— Всё разделим по справедливости, — усмехнулся он, будто забыл, что в эту квартиру не вложил ни копейки

— С клиентом встречался, — спокойно ответил Глеб. — Закрывали договор.

— До полуночи?

— Да. В ресторане сидели. Ты теперь допросы устраиваешь?

Жанна развернулась и ушла в спальню. Сердце билось где-то в горле, руки дрожали. Она легла на кровать и закрыла глаза. Может, он действительно был с клиентом. Может, клиент — женщина. Может, ничего страшного.

Но страшное уже происходило. Глеб стал возвращаться всё позже. Запах духов появлялся всё чаще. Он почти перестал с ней разговаривать, отвечал коротко и раздражённо. Когда Жанна пробовала его обнять, он отстранялся.

— Не надо, — бросал он. — Я после работы весь потный, пойду в душ.

Она ждала. Надеялась, что всё само наладится. Что Глеб одумается, вспомнит, что у них семья, что они прожили вместе столько лет. Но он не одумался.

В начале декабря Жанна не выдержала. Глеб уснул на диване, уронив телефон на ковёр. Она подняла его, и экран как раз загорелся от нового сообщения. От Кристины. «Скучаю. Когда увидимся?»

Жанна открыла переписку. Руки тряслись так сильно, что телефон едва не выпал. Сообщения. Десятки, сотни сообщений. С августа. Четыре месяца. Фотографии — Кристина в облегающем платье, Кристина в постели, Кристина с бокалом вина. «Ты лучший», «Не могу без тебя», «Когда ты уже разведёшься?»

Когда ты уже разведёшься.

Жанна опустилась прямо на пол рядом с диваном. Телефон выскользнул из пальцев и упал на ковёр. Она сидела, обхватив руками колени, и смотрела в одну точку. Внутри не было ничего. Совсем ничего. Будто кто-то разом выключил свет, звук и воздух.

Потом началась ночь. Самая длинная ночь в её жизни. Жанна забрала телефон, ушла в спальню и заперла дверь. Она снова и снова читала их переписку. Каждое сообщение било, как удар по лицу. Глеб обещал Кристине, что разведётся. Писал, что Жанна ему надоела. Что она скучная, занудная, вечно всем недовольная. Что он хочет другой жизни — с молодой красивой женщиной, а не со старой клушей.

Старая клуша. В тридцать один год.

Она вспомнила всё. Как шесть лет сама платила за съёмную квартиру. Как Глеб спускал деньги на себя, а она откладывала каждую копейку. Как она ухаживала за умирающей бабушкой, а он даже не нашёл времени приехать попрощаться. Как она делала ремонт на свои деньги, а он даже не предложил помочь. Как четыре месяца он смотрел ей в глаза и врал, встречаясь с другой.

К утру Жанна всё решила. Никаких истерик, никаких просьб, никаких выяснений. Она позвонила маме.

— Мам, я могу к тебе приехать?

Галина Петровна услышала в голосе дочери то, что не требовало объяснений.

— Приезжай. Я дома.

Жанна оделась и вышла из спальни. Глеб всё ещё спал на диване, широко раскинув руки. Телефон лежал там, куда она его вернула. Она взяла сумку и тихо вышла из квартиры, не хлопнув дверью.

У матери она провела три часа. Рассказала всё — про переписку, про запах духов, про обещание развестись. Галина Петровна слушала молча, подливала чай и гладила дочь по руке.

— Жанна, я ведь предупреждала, — сказала она наконец. — Я сразу видела, что Глеб тебе не пара. Ещё когда вы только начали встречаться.

— Я думала, он изменится.

— Мужчины редко меняются, доченька. Просто сначала они лучше скрывают своё настоящее лицо. А потом привыкают и перестают стараться.

— Что мне теперь делать?

— Разводиться. И как можно быстрее. Пока он не успел что-нибудь придумать.

Жанна кивнула. Она и сама это понимала. Но услышать это от мамы было важно.

Домой она вернулась ближе к обеду. Глеб сидел на кухне с кружкой кофе и листал телефон. Он поднял глаза, когда она вошла.

— Где тебя носило?

— У мамы была.

— Могла бы предупредить.

Жанна подошла к столу и оперлась руками о спинку стула.

— Я знаю про Кристину.

Глеб замер. Кружка застыла в его руке на полпути ко рту. Лицо почти не изменилось, только взгляд стал осторожным и холодным.

— Про кого?

— Не притворяйся. Я прочитала вашу переписку.

Он поставил кружку на стол и откинулся на спинку стула.

— Ты лазила в моём телефоне?

— Ты изменял мне четыре месяца.

— Жанна, всё не так, как ты себе накрутила…

— Замолчи.

Глеб моргнул. Жанна никогда не говорила с ним таким тоном. Никогда не перебивала. Всегда была мягкой, спокойной, терпеливой. А сейчас стояла напротив него с каменным лицом, и в её глазах было что-то такое, что заставило его закрыть рот.

— Я подаю на развод, — ровно сказала Жанна. — Собирай вещи и уходи.

Глеб выдержал паузу. Потом усмехнулся.

— Ты это серьёзно?

— Более чем.

— Из-за пары сообщений?

— Из-за измены. Из-за лжи. Из-за того, что ты четыре месяца строил за моей спиной новую жизнь, но даже сказать мне правду не смог. Этого мало?

Глеб потёр лицо ладонями и тяжело вздохнул.

— Послушай, у меня просто нервы на работе. Кристина — это… ну глупость. Мне нужно было как-то отвлечься.

— Вот и отвлекайся в другом месте. Собирай вещи.

— Жанна, ты что творишь? Мы столько лет вместе.