Соседка удивлённо подняла брови.
— Какой ещё ремонт, Вероничка? Она свою квартиру арендаторам сдала. У меня сестра в том же доме живёт. Сама видела, как к Зое молодые люди въезжали, парень с девушкой и кошка у них была. Это ещё в первых числах месяца случилось.
— То есть она сдала квартиру?
— Именно. Деньги за неё получает, а сама к вам переселилась. Ты прости старуху за любопытство, но мне эта история сразу не понравилась. Недавно твоего Тимура на лестнице увидела. Сидит на ступеньке, тетрадку на коленях держит, в наушниках что-то слушает.
— На лестнице?
— Представляешь? Я спросила, почему не дома уроки делает. А он говорит, что бабушка Зоя телевизор слишком громко включает. Сосредоточиться невозможно.
Вероника поблагодарила соседку и вернулась к себе.
Возле входа, на небольшой полочке под связкой ключей, она заметила сложенный вчетверо лист бумаги.
Развернула его.
Это оказалась расписка.
Почерк мужа она узнала мгновенно: крупные буквы, сильный нажим ручки, характерные наклонённые строчки.
«Я, Головин Руслан Денисович, принимаю на себя обязательство предоставить Самойловой Зое Филипповне возможность постоянного проживания по адресу… Также обязуюсь в течение одного года урегулировать вопрос её регистрации. Каких-либо претензий к Самойловой З. Ф. не имею».
Ниже стояли дата и подпись Руслана.
Рядом красовалась ещё одна подпись — его матери Лидии Аркадьевны, указанной в качестве свидетеля.
Вероника несколько секунд рассматривала документ.
Потом сфотографировала его на телефон, аккуратно сложила и вернула туда, где нашла.
После этого направилась в детскую.
Когда Тимур был совсем маленьким, они закрепили над дверью небольшую камеру видеонаблюдения, чтобы присматривать за спящим ребёнком.
Сын вырос, а устройство так и осталось на шкафу. Записи автоматически отправлялись в облачное хранилище.
Вероника открыла приложение и нашла видео двухнедельной давности.
Нужная запись обнаружилась довольно быстро.
На экране Лидия Аркадьевна разбирала детскую кровать, складывая её детали у стены.
При этом свекровь разговаривала с кем-то за пределами кадра:
— Зоя, да успокойся ты. Вероника сначала повозмущается, потом смирится. Женщина к чему угодно привыкает, если муж характер проявляет. Сейчас главное поселиться здесь, а потом ещё посмотрим, кому в этой квартире хозяйкой быть.
Раздался голос Руслана.
Спокойный, самодовольный.
— Мама, раз я сказал, что так будет, значит, так и будет.
Вероника выключила запись и закрыла ноутбук.
Она прекрасно знала одну важную деталь, которую остальные, кажется, предпочитали игнорировать.
Квартира Руслану не принадлежала.
Когда-то родители купили Веронике небольшую однокомнатную квартиру. Позднее она продала её, добавила собственные накопления и приобрела двухкомнатную.
Сделала это за полтора года до свадьбы.
Никакого брачного договора они не заключали. Тогда подобная мысль даже не приходила ей в голову.
Ведь они любили друг друга.
Ведь собирались прожить вместе всю жизнь.
Ведь были семьёй.
Вечером все собрались на кухне.
Руслан оживлённо рассказывал о работе. Один заказчик попросил изготовить деревянную сову, а он предложил вместо неё филина. Получилось, по его словам, настолько удачно, что все пришли в восторг.
Зоя Филипповна громко смеялась, восхищалась его талантом и постоянно подкладывала в тарелку добавку.
Тимур без особого аппетита ковырял вилкой ужин.
Вероника тоже ничего не говорила.
Это было её первое осознанное молчание.
Она сидела прямо, слушала и терпеливо наблюдала.
Вскоре зазвонил телефон Руслана.
Звонила Лидия Аркадьевна.
Как обычно, муж сразу включил громкую связь. Ему нравилось, когда окружающие становились свидетелями его разговоров.
— Русланчик, ну как там наша Зоечка? Хорошо устроилась? Невестка ещё не устроила тебе восстание?
— Всё нормально, мам. Я ведь говорил, что улажу этот вопрос.
— Молодец, сынок! Так и нужно. Вероника, вы меня слышите? Надеюсь, вы проявите человечность. Тётя уже немолодая, неизвестно, сколько ей осталось.
— Добрый вечер, Лидия Аркадьевна. Да, прекрасно вас слышу.
— Тогда почему ничего не отвечаете?
— Размышляю.
— Тут нечего размышлять! Настоящая семья обязана помогать родственникам.
Вероника спокойно попрощалась, поднялась из-за стола и ушла в ванную, чтобы сделать важный звонок.
Её мать, Нина Егоровна, позавчера легла в больницу.
Состояние позвоночника давно вызывало опасения. Межпозвоночная грыжа, сильные боли, необходимость хирургического вмешательства.
Операцию назначили на следующую неделю.
Врачи предупредили: после неё женщине потребуется специальный корсет, длительное восстановление и постоянная помощь.
В первые недели рядом обязательно должен находиться кто-нибудь из близких.
— Доченька, не нужно ради меня оставлять работу, — тихо говорила Нина Егоровна. — Я как-нибудь справлюсь.
— Мама, мы обе понимаем, что одна ты не справишься. Я приеду и буду рядом.