Рассказ Дарьи Корольковой о том, как она выходила замуж

Когда я только выходила замуж, мама мне сказала:

«Родительский дом — твой дом. Но я хочу, чтобы ты знала: вернуться сюда с вещами ты сможешь один раз. Вы будете ссориться, ругаться, может быть — серьезно и сильно. Но вернуться «к маме» ты сможешь один раз — насовсем. Бегать туда-сюда — не вариант. Поэтому всякий раз, когда тебе захочется завопить «Я от тебя ухожу» — помни: ты уходишь насовсем. Если ты к этому не готова — ты не готова к браку. Тогда это звучало жестко, но спустя годы я могу сказать, что это очень правильный совет. Нельзя поддаваться соблазну сбежать. Проблему надо решать с тем, с кем она возникла, то есть с мужем.

Второй момент: проблему надо РЕШАТЬ. То есть говорить, обсуждать, аргументировать. Но ни в коем случае не додумывать за партнера. «Ты так на меня посмотрел, что я сразу все поняла» — нет, так нельзя. Только разговорами, иногда долгими и тяжелыми, но все проговаривать, не надеясь, что партнер «сам должен понимать» или «ну это же очевидно». Говорить, что именно не понравилось, что вызвало раздражение, как можно было поступить иначе, чем недоволен партнер — конкретно, по пунктам, и по каждому пункту — как это можно улучшить или исправить. Не пытаться угадать, не применять к себе опыт подружки, сценарии из фильмов или еще какую лабуду. Только говорить и
слушать. Второе важнее.

Третий момент: мы равны во всем, и в каждой ситуации мы обсуждаем свои действия как равнозначные партнеры.

Четвертое: нет мужских и женских сфер ответственности. Нет мужских и женских обязанностей. Кто в силах, кому важно — тот и делает. В приоритете — качество. То есть кто лучше моет посуду — тот и моет кто лучше гладит — тот гладит, кто лучше зарабатывает деньги — то зарабатывает деньги.

Пятое: не выносить сор из избы. Звучит старорежимно, но работает. До тех пор, пока не принято решение «мы расстаемся, разводимся, разъезжаемся» — все проблемы остаются дома. Ни маме. ни подруге, ни, боже упаси, соцсеточкам (благо, 17 лет назад их не было). Никогда и никому не говорить «мой муж мудак», даже если в текущий момент ты так думаешь. Потому что ты остынешь, вы помиритесь, а окружение будет думать, что он мудак (если оно на твоей стороне) или что ты живешь с мудаком (если они типа объективные), или что ты оболгала святого человека (если они на его стороне). Никогда никому нигде на мужа не жаловаться. Ну, кроме доктора, если до того дошло.

Шестое. Деньги в семье общие. Все. Совсем все. Неважно, кто их заработал. Они семейные. Крупные траты согласовываются, мелкие — по усмотрению сторон. Но никто и никогда не может сказать «денег не дам» или спросить «куда деньги дел». Я не беру здесь ситуацию, когда у одного из партнеров зависимость, на которую он готов потратить все, это патология, она вне дискурса. Во всех остальных ситуациях деньги всегда общие.

Седьмое. Все конфликтные, спорные ситуации выясняются на месте. Сразу. Без пережевывания, обдумывания неделями, накапливания. Как стало некомфортно, обидно, ревниво, одиноко, недооцененно — открой рот и скажи.

Восьмое. Не манипулировать. Никогда не делать ничего в расчете на. Не выступать напоказ. Не плести интриг. «догадайся, что я хочу на ДР» — нет, никогда. Прямота, искренность, «Подари мне букет из 13 гвоздик завтра». «Я хочу в подарок новый пиджак и кошелек». Чем проще — тем лучше. «Я поеду бухать к подруге, вернусь под утро». «У меня корпоратив, буду петь в караоке, возможно, заночую у Васи». Без хитростей, без уловок, без загадки.

Девятое, вытекающее из восьмого. Доверять. Если я болею, я знаю, что могу попросить тазик, в который буду блевать. И буду обтирать потеющее тело больного мужа, если это нужно. Я не скрою, если мне, не дай бог, придется удалить матку. Или со мной случится рак, боже сохрани. И если с ним что-то такое не дай боже случится. Мы вместе и в радости. и в горе. Он знает, что я брею ноги, а я знаю, где у него прыщи.

Ну и десятое, для ровного счета. Всегда знать и помнить, что завтра все может измениться. Никогда не полагаться на человека полностью, не поручать ему свою жизнь. Всегда думать, что ты будешь делать, если завтра его не станет. Всегда помнить, что тебя завтра может не стать. Неважно, по каким причинам: кирпич на голову, болезнь, другой человек, внезапная эмиграция, не имеет значения. Ты в любую секунду можешь остаться одна, и ты должна строить жизнь так, чтобы кроме партнера в ней что-то было. Не терять друзей, не замыкаться на супруга, не зависеть финансово, не делегировать ничего полностью. Всегда помнить, что ты — сама по себе человек, который по доброй воле живет с этим человеком в браке. А он сам по себе человек, который живет в браке с тобой не менее добровольно.

Источник  happy-day.org

История о Катрин Гонджини, от которой в 60 лет ушёл муж

Катрин Гонджини, которая решила не размениваться

Всю свою жизнь Катрин Гонджини проработала фармацевтом в маленькой аптеке на Фарерских островах, затерянных в Атлантическом океане где-то между Исландией и Шотландией.

Ей было 60 лет, когда от нее ушел муж. После тридцати лет брака он решил, что их отношения себя исчерпали. Взрослые дети давно завели свои семьи и разъехались. Так Катрин оказалась в ситуации, которой боится, наверное, каждая женщина за пятьдесят. Она внезапно осталась совсем одна в пустом доме.

