— А как же твой Руслан?
— Поверь, мамочка, для него это станет неожиданностью.
Закончив разговор, Вероника вдруг почувствовала удивительную ясность.
Все обстоятельства сложились воедино.
У неё появилась причина уехать, которую никто не посмеет назвать капризом.
И возможность наконец перестать объяснять очевидные вещи человеку, который категорически не желал их слышать.
Следующие два дня она собиралась почти незаметно.
Документы на недвижимость, паспорта, медицинские бумаги сына, школьные учебники, необходимые вещи.
Отдельно упаковала Тимурову коллекцию камней и шишек.
Связалась с администрацией школы и договорилась, чтобы мальчик до завершения четверти учился дистанционно.
Затем приобрела железнодорожные билеты.
В пятницу утром Руслан сидел за кухонным столом и завтракал.
Вероника положила перед ним напечатанный лист.
— Что это такое? — удивился муж.
— Условия дальнейшего проживания в квартире. Ты без моего согласия поселил здесь постороннего для меня человека. Более того, письменно пообещал обеспечить ему постоянное жильё. Поэтому я уезжаю вместе с Тимуром.
— Что значит уезжаешь? Куда?
— Это больше не относится к твоим решениям. Квартира принадлежит мне, потому что куплена ещё до нашего брака. Ты прекрасно об этом осведомлён. Я никого силой не выселяю, просто сама покидаю жильё. А раз вы собираетесь продолжать им пользоваться, придётся вносить ежемесячную плату. До пятого числа каждого месяца.
Руслан расхохотался.
Не усмехнулся, не нервно хмыкнул, а именно громко рассмеялся, откинувшись на спинку стула.
— Ты серьёзно сейчас? Собственному мужу решила счёт за аренду выставить?
— Совершенно серьёзно.
— Да ладно тебе, Вероника. Успокойся. Съезди, развейся. Всё равно через неделю вернёшься.
— И ещё одно. Деньги на содержание Тимура перечисляй отдельно. Это не имеет никакого отношения к плате за жильё.
— Вероника, ты вообще меня слушаешь?!
— Всего доброго, Руслан. Арендную плату жду в установленный срок. Сорок пять тысяч рублей. Желательно без задержек.
Из кухни выглянула Зоя Филипповна.
Она заметно побледнела, а губы превратились в узкую напряжённую полоску.
— Вероничка, неужели всё это из-за меня?
— Да, Зоя Филипповна, вы тоже сыграли свою роль. Но главная причина — вот этот бесхребетный человек, который пока ещё числится моим мужем.
Поезд увозил Веронику и Тимура на юг, в небольшой областной город, где находилась больница Нины Егоровны.
Мальчик с восторгом рассматривал вагон, наблюдал за проводником, разглядывал стаканы с чаем в металлических подстаканниках.
Он был по-настоящему счастлив.
Так радуются дети, которых наконец взяли в интересное путешествие, не заставляя ничего объяснять.
— Мам, а папа потом к нам приедет?
— Если решится.
— А он знает, куда мы отправились?
— Нет, сынок.
— А почему ты ему не сказала?
— Потому что он даже не поинтересовался.
Операция у Нины Егоровны оказалась непростой, однако хирурги справились успешно.
После неё начался долгий и тяжёлый период восстановления.
Вероника потом вспоминала эти недели практически по часам.
Подъём в пять утра. Лекарства и уколы. Необходимость каждые два часа помогать матери переворачиваться. Гигиенические процедуры, медицинский корсет, упражнения.
А затем — первые осторожные шаги по больничному коридору.
Нина Егоровна крепко держалась за локоть дочери и вслух считала каждый шаг, стараясь справиться со страхом.
Одновременно Вероника занималась учёбой Тимура.
По вечерам проверяла его задания, а ночами составляла инженерные отчёты, обрабатывала показания датчиков и выполняла необходимые расчёты.
Удалённую работу она не бросила.
Более того, появилась дополнительная подработка.
Один предприниматель попросил обследовать недавно построенный склад, на стенах которого неожиданно начали появляться трещины.
Вероника взялась и за этот заказ.
Она заметно похудела, привыкла обходиться шестью часами сна и научилась завтракать буквально на ходу.
Но за всё время ни разу не набрала номер Руслана первой.
Самоуверенности Руслана хватило ровно до пятого числа.
Поначалу он даже наслаждался происходящим.
В мастерской, стараясь перекричать шум шлифовального станка, он хвастался приятелям:
— Представляете, жена сама собрала вещи и ушла! Из собственной квартиры! Решила характер продемонстрировать. Ну и пусть демонстрирует. Мне только лучше: никто рядом не ворчит, тишина и спокойствие.
— А куда она подалась? — спросил один из знакомых.
— Да к какой-нибудь подружке. Хотя… — Руслан многозначительно усмехнулся. — Может, совсем не к подружке. Я ведь женщин прекрасно знаю.
Пятого числа деньги он не перевёл.
Десятого — тоже.
Зато написал жене сообщение:
«Я живу у себя дома. Хочешь арендную плату — сама себе и перечисляй».
Ответ Вероники состоял из единственного слова:
«Хорошо».
Спустя некоторое время почтальон доставил заказное письмо с уведомлением.
Текст был исключительно официальным.