Анна вынесла сумку в коридор. Надела старую зимнюю куртку — ту самую, которую никак не могла заменить новой, потому что свободные деньги постоянно уходили на ипотеку. На мгновение остановилась и оглядела прихожую, где два года оставляла обувь, вешала пальто и складывала ключи на привычный крючок. Достала связку ключей, которую Сергей когда-то вручил ей с торжественными словами: «Теперь ты здесь настоящая хозяйка», — и положила её на тумбу возле зеркала. Металл негромко звякнул о деревянную поверхность.
— Ключи оставляю. Они мне больше не понадобятся.
— Анна. — Сергей шагнул к ней. В его голосе наконец появилось что-то похожее на запоздалую просьбу. — Не делай глупостей. Давай хотя бы завтра…
— Пельмени приготовишь себе сам, — сказала Анна, распахивая входную дверь.
И ушла.
Узнав, что произошло, Лена немедленно развернула машину и забрала подругу прямо возле подъезда. По дороге она почти ничего не говорила. Только однажды крепко сжала Анну за локоть, выражая поддержку без лишних слов. Уже у себя дома Лена усадила её на кухне, приготовила горячий чай и спокойно выслушала всю историю от начала до конца. Она не ахала, не причитала и не перебивала, за что Анна была ей особенно благодарна. Лишь когда рассказ закончился, Лена тихо произнесла:
— Знаешь, что во всём этом самое мерзкое? Он даже не попросил у тебя прощения. Не по-настоящему.
— Именно, — согласилась Анна. — За два года вранья он извинился так, будто речь шла о какой-то мелочи. Зато сразу испугался, что лишится моих денег.
Сергей позвонил через день.
Вначале его тон был сухим и деловым, словно между ними ничего серьёзного не произошло: «Аня, у тебя здесь зимние вещи остались. Когда заберёшь?» Позже он заговорил мягче: «Может, увидимся и спокойно всё обсудим?» А когда понял, что жена не намерена возвращаться после первого приглашения, начались длинные разговоры, в которых уговоры сменялись попытками вызвать жалость.
— Анюта, я тогда просто вспылил. Не нужно было говорить, чтобы ты собирала вещи. Я ляпнул, не подумав. Возвращайся, и всё снова станет как прежде.
— Именно как прежде я больше жить не хочу.
— Я поговорю с мамой. Она больше не позволит себе тебя задевать. Обещаю.
— Проблема не в твоей маме, Серёжа.
— Тогда в чём?
Каждый раз на этом вопросе Анна невольно запиналась, потому что ответ одновременно казался предельно простым и почти невозможным для объяснения. Дело заключалось вовсе не в самой квартире. Она без проблем могла жить в арендованном жилье, в маленькой комнате или даже в общежитии. Важно было другое. Мужчина, которому она безоговорочно доверяла, два года скрывал от неё информацию, напрямую касавшуюся её жизни и денег. Он принимал её платежи и молчал. А когда правда раскрылась, не почувствовал стыда, а лишь испугался, что поток денег прекратится. После чего без колебаний напомнил, где находится дверь.
— Всё дело в том, что раньше я тебе верила, — однажды ответила она. — Теперь доверия больше нет. Я не представляю, как его восстановить. И, если говорить честно, уже не хочу пытаться.
Сергей ещё некоторое время продолжал звонить. Писал длинные сообщения, обещал поговорить с банком, переоформить документы и даже переписать квартиру. Однако Анна видела: в его обещаниях чувствуется паника и отчаяние, но почти нет настоящего раскаяния. Он так и не осознал главного. Ему казалось, что всё упирается в документы и фамилию собственника. Но настоящая причина заключалась в нём самом.
Через месяц Анна самостоятельно подала заявление на развод. Делить супругам практически было нечего: недвижимость принадлежала матери Сергея, автомобиля у них не имелось, а почти всю мебель Анна решила оставить бывшему мужу, забрав только личные вещи. В зале суда Сергей выглядел растерянным. Он постоянно поглядывал на жену, словно надеялся, что в последний момент она передумает, встанет и предложит дать их браку ещё один шанс. Но Анна не передумала. Когда судья официально объявила о расторжении брака, вместо боли она почувствовала неожиданную лёгкость. Будто с её плеч наконец сняли тяжёлый рюкзак, который она носила настолько долго, что успела привыкнуть к его весу.
После развода жизнь постепенно начала приходить в порядок. Двадцать тысяч рублей, которые раньше каждый месяц уходили на выплату чужой ипотеки, теперь оставались у Анны. И неожиданно выяснилось, что это весьма значительная сумма. Спустя полгода она впервые за три года позволила себе купить новую зимнюю куртку — качественную, тёплую и именно такую, о какой давно мечтала. Выходя из магазина с большим пакетом в руке, Анна поймала себя на искренней улыбке.
Она арендовала небольшую, но очень светлую однокомнатную квартиру и впервые начала жить совершенно одна, не отчитываясь ни перед кем и не доплачивая за право находиться в месте, которое называла домом. Хозяйка квартиры оказалась приятной женщиной, а договор они составили официально и прозрачно. Каждый раз, возвращаясь с покупками, Анна с особенным удовольствием думала: пусть это жильё арендованное и юридически чужое, оно всё равно честнее той просторной двушки с видом на парк. Потому что здесь её хотя бы никто не обманывал.