После ухода мужа у Катрин были все шансы провести остаток жизни, жалуясь на судьбу, лелея свое несчастье и жалея себя. Многие вообще-то так и поступают. Только Катрин поняла, что ничего хорошего из такой стратегии не выйдет. Лучше — действовать.

Первым делом Катрин продала семейный дом. И взамен купила себе маленькую, но удобную квартирку. А разницу в деньгах потратила на то, чтобы начать собственный бизнес. В 60 лет Катрин Гонджини уволилась из аптеки и открыла магазин модной одежды. Ей всегда хотелось заниматься дизайном и искусством, и небольшой магазин дизайнерской одежды показался Катрин неплохим компромиссом.

Вот только ничего хорошего из этого не вышло.

Хм… — подумала Катрин после нескольких лет безуспешных попыток заставить магазин приносить прибыль. — Может быть, компромисс и не такая хорошая идея, как кажется? Да и есть ли вообще время на компомиссы после 60-ти? Если я хочу заниматься искусством, значит нужно заниматься искусством, а не компромиссы искать.

В 66 лет Катрин Гонджини решила, что компромиссы ее больше не устраивают. Через интернет она нашла школу современных искусств. Школа находилась в Барселоне, испанского Катрин не знала. Но занятия в школе проводились на английском. А об остальном Катрин решила не думать.

Она пересчитала оставшиеся после затеи с магазином деньги — если не шиковать, на оплату обучения и на год жизни в Испании должно хватить. Потом распрощалась с магазином, детьми и внуками, купила билет на самолет и полетела через всю Европу с севера на юг.

Специальность, которую она выбрала в школе, называется мультимедийные формы искусства. В этом жанре произведение искусства создается с помощью самых разных современных выразительных средств: фото, видео, аудио, компьютерной графики… Это по сути самый новый, самый современный и только формирующийся вид искусства. И очень сложный — поскольку для того, чтобы им заниматься, надо в дополнение к артистическим способностям владеть современной компьютерной фото- и аудио- техникой и дизайнерскими программами.

Так в 66 лет у Катрин началась золотая студенческая жизнь. Она сняла квартирку — вскладчину с другими студентами, чтобы не тратить лишних денег. Стала ходить на семинары и лекции. Ее одногруппникам было по 18 — 20 лет, но Катрин совершенно не беспокоила разница в возрасте — она уверяет, что опыт (пусть и не самый удачный) управления магазином модной одежды научил ее прекрасно ладить с молодыми людьми.

Было ли ей плохо одной, в чужой стране, без знания языка? Ни дня!

«В Барселоне я никогда не чувствовала себя одиноко — столько впечатлений, столько всего надо увидеть! — рассказывает она. — За время обучения я сменила четыре съемных квартиры, и всякий раз мне очень везло, я попадала в квартиры с хорошими ребятами».

Новые впечатления, новые друзья, новая профессия, — Катрин Гонджини считает, что возраст после пятидесяти просто предназначен для того, чтобы жить в свое удовольствие.

«После пятидесяти жизнь становится намного лучше, — говорит она. — Потому что у вас больше нет всей той ответственности, которая давила на вас прежде. Для меня нынешнее время — одно сплошное развлечение. Я свободна делать все, что хочу».

После окончания обучения в Барселоне Катрин Гонджини решила на лето вернуться на Фарерские острова. «Что-то деньги кончились, надо подзаработать, — поясняет она. — Я уже договорилась, что поработаю несколько месяцев фармацевтом. Заработаю за лето, вернусь в Барселону и серьезно займусь испанским языком. Нужно подтянуть испанский перед Мексикой. Собираюсь поехать туда после обучения, у меня в Мексике есть друзья, художники. Будем вместе заниматься творчеством!».

(Из книги «Хорошо за пятьдесят»)

Источник  lifedeeper.ru

История о том, как один муж сделал «паузу» в отношениях

— Я устал от тебя, я устал от семьи, я хочу пожить отдельно, разобраться в себе, — муж хлестал меня этими словами наотмашь, — мне с тобой стало скучно, я так давно не был один, я беру тайм-аут.

Мы прожили в браке 10 лет, нам обоим по 35. Нашему маленькому сыну всего лишь 3 года. 6 долгих лет мы пытались завести ребенка. Проверялись, лечились, пробовали, ловили благоприятные дни.

Когда тест показал две заветные полоски, муж рыдал от счастья, стоя на коленях. Когда меня выписывали из роддома, в спальне не было свободного места от цветов.

И вот теперь он устал. Муж деловито собирал свои вещи, оставив только зимнее, кидал их в сумки, не замечая ребенка, что льнул к его ногам, изредка, делая перерыв, чтобы «накатить» коньяка на кухне.

Видимо спиртное ему добавляло храбрости и уверенности. Он ушел. Я осталась. Мы жили в моей наследственной квартире, поэтому хотя бы из дома меня никто не выгонит.

— Он наверняка кого-то себе нашел, — уверяла меня подруга Нина, — устал он, кобелина, тяжело с ребенком ему, бедному. Все мужики такие, не будь дурой, не жди, иди и подавай на алименты. Можно даже до развода, на что ты жить будешь, пока твой муженек будет отдыхать и жизнь обдумывать!

Да, жить было не на что. С работы, по настоянию супруга, я уволилась, когда ребенку было полтора года:

— Мы так долго ждали сына, — сказал мне тогда Денис, — не место ему в садиках. Сиди и воспитывай ребенка. Я вполне вас обоих прокормлю.

Я сидела с ребенком, жила интересами мужа и сына, самоотверженно создавала уют, разделяя все устремления своего мужчины.

Зарабатывал он достаточно, денег на хозяйство и мои нужды давал, не спрашивая отчета. Так что через неделю после ухода мужа я пошла в суд, чтобы подать на алименты, а дома лихорадочно искала вакансию.

Мне повезло, на моей бывшей работе как раз ушла на пенсию моя коллега, выходи хоть завтра, вопрос только в том, что места в садике не было, я же не вставала на очередь.

