Вероника сошла с поезда, крепко держа ручку дорожного чемодана. Внутри лежали рабочие ботинки, перепачканные строительной пылью, и толстая тетрадь с результатами измерений. Последние три недели она провела в командировке: устанавливала оборудование на опорах путепровода и отслеживала мельчайшие колебания бетонных конструкций.
Профессия у неё была необычная — инженер по вибрационному контролю зданий и сооружений. Вероника умела по едва заметной дрожи стен определить, насколько прочен дом и сможет ли он простоять ещё несколько десятилетий.
Дома её должны были встретить два самых дорогих человека — муж Руслан и семилетний сын Тимур. Мальчику она купила набор для выжигания по дереву, а мужу везла плотные защитные перчатки. Руслан давно о них просил: он изготавливал деревянные вывески для кафе и ресторанов и постоянно ранил пальцы во время работы.
— Я дома! — радостно объявила Вероника, переступая порог и снимая шарф. — Ну, где же мои любимые мужчины?
Из комнаты пулей вылетел Тимур. Он бросился матери на шею, крепко обнял её и тут же начал торопливо шептать на ухо. Так обычно разговаривают дети, которым взрослые строго запретили выдавать какой-нибудь секрет.
— Мамочка, у нас теперь одна гостья живёт.
— Какая ещё гостья, зайчик?
— Бабушкина сестра. Она теперь спит в моей комнате, а я перебрался на диван в гостиную.
Вероника осторожно опустила чемодан на пол.
Вроде бы всё вокруг осталось прежним: знакомые стены, те же обои, привычный запах квартиры. Только возле входной двери появилась незнакомая обувь — несколько пар маленьких аккуратных ботинок, будто принадлежавших девочке-подростку.
Вероника направилась к детской.
Дверь была слегка приоткрыта. Вместо большого плаката с изображением Солнечной системы на стене теперь красовался старый ковёр. Подоконник, прежде занятый коллекцией Тимуровых камешков, шишек и прочих сокровищ, заставили баночками с кремами и лекарственными мазями.
Детская кровать была разобрана, а её части стояли у стены.
— Руслан, — спокойно произнесла Вероника. — Подойди ко мне, пожалуйста.
Муж появился из ванной, вытирая ладони полотенцем. Крупный, уверенный в себе, пахнущий свежей древесной стружкой, он выглядел чрезвычайно довольным. Улыбался так широко, словно собирался сообщить жене о неожиданной премии.
— О, ты уже вернулась! А я был уверен, что приедешь только завтра.
— Руслан, кто поселился в комнате Тимура?
— Да тётя Зоя. Папина сестра… Хотя нет, мамина, конечно. Зоя Филипповна. Вероника, не делай такое лицо. Она поживёт у нас совсем немного, недели две. У неё дома ремонт, трубы меняют. Пока там находиться невозможно.
— А почему со мной никто не посоветовался?
— Вероника, ну что тут обсуждать? Ты была в командировке, поэтому я самостоятельно всё решил. Мама попросила помочь, а я не мог ей отказать. Обычное дело, родственники должны выручать друг друга.
Женщина внимательно смотрела на мужа.
Больше всего её поразило даже не само решение, а выражение его лица. Руслан совершенно не чувствовал неловкости. Напротив, он явно гордился собственной самостоятельностью.
Плечи расправлены, подбородок приподнят, голос уверенный.
Настоящий глава семьи, который только что доказал самому себе, что способен распоряжаться собственным домом без чьего-либо разрешения.
— Где всё это время спал наш сын?
— Я же объяснил, в гостиной. Да ему даже нравится! Телевизор можно смотреть почти до ночи.
— Руслан, Тимуру каждое утро нужно быть в школе к половине восьмого.
— Ой, только не начинай. Ничего страшного с ним не случится. Пару недель потерпит. Мужчина должен привыкать к неудобствам.
В этот момент на пороге кухни показалась Зоя Филипповна.
Невысокая, сухонькая пожилая женщина в шерстяной кофточке. Её глаза были удивительно внимательными и цепкими. Она быстро осмотрела Веронику с головы до ног, после чего изобразила приветливую улыбку.
— Добрый день, Вероничка. Вы уж не обижайтесь. Я человек спокойный, хлопот от меня не будет.
— Здравствуйте, Зоя Филипповна. Скажите, пожалуйста, когда у вас закончится ремонт?
— Ох, милая, разве можно знать заранее? Как рабочие с трубами управятся.
— Хотя бы приблизительно. Через неделю? Через месяц?
— Деточка, в мои годы уже ничего наперёд не планируют.
В ту ночь Вероника долго не могла заснуть.
Вместо того чтобы считать овец, она мысленно перебирала швы бетонных перекрытий, вспоминала рабочие чертежи и пыталась понять, насколько далеко зашла ситуация.
Руслан мирно похрапывал рядом.
Он спал безмятежно, как человек, который уверен, что все вопросы уже окончательно урегулированы.
На следующее утро Вероника отвела Тимура в школу, а возвращаясь, позвонила в соседнюю квартиру.
Там жила Регина Львовна — пожилая вдова, которая знала обо всех событиях в доме гораздо больше председателя управляющей компании.
— Регина Львовна, извините за беспокойство. Вы случайно не слышали, действительно ли у Зои Филипповны сейчас ремонт?