губы превратились в тонкую жёсткую линию.
— Ты с ума сошла? — прошипела она. — Это мой сын! Его дом!
— Это моя квартира, — спокойно поправила Кристина. — И я хочу, чтобы вы оба отсюда ушли.
— Ты не имеешь права! — свекровь шагнула ближе, голос её стал громким и визгливым. — Максимка здесь живёт! У него есть права!
— У него есть право забрать ту сумку, — Кристина указала в прихожую. — И всё. Брачный договор подписан, квартира моя. Поэтому берите свои продукты и уходите.
Людмила Ивановна побледнела.
— Ты… ты нас выгоняешь? — её пальцы сжались в кулаки. — Из-за какого-то юбилея?
— Нет, — Кристина покачала головой. — Из-за того, что вы оба относитесь ко мне как к удобной дойной корове. Из-за того, что вы требуете, а он молчит. Из-за того, что я больше не могу.
— Ты рушишь семью! — закричала Людмила Ивановна.
— Нет, — тихо, но твёрдо сказала Кристина. — Я спасаю себя.
Свекровь резко подалась вперёд, глаза её вспыхнули злостью.
— Ты об этом ещё пожалеешь! — прошипела она. — Максимка тебе этого не простит!
— Пусть не прощает, — Кристина открыла входную дверь. — Уходите. Сейчас.
Людмила Ивановна ещё секунду стояла на месте, сжимая пакеты, а потом швырнула их на пол.
— Ты ещё наплачешься! — бросила она и вылетела из квартиры, хлопнув дверью так, что соседи наверняка подумали, будто внутри произошло что-то страшное.
Кристина закрыла дверь на замок. Затем подошла к окну и посмотрела вниз. Людмила Ивановна шла к машине с прямой спиной и высоко поднятой головой. Она ни разу не обернулась.
Кристина вернулась на кухню, наклонилась и начала собирать разбросанные продукты. Колбаса валялась на полу, бутылка вина разбилась, сыр укатился под стол. Она выбросила всё в мусорное ведро, потом достала из шкафа веник и совок.
Когда она сметала осколки, в дверь снова позвонили.
Она открыла.
На пороге стоял Максим. Лицо красное, глаза широко раскрыты, в них — злость и растерянность.
— Что ты устроила?! — выдохнул он.
— Я выставила тебя, — сказала Кристина. — И твою мать.
— Ты не можешь так поступить! — он шагнул вперёд, но она не дала ему пройти.
— Могу, — она показала на сумку. — Забирай вещи и уходи.
— Ты ненормальная! — закричал Максим. — Это моя квартира!
— Нет, — Кристина достала из кармана брачный договор и раскрыла на нужной странице. — Моя. Посмотри сам.
Максим впился глазами в документ, лицо его перекосилось.
— Ты… ты всё заранее задумала?!