Моя мама предложила свою помощь в качестве няни.

— Будешь приводить внука к нам, — сказала мама, — да, мне тяжеловато будет на 7-м десятке с твоим шустриком, но что же теперь поделать! Только подкидывай деньжат немного, чтобы я продукты ему покупала.

Это было разумно и справедливо. Пенсия у мамы маленькая, на первое время я заняла денег у той же подруги: надо было и нам с сыном кушать, и ездить на работу и с работы.

Муж не позвонил ни разу. Не узнал, а есть ли, что кушать сыну, мне, есть ли, чем оплатить коммуналку хотя бы за тот месяц, когда он еще жил с нами. Ничего, тишина.

Я все увидела сама. Наш тайм-аут в отношениях выглядел миловидной брюнеткой лет 25-ти, стройной и высокой. Мой муж сидел с ней на открытой веранде кафе недалеко от моей работы, вероятно он даже не подумал, что я смогу однажды там снова оказаться. Я просто сняла сладкую парочку на камеру мобильника и пошла своей дорогой.

Моя жизнь стала налаживаться. И знаете, я вдруг поняла, что без него мне лучше. Спокойнее и чище стало в доме, не надо было покупать и готовить еду, которую он любил, а я терпеть не могла. Никто не разбрасывал вещи по квартире и не оставлял после себя грязную ванну.

А еще я поняла, что я другая. Совершенно не та, что была в браке. Что, оказывается, я люблю больше хоккей, чем футбол. Что духи, которые стоят на моем туалетном столике, которые так нравились мужу, мне просто отвратительны.

Что я ненавижу свой цвет волос, уныло каштановый, на котором настаивал муж. Что мне идет короткая стрижка, а не длинные волосы. Что кроссовки великолепно сочетаются с платьем, а помада нюдового оттенка — это абсолютно не мое.

Неужели все эти 10 лет я растворялась в своем муже, перестав быть самой собой?

Я стала возвращать себе себя по кусочку, по капельке. Начав зарабатывать, через три месяца я получила повышение и прибавку к зарплате. Сменила ненавистные платья на джинсы и деловые брючные костюмы.

Перекрасила во всей квартире стены в совсем другие цвета, те, которые нравились лично мне. И подала на развод. С момента своего ухода, а прошло 8 месяцев, муж не позвонил ни разу.

А за 2 дня до суда он явился. С цветами и фруктами.

— Я подумал, разобрался в себе, я не против вернуться, — заявил мне муж, — о, какой у нас нелепый цвет стен в прихожке. И зачем ты обрезала волосы, тебе так не идет.

— Я тоже разобралась в себе, — ответила я супругу. Этот нелепый цвет — мой самый любимый. Прическа меня устраивает, а как зовут наш с тобой «тайм-аут»? Она дала тебе отставку?

Я показала мужу фото на телефоне.

— Я не хочу, чтобы ты возвращался. Я тоже подумала и поняла: мне лучше без тебя.

Муж начал говорить, что я эгоистка, что я не думаю о сыне, который остается без отца. Что я никому не нужна почти в сорокет, да еще и с ребенком.

— О сыне я думала все эти 8 месяцев, которые его папа разбирался в себе. Я думала о том, чем накормить ребенка, с кем его оставить в мои рабочие часы. И да, я эгоистка, это, оказывается, так приятно. А на счет того, что я никому не нужна в сорокет, ты не прав. Я нужна. Очень нужна самой себе. Меня у себя так долго не было.

Я закрыла дверь за бывшим мужем. Я ни о чем не жалею. И я буду настаивать на разводе. В отношениях не бывает тай-аутов, если они, эти самые отношения, настоящие.

Источник   lamp.im

История из жизни: Полиция и врачи отказались помогать бабушке в беде

78-летняя Нелла Степановна Чевитаева летела из Узбекистана в Белоруссию к сыну через Москву — 16 декабря ее самолет приземлился в аэропорту «Домодедово». Женщина была серьезно избита при таинственных обстоятельствах, почти через неделю ее нашли волонтеры, она была почти при смерти.

«Комсомольская правда» узнала о том, как пожилой человек несколько раз просила помощь в полиции и больнице, но никто не попытался помочь ей, выяснить ее судьбу и найти родственников.

Старикам здесь не место

«В ночь с 19 на 20 декабря на горячую линию отряда «Лиза Алерт» поступил звонок от жителя подмосковного города Домодедово Марата. — Рассказывает координатор отряда Татьяна Александрова.

— Во дворе своего дома он обнаружил старенькую бабушку, которая не могла назвать своего адреса, ничего не понимала, а на лице ее были жуткие синяки. Он не знал, что делать и очень просил помощи. Дело в том, что полиция выезжать на место обнаружения старушки не спешила. В подъезд ее завели местные жители, чтобы погреться».

«В отделении выяснилось, что наша бабуля уже попадала сюда. Оказывается, еще 4 дня назад сотрудники полиции обнаружили ее всю избитую на трассе, недалеко от аэропорта. После этого она еще несколько раз поступала то в приемное отделение больницы, откуда просто уходила, то в полицию.

При этом явно, что бабуля была не в себе и нуждалась в помощи, и психиатрической в первую очередь. Все считали ее бомжихой. Я же видела, что бабушка совсем не похожа на бездомную, но меня никто не хотел слушать и убеждали в обратном», — рассказала шокированная девушка.

Проснулась в канаве

«Пока мы ждали «Скорую», я попыталась пообщаться с бабушкой. Выяснила, что ее зовут Нелла Степановна, и она считает, что находится в городе Бухара. Документов при себе не имеет. Также она вспомнила имена кое-каких родственников. А еще все время повторяла: «Они меня сбили с ног. Было уже темно. Меня били по голове, и я ничего не помню. Очнулась от жуткого холода в канаве с водой и смогла выбраться. Меня нашли люди и вызвали скорую», — поделилась неравнодушная волонтерка.

«Мы списались с родственниками. В Москву тут же приехал внук Неллы Степановны, а после и сын. Мужчины обратились в посольство Узбекистана, чтобы получить хоть какие-нибудь документы старушке на выезд. Но везде сплошная бюрократия. Проверку по факту побоев тоже начали только после того, как сын написал соответствующее заявление».

Волонтеры опасаются, что виновные не будут найдены и справедливость не восторжествует.

Источник 101mirchudes.ru

Великие истории любви

На рубеже 1950-х судьба свела двух звезд: знаменитого шансоньн Ив Монтана и блистательную актрису Симону Синьоре. В их жизнь вошла самая большая любовь. Симона была замужем за режиссером Ивом Аллегре и долго не решалась с ним расстаться, тем более, что у них росла дочь. Но однажды Симона все-таки собрала вещи и переехала к нему, а «иначе, — как сказал Монтан, — все это ни к чему, и звонить незачем». Ив и Симона поженились в 1951 в Сен-Поль-де-Вансе.

Ив и Симона создали не только творческий союз, но и семейный. Через год Симона родила дочь Катрин. Судьба благоволила к Синьоре: карьера взлетела вверх со скоростью звука, рядом был внимательный и любящий муж и маленькая дочь. Один из лучших особняков в Париже, наряды от известных кутюрье. Что еще может желать женщина? Но пути Господни неисповедимы…

Незадолго до смерти Синьоре призналась своей подруге: «Если бы ты знала, как я люблю его, этого парня… Жизнь без него — пустота». Они прожили с Монтаном почти как в русских сказках «тридцать лет и три года».

После её кончины он не «затосковал навеки», как пишут в дамских романах, и не оставил своей карьеры. Напротив, продолжал петь своим проникновенным голосом о Париже, снимался в кино, заводил мимолетные романы и даже стал отцом в 67 лет: молоденькая секретарша Кароль Амьель родила ему сына Валентина, в котором он до последнего часа не чаял души. И всё-таки… Однажды кто-то из журналистов задал вопрос: «Что в вашей жизни не сбылось?» — «Я хотел умереть раньше Симоны», — не задумываясь, ответил Монтан. И попытался спрятать в беспомощной улыбке свои слёзы.

5 августа 1962 года Симона Синьоре обедала в ресторане со своими друзьями из съёмочной группы фильма «День и час», когда к ней подошёл гарсон и произнёс: «Извините, мадам, вас к телефону». Странно, звонка в такое время она ни от кого не ждала. Подняв телефонную трубку, не сразу узнала убитый голос своего мужа. «Сегодня умерла Мэрилин Монро», — на том конце провода повисло напряжённое молчание. Симона понимала, что вряд ли чем-то сможет утешить его в эту минуту, но всё-таки нашла в себе силы спокойно произнести: «Если бы она только знала, как мало я её ненавидела».

Вернувшись за столик, она заказала себе большую порцию виски. Кто-то из друзей попытался пошутить: «Не рановато ли для выпивки?» Но она уже ничего не слышала. Она пыталась вспомнить, когда в её жизни впервые появилась ЭТА женщина. И не смогла. Зато Симона так ясно вспомнила свою первую встречу с Ивом Монтаном, как будто это было вчера. Пройдут годы, и в своих мемуарах она напишет: «Это было 19 августа 1949 года в Сент-Поль-де-Ванс, в кафе «Коломб д’Ор», в половине девятого», и не ошибётся ни на минуту…

Мадонна с голубями
Они встретились, когда обоим было уже за 30. У неё за плечами были успешные роли в кино и брак с режиссёром Ивом Аллегре.

У него — головокружительный роман с «французским воробышком» Эдит Пиаф и слава популярного шансонье из «Мулен Руж».

Но однажды судьба буквально толкнула их навстречу друг другу. «Посреди двора, окружённая легкокрылыми голубями, стоит молодая женщина, — напишет потом Монтан. — У неё необычайно светлые волосы. Она улыбается точь-в-точь, как улыбаются девушки на старинных картинах итальянских мастеров. Я знаю, что её зовут Симона Синьоре; я никогда не видел картин, в которых она снималась; я не знаком с ней, но я знаю, что сейчас подойду к ней, стараясь не вспугнуть голубей, и скажу две-три фразы — просто так, всё равно какие две-три фразы, чтобы она повернулась ко мне. Это был счастливый день. И всякий раз, когда я вспоминаю его, передо мной возникают светлые волосы, блики солнца, голуби и Симона в то самое мгновение, когда она взглянула на меня и поняла, что я иду к ней»

Я встретил двух замечательных женщин: Эдит Пиаф, которая вывела меня на французскую эстраду, и Симону, значение которой в моей жизни трудно переоценить

Любовь вспыхнула между ними как сухой порох, к которому поднесли спичку. Четыре дня напролёт они гуляли по городу, сидели в маленьких бистро за бокалом лёгкого белого вина и не могли наговориться, как будто были знакомы всю жизнь. На пятый день Монтан сделал ей предложение. «Сердце мое разрывалось на части. Надо было особенно сильно любить, чтобы ринуться в это удивительное путешествие», — вспоминала Симона. И она решилась: в один день объяснилась с мужем и, забрав маленькую дочку Катрин, переехала в квартиру Монтана на площади Дофин.

«Динамит на сцене»
Семейная жизнь напоминала сказку. Симона буквально растворилась в любимом муже: чтобы быть всё время рядом, она решила оставить кино, чтобы у её Иво всегда был вкусный обед и чистая накрахмаленная рубашка. Всё свободное время она проводила за кулисами сцены, на которой выступал Ив. Она пристрастилась к вязанию, и шею Ива Монтана на гастролях всегда укутывал красивый шарф, связанный её заботливыми руками.

По иронии судьбы Монтан не только был тёзкой первого мужа Синьоре (того тоже звали Ив), но даже родился с ним в один день. На этом сходство между ними заканчивалось. За страстный темперамент и вспыльчивый характер Монтан получил прозвище «динамит на сцене». Он происходил из бедной итальянской семьи, в которой было принято громко выяснять отношения. Даже псевдоним «Монтан» он взял себе в память о детстве в далёкой деревушке Монсуммано, когда мать звала его из окна: «Ivo monta!», что по-итальянски означало «Иво, поднимайся!»

Популярность Монтана росла с каждым днём. Талантом молодого шансонье восхищались такие мировые знаменитости, как Марлен Дитрих, Ингрид Бергман, Фрэнк Синатра. Рецензии в газетах пестрели восторженными отзывами: «Когда поёт Монтан, чувствуешь, как стучит его сердце». Громко стучало и сердце Симоны, всегда сидевшей на его концертах в восьмом ряду.

Перед концертом я всегда снимал обручальное кольцо, но сознание того, что Симона в зале, было высшим счастьем, которое поддерживало меня

В одном из интервью Симона Синьоре как-то призналась: «В Париже Монтан был Монтаном, я была я, и мы были мужем и женой. В Москве я была женой Монтана, в Нью-Йорке перед первым концертом к нему относились только как к мужу известной актрисы. А нам очень нравилось любить друг друга, что мы и делали…»

Бульвар Сансет
Гром грянул, когда Симону Синьоре выдвинули на премию «Оскар» вместе с Элизабет Тейлор, Кэтрин Хепбёрн и Одри Хепбёрн. Победила Симона. Она была счастлива! На церемонии вручения пел Ив, не отрывая от жены влюблённых глаз, мировые знаменитости аплодировали ей, и шампанское лилось рекой. И лишь одна пара глаз из зрительного зала наблюдала за происходящим с завистью и тоской. Это была Мэрилин Монро. «У неё и «Оскар», и Ив. Она умная. У неё всё. А я?!» — напишет Мэрилин в своём дневнике. И начнёт действовать. Эта женщина всегда добивалась того, чего хотела. Сначала обе супружеские пары, Ив с Симоной и Мэрилин с Артуром Миллером, «случайно» поселятся рядом, в бунгало номер 20 и 21 на знаменитом бульваре Сансет. Подписав контракт на участие в фильме «Давай займемся любовью», Монро поставила жёсткое условие: «Своим партнёром я хочу видеть только Монтана!»

После моего второго мужа Джо Ди Маджио Ив Монтан, наряду с Марлоном Брандо, является самым привлекательным мужчиной из всех, кого я встречала

Продюсеры не возражали, Монтан был польщён таким вниманием, а наивная Симона только радовалась перспективам, которые сулила мужу эта роль… Когда Монро впервые «по-соседски» зашла к Монтанам, чтобы обсудить сценарий, она весь вечер промолчала, улыбаясь своей фирменной «детской» улыбкой, и не сводила с Ива глаз. Вскоре эти ночные посиделки вошли в привычку, а ещё через некоторое время Симона улетела в Италию на съёмки. По делам в Нью-Йорк уехал и Артур Миллер. Мэрилин и Ив остались вдвоём.

Мужчина может иметь два, от силы три любовных романа на стороне, пока он женат. Больше — это уже обман

Любовники не скрывали своих эмоций, и уже через несколько дней гостиничный персонал был в курсе происходящего. А когда не вовремя вернувшийся Миллер застал парочку прямо в постели, роман получил огласку. Откровенные фото и скандальные заголовки газет очень быстро долетели через океан к Синьоре. Сказать, что для неё это известие стало шоком, — значит, не сказать ничего… Да, Ив Монтан найдёт в себе силы расстаться с Монро и вернуться в Париж, но спустя много лет он откровенно напишет: «И всё же это было прекрасно, и это было безысходно. Ни разу, ни на один миг не возникало у меня желания порвать с женой. Но если бы Симона хлопнула дверью, я бы скончался»

Когда сердце разбито
Она не хлопнула дверью и даже не выставила за порог его чемодан. Она просто перебила в доме всю посуду, вспомнила все самые грязные французские ругательства, которые только знала, и… замолчала, закрывшись в спальне с бутылкой виски. «Это было ужасно, — вспоминал позже Монтан. — Потом всё улеглось. Но только внешне. Я видел, что она разбита, глубоко опечалена сознанием того, что десять потрясающих лет, которые мы прожили вместе, оказались омрачены. Я раскаивался»… Конечно, она простила его, ведь «не отрекаются любя».

И до конца своих дней больше никогда не возвращалась к этой теме. На нескромные просьбы журналистов прокомментировать измену мужа всегда отвечала с горькой усмешкой: «А что бы вы стали делать, окажись с вами рядом Мэрилин Монро?»

Говорят, время лечит, но даже оно не в силах излечить, когда разбито сердце… Симона по-прежнему отчаянно любила своего Иво, вязала ему тёплые шарфы и пуловеры, поддерживала во всём, но что-то внутри неё сломалось. Безвозвратно. Она долго старалась держать себя в форме, продолжала сниматься в кино, занималась общественной деятельностью, но делала все это скорее по инерции, через силу. И, в отличие от мужчин, алкоголь не подводил её ни разу. Постепенно от прежней Симоны Синьоре не осталось почти ничего. Из зеркала на неё глядела чудовищно располневшая женщина с потерянным лицом и печальными глазами.

Женщины с годами стареют, а мужчины — мужают. В этом — разница.

В последние годы Синьоре часто болела. Она практически ослепла от прогрессирующей катаракты. Ив заботился о ней и постоянно повторял, что хочет умереть раньше нее. Но судьба решила по-другому… Симона скончалась 30 сентября 1985 года в местечке Отёй-Антуй в Нормандии. Симоне Синьоре было 64 года.

Ив Монтан умер 9 ноября 1991 года. Во время съёмок своей последней картины «IP5: Остров толстокожих» он несколько раз заходил в ледяное озеро. Последовавшее воспаление лёгких свело артиста в могилу. Ему было 70 лет.

На старинном парижском кладбище Пер-Лашез есть место, дорогое сердцу каждого француза: могила Ива Монтана и Симоны Синьоре. Здесь часто можно увидеть юных влюблённых, замерших в почтительном молчании перед местом упокоения легендарной пары французского кино. Пары, олицетворявшей ту самую «вечную любовь», о которой однажды на весь мир навзрыд пропел Шарль Азнавур…

Наталья Туровская

Источник  nesnilos.com

Спасение: женщина забрала к себе очень больного котенка

Это сейчас все, кто видят Банни, восхищаются ее лощеным видом, довольной сытой мордочкой и ухоженной шерстью, а почти год назад к ней никто даже не хотел подходить.

Почти облысевший 5-недельный котенок попал с улицы в городской приют Лас-Вегаса и его никто не хотел к себе брать и лечить. Котенку оставалась жить максимум неделя, а потом его бы усыпили.

Но ему повезло, когда его заметила Никки Мартинез, частный спасатель кошек, которая пришла в приют, чтобы посмотреть на новых животных. Она сразу же заметила сидевшего в клетке худого полулысого котенка, который поймал ее взгляд и мяукнул в ответ. Он словно говорил «Спаси меня, я хочу жить!».

Никки решила дать котенку второй шанс. Она назвала его Банни и повезла к ветеринару, где выяснилось, что у малышки грибковая инфекция — стригущий лишай и поэтому она облысела. Врач прописал котенку противогрибковые таблетки, но уже спустя несколько дней стало ясно, что они почему-то не действуют.

Более того, из-за них у котенка наоборот ухудшилось самочувствие и Никки решила пока спасать котенка другими средствами. В первую очередь надо было стабилизировать его вес, котенок был очень худым.

«В первые дни она была такой слабой, что муж регулярно смотрел ее и докладывал мне, жива ли она еще», — рассказывает Никки Мартинез, — «К тому же у нее был очень плохой аппетит, она почти ничего не ела и пришлось сначала давать ей жидкие питательные добавки с помощью шприца. Только после этого она начала потихоньку есть влажный корм».

Каждый день для Банни был равен подвигу. Котенок оказался сильным и сражался за свое выживание.

Спустя два месяца Банни поправилась почти на килограмм, грибок был побежден и у нее потихоньку начала отрастать шерсть.

Когда Банни полностью поправилась, для Никки настал тяжелый день расставания.

Котенку подыскали любящую семью, которая продолжила давать ей лекарства. Вскоре Банни начала превращаться в очень красивую кошку с неожиданно мягкой пушистой шерстью.

Сейчас она уже взрослая крепкая кошка, очень ласковая, но с сильным характером.

Никки не устает гордиться ею и своей работой.

Источник popularnoe.net

О любимцах: семья решила избавиться от здоровой молодой кошки

Кто хоть раз видел, как плачут животные, которых предают хозяева, не останется равнодушным к этой истории…

6 февраля в ветеринарную клинику люди принесли абсолютно здоровую четырехлетнюю кошку. Нет, они не хотели почистить ей ушки или стерилизовать. У хозяев была другая цель — усыпить животное.


Мотивировали они свой поступок очень просто — мол, у кого-то из семьи появилась аллергия. Ошеломленные врачи наотрез отказались усыплять мурлыку, а хозяйка бросила кошку прямо в ветклинике и убежала, тем самым «решив» проблему.

Конечно, для питомица нашлась передержка — ее забрала женщина по имени Валентина и поселила у себя, надеясь подыскать животному заботливых хозяев. Вот только кошка не понимала, что случилось. Она не понимала, что ее предали, что никогда не любили, раз принесли усыплять. Не понимала она и того, за что с ней так поступили. Из кошачьих глаз градом текли слезы…

Убитая горем кошка искренне скучала за теми, кого любила. Плакала она как-то по-особенному, словно человек оплакивает потерю близкого родственника.

Зовут бедняжку Шила. Она боится собак и не идет на контакт с другими котами. О кошке мало что известно, кроме того, что ее уже несколько раз сводили. Кстати, прежние владельцы уже пытались избавиться от мурлыки. Они выбрасывали ее на улицу, оправдываясь перед людьми и говоря, что она сама сбежала. Но домашняя кошка панически боится улицы и шума!

Шиле нужен шанс и добрый человек, который ее полюбит. Она умеет быть ласковой и преданной, просто малышке требуется какое-то время, чтобы опомниться от предательства тех, кого она любила.

Кошку передадут в добрые руки только после обязательной стерилизации, чтобы ее вновь не использовали для разведения котят.

Источник popularnoe.net

История об одном брошенном ребёнке

Он лежал и плакал на кровати в комнате детдома. Ему, маленькому четырехлетнему Сашке, было страшно. Он не понимал, куда пропали его мама и папа. Маленькое сердечко сжималось от боли, всхлипывая, Сашка звал: «Мамочка, мамочка…!» Но никто не приходил, все дети спали, а воспитателям не было дело до слез очередного брошенного ребенка.

Сашку произвела на свет какая-то наркоманка, бросив его тут же в роддоме. Спустя полгода его усыновила благополучная семья, в которой он прожил три с половиной года.

Он ничего этого не знал, в детской памяти не сохранились воспоминания первых месяцев жизни. Все считали, что малышу очень повезло, так как сразу нашлись родители, и он не успел своим малюсеньким умом осознать, что его бросили.

Три с половиной года Сашка жил в семье, где мама и папа любили его… Потом, случилось неожиданное счастье – мама Света сказала, что у него появится братик или сестричка. Сашка был рад, хотя даже не понимал чему. С этого дня все изменилось. Он стал чувствовать, что маме он не нужен, а папу, вообще раздражает. Малыш изо всех сил старался сделать приятно своей мамочке, обнимал ее, залазил на колени, но Света стала отстранятся от ребенка.

Сергей, муж Светы, всегда был против усыновления. Он не понимал, как можно испытывать любовь к существу, который не имеет отношения к нему. Но жена была в таком отчаянии, что не могла родить ему ребенка. И в конце концов он поддался на уговоры. «Я надеюсь, что все сложится хорошо,» — сказал он. Надеюсь…

Как страшно, что судьба маленького человечка зависела от оправдания надежды. Все складывалось вполне хорошо. Сашка рос обычным ребенком, который доставляет родителям и радости и хлопоты. Сергей даже привязался к нему, хотя в глубине души так и не признал. Всего лишь надежда — это иногда так много, и так мало, когда на карту поставлена судьба человечка.

Шли годы. И тут, — Светлана забеременела! Чудо! Воистину промысел Божий! Как же тогда он был счастлив, ведь случилось это вопреки всем диагнозам и прогнозам врачей. Никто из них в тот момент не понял главного — этот дар им был дан исключительно из-за Сашки.

А Сашка стал лишним, ненужным. Папа перестал с ним играть и вообще обращать на него внимание, мама всегда думала о чем-то своем. Его кормили, выгуливали как собачку, а дома говорили – «место!» Он стал плакать и писаться по ночам, это безумно раздражало папу, он даже отшлепал Сашку.

Боль. Первый раз столкнувшись с болью, малыш даже не понимал, почему все изменилось. Почему папа не любит его, а только кричит, а мама не обращает на него внимание. Как можно было понять этой маленькой невинной душе – что она чужая, что так и не стала родной этим двум взрослым людям.

Сергей стал заводить разговор о том, что Сашку нужно вернуть в детдом. Он приводил десятки аргументов, но главный из них был тот, что у них появится свой, родной, желанный. Светлана не спорила с мужем, любя дитя, растущее у нее под сердцем, она понимала, что никогда не будет любить так чужого ребенка. Увы, только сейчас…

Решение было принято, родители подали документы в суд об отказе от опеки Сашки. Надежды Сергея не оправдались…

Ничего не понимая, малыш сидел на стуле в странном доме, куда его привели, за закрытой дверью шел суд. Суд, на котором мама и папа отказывались от него. Он озирался вокруг, замечал сочувствующие взгляды, и сжавшись в комочек, глазенками полными слез смотрел на проходящих мимо чужих людей. Сашке было ужасно страшно, он дрожал, и вздрагивал от хлопающей дверей соседних кабинетов.

Когда мама и папа вышли, то папа даже не взглянул в сторону малыша. А мама подошла к нему с какой-то тетей и сказала: «Саша, ты поедешь с этой тетей.»

Не оборачиваясь она пошла вслед за мужем, а Сашка поняв, что они уходят, закричал и побежал следом. Тетя, схватила его за руку, а он, понимая, что случилось что- то очень страшное, стал ее кусать, бить и вырываться. Он кричал: «Мамочка, не уходи!» Но Светлана не слышала его, вместе с мужем они сели в машину и поехали домой.

Сашку, зареванного и описанного, привезли в какой-то страшный дом. Он озирался вокруг, и ему казалось, что мир перевернулся. Его завели в комнату с такими же детьми. Он быстро пробежал в угол, и сев, закрыв маленькое личико руками, как бы оградился от всего. Он думал, что закроет глазки, откроет, и мама снова будет рядом. Будет читать ему сказки на ночь и целовать, а папа катать на шее и подбрасывать в небо.

Шли дни, но мама не приходила и не забирала его. Он плакал, плакал постоянно, не играл с другими детьми.Бедный малыш не знал, что его, такого беззащитного уже два раза предали. Только одна старая воспитательница могла уговорить его поесть. В ней было столько любви и тепла, что в смену, когда она работала, Сашка просто оттаивал. Тетя Валя садила его на колени, и качала, приговаривая: «Бедный, ты мой, за что же тебе такое. Неужто Господь не видит…» Сашка не понимал ее причитаний, но ему становилось тепло и хорошо, и он засыпал у нее на руках.

Зря тетя Валя сомневалась в Господнем провидении. Светлана умерла при ранних очень сложных родах, родив мертвого ребенка. А Сергей, так надеявшийся на то, что все будет хорошо, просто спился, потеряв и работу, и квартиру и свою душу.

А Сашку усыновила семья православного священника, который прочитал об этом ужасном случае из местной газеты. Матушка Мария, у которой было пятеро своих детей ни минуты не колебалась, когда муж дал прочитать ей эту историю. И Сашка больше никогда в жизни не чувствовал себя чужим и отвергнутым.

Источник  binokl.cc

Трогательная история об одной маме

Городок у нас маленький, но есть в нём две достопримечательности: узловая станция, с которой идут поезда в разные концы страны, и две загородные улицы. Там только одноэтажные дома, и у каждого — сад и масса цветов.

И вот мой муж Фёдор — золотые руки — построил там дом, настоящий дворец, в два этажа, с верандой, балконами и даже двумя входами. Я тогда удивлялась, зачем разные входы, а он объяснил, что для сыновей — у нас их двое было, Иван и Костя.

Но всё сложилось по-другому. Началась война с фашистской Германией. Сначала ушёл мой Фёдор, потом один за другим два сына, а через несколько месяцев пришла из части похоронка — погибли оба…

Я сходила с ума. Хожу по пустому дому-дворцу и думаю — как жить? Работала я в это время в райкоме, мне очень сочувствовали, успокаивали, как могли. Однажды иду я около вокзала, и вдруг летят три самолёта. Люди как закричат: “Немцы, немцы!” — и рассыпались в разные стороны. Я тоже в какой-то подъезд забежала. И тут зенитки стали по самолётам бить: узловая станция сильно охранялась, через неё шли поезда с солдатами и техникой.

Унесла я домой мою первую дочку — Катю, пяти лет, как было указано в документах, и стала она Екатериной Фёдоровной Андреевой по имени и фамилии моего мужа.

Уж как я любила её, как баловала… Ну, думаю, испорчу ребёнка, надо что-то делать. Зашла я как-то на свою бывшую работу в райком, а они двух девчушек двойняшек, лет трёх-четырёх, в детдом оформляют. Я к ним: “Отдайте их мне, а то я Катю совсем избалую”. Так появились у меня Маша и Настя.

А тут соседка парнишку привела шести лет, Петей звать. “Его мать беженка, в поезде умерла, —объяснила она, — возьми и этого, а то что у тебя —одни девки”.

Взяла и его.

Живу с четырьмя малютками. Тяжело стало: и еду надо приготовить, и постирать, и за детьми приглядеть, да и для шитья гимнастёрок тоже нужно время — ночами их шила.
И вот, развешиваю как-то во дворе бельё, и входит мальчик лет десяти-одиннадцати, худенький такой, бледный, и говорит:

— Тётенька, это ты детей в сыновья берёшь?

Я молчу и смотрю на него. А он продолжает:

— Возьми меня, я тебе во всём помогать буду, — и, помолчав, добавил: — И буду тебя любить.

Как сказал он эти слова, слёзы у меня из глаз и полились. Обняла его:

— Сыночек, а как звать тебя?

— Ваня, — отвечает.

— Ванюша, так у меня ещё четверо: трое девчонок да парнишка. Их-то будешь любить?

А он так серьёзно отвечает:

— Ну так, если сестры и брат, как не любить?

Я его за руку, и в дом. Отмыла, одела, накормила и повела знакомить с малышами.

— Вот, — говорю, — ваш старший брат Ваня. Слушайтесь его во всём и любите его.

И началась у меня с приходом Вани другая жизнь. Он мне как награда от Бога был. Взял Ваня на себя заботу о малышах, и так у него складно всё получалось: и умоет, и накормит, и спать уложит, да и сказку почитает. А осенью, когда я хотела оформить его в пятый класс, он воспротивился, решил заниматься самостоятельно, сказал:

— В школу пойду, когда подрастут младшие.

Пошла я к директору школы, всё рассказала, и он согласился попробовать. И Ваня справился.

Война закончилась. Я запрос о Фёдоре несколько раз посылала, ответ был один: пропал без вести.

И вот однажды получаю письмо из какого-то госпиталя, расположенного под Москвой:

«Здравствуй, Лиза! Пишет незнакомая тебе Дуся. Твой муж был доставлен в наш госпиталь в плохом состоянии: ему сделали две операции и отняли руку и ногу. Придя в себя, он заявил, что у него нет ни родственников, ни жены, а два сына погибли на войне. Но когда я его переодевала, то нашла у него в гимнастёрке зашитую молитву и адрес города, где он жил с женой Лизой. Так вот, — писала Дуся, — если ты ещё помнишь и ждёшь своего мужа, то приезжай, если не ждёшь, или замуж вышла, не езди и не пиши.»

Как же я обрадовалась, хоть и обидно мне было, что Фёдор усомнился во мне. Прочитала я письмо Ване. Он сразу сказал:

— Поезжай, мама, ни о чём не беспокойся.

Поехала я к мужу… Ну, как встретились? Плакали оба, а когда рассказала ему о новых детях, обрадовался. Я всю обратную дорогу о них говорила, а больше всего о Ванюше.

Когда зашли в дом, вся малышня облепила его:

— Папа, папа приехал! — хором кричали. Всех перецеловал Фёдор, а потом подошёл к Ване, обнял его со слезами и сказал:

— Спасибо, сын, спасибо за всё.

Ну, стали жить. Ваня с отличием закончил школу, пошёл работать на стройку, где когда-то начинал Фёдор, и одновременно поступил на заочное отделение в Московский строительный институт. Окончив его, женился на Кате.

Двойняшки Маша и Настя вышли замуж за военных и уехали. А через пару лет женился и Пётр.

И все дети своих дочек называли Лизами — в честь бабушки.

Источник  carambole.land

История от продавцов бутика: приходит женщина с мужчиной

В бутик заходит женщина лет тридцати. Модная, ухоженная, очень уверенная в себе. За ней плетётся лысоватый совсем неспортивный человек лет пятидесяти с золотыми часами на руке. Обручальные кольца у них одинаковые. Значит — муж. Выражение лица, как и должно быть у мужа в магазине женской одежды. Мягко выражаясь — тоскующее. Женщина выбирает самое дорогое платье, долго примеряет его и постепенно начинает стонать от удовольствия. Муж быстро устает от стонов и покупает это платье, тихо присвистнув от цены. Три тысячи долларов! Они уходят.

На следующий день эта женщина приходит с совершенно другим мужчиной.
Молодым, спортивным, отлично одетым, тоже, кстати, с обручальным кольцом. Но с другим. Любовник.
Женщина берет точно такое же платье, что она купила вчера и начинает его опять мерить. Продавцы — дисциплинированные люди. Вида не подают. Женщина снова начинает стонать от вожделения. На этот раз громче и убедительней. Мужчина долго колеблется, но в конце концов разводится и отваливает три штуки.
Женщина, преисполненная благодарности, счастливо целует его в губы и они уходят.

На третий день эта женщина приходит в бутик третий раз. Одна. И сдает одно из двух платьев. Получает три тысячи долларов на руки и уходит.

Мораль: Муж уверен, что платье купил он. Любовник убежден, что платье купил он. Никаких вопросов и ревности. А у женщины на руках три штуки баксов и шикарное платье.

Понравилась статья? Поделитесь с друзьями на Facebook:

Источник: umbrella